Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

раскачиваясь на качелях, пока Харрис бежал домой, оставив ее одну на детской площадке посреди ночи. Ветер так громко свистел в ушах, что она, вероятно, не услышала приближающихся шагов, пока незваный гость не оказался рядом.

То, что произошло дальше, находится в центре судебного процесса, который начнется на следующей неделе. Мы поговорим об этом в следующей серии подкаста «Виновен или нет», который переносит вас на скамью присяжных. Меня зовут Рэйчел Кролл.

13. Рэйчел

Натянув на голову флисовый капюшон толстовки, Рэйчел вылезла из машины на неприметной улице Неаполиса. Было уже больше одиннадцати вечера. Большинство жителей района легли спать.

Свет в спальнях тускло пробивался сквозь задернутые шторы на верхних этажах домов. Когда Рэйчел поворачивала за угол на следующую улицу, в окне мелькнул включенный телевизор. Она отсчитала три дома, все погруженные в темноту. В четвертом доме горел фонарь над гаражом. Она пошла на свет, а затем по тропинке вдоль гаража в заднюю часть дома, где стеклянная раздвижная дверь была оставлена незапертой.

Отец Келли Мур, Дэн, сидел в кожаном кресле в углу своего кабинета. Его глаза были закрыты, а лицом он прижимался к сомкнутым ладоням, словно в глубокой задумчивости. У него были светлые волосы, темно-русые с прожилками седины, и загорелое лицо. В уголках глаз застыли морщинки от смеха.

Когда он открыл их, чтобы поприветствовать Рэйчел, его бледно-голубые глаза были полны замешательства и истощения. Он очень тяжело воспринял изнасилование своей дочери Келли. Рэйчел знала это, потому что говорила с ним по телефону полдюжины раз, пытаясь уговорить на встречу.

Рэйчел сняла капюшон толстовки, открыв слегка взъерошенные каштановые волосы до плеч. Ее щеки разрумянились от ночной прогулки.

– Извините, что заставили вас припарковаться в квартале отсюда. – Дэн резко встал и тихо закрыл дверь, которая соединяла его кабинет с остальной частью дома. – Я не хотел, чтобы кто-нибудь видел вашу машину возле нашего дома. Люди болтают. Особенно сейчас.

Кабинет Дэна Мура отражал его личность. Все было организовано с точностью бритвы. Зона отдыха с широкоэкранным телевизором на стене, кожаный диван и два кресла. С другой стороны Г-образный стол и металлические шкафы для хранения документов. Стены украшали фотографии его жены и двух детей, а также его самого во время службы на флоте, расположенные с геометрической точностью. Он был аккуратным, дисциплинированным и явно гордился всем, чего достиг. Особенно своей семьей.

Рэйчел потребовались недели, чтобы убедить Дэна поговорить с ней. Заполучить сторону обвиняемого было достаточно легко. Скотт Блэр и его семья дали несколько интервью СМИ. Несмотря на то, что их новый адвокат запретил дальнейшие интервью, семья Блэров продолжала работать со СМИ, понемногу подпитывая утечки из своего ближайшего окружения. Утечки с целью вызвать сочувствие к Скотту и представить его невинным юношей, который стал жертвой мстительной девушки.

В Неаполисе не было секретом, что потерпевшей в деле об изнасиловании является Келли, хотя СМИ и не публиковали ее имя. Теоретически анонимность давала ей определенную степень конфиденциальности, но в последнем телефонном разговоре Дэн сказал Рэйчел, что это палка о двух концах. Это вынуждало Келли и ее семью молчать в то время, как Блэры использовали все возможные средства, чтобы до суда завоевать общественное мнение.

Не помогало и то, что прокуратура настаивала, чтобы до окончания суда семья Мур отклоняла все запросы СМИ, даже от новостных телеканалов, обещавших снимать Келли и ее родителей в виде темных силуэтов и изменить их голоса, чтобы сохранить анонимность Келли.

– Прокуратуру беспокоит, что это может иметь обратный эффект. Повредить делу. Мы не можем этого допустить, – сказал он Рэйчел в прошлом разговоре, когда она настаивала на интервью.

Мнение Дэна Мура изменилось в то утро, когда он прочитал статью в «Неаполис газет», в которой цитировались слова друзей семьи Блэр о том, что Скотт находится в тяжелой депрессии. «Он потерял все. Карьеру. Друзей. Свое доброе имя. Бывают дни, когда он задается вопросом, есть ли еще что-то, ради чего стоит жить. Он изо всех сил пытается справиться. Сердце разрывается, когда видишь его таким», – сказал репортерам неназванный друг семьи.

Когда Дэн увидел статью, его будто ударили под дых. Его дочь, с которой у него всегда были близкие отношения, теперь съеживалась, если он приближался к ней. Он не мог даже наклониться к ней, чтобы поцеловать на ночь в висок, чтобы она не дернулась при этом. Она часами сидела, расчесывая руки до красноты. Она почти не ела. Стала угрюмой. Ничем не интересовалась. После изнасилования она изменилась почти до неузнаваемости.

Дэн был так взбешен тем, что Скотта Блэра представили публике жертвой, что в тот же день позвонил Рэйчел. Его голос все еще дрожал от гнева, когда она ответила на его звонок. Он сказал, что готов говорить. Ей не разрешалось цитировать его, но, по крайней мере, она узнает версию Келли. Единственным условием было то, что Рэйчел должна прийти к нему домой и сделать это поздно вечером, когда его жена и дочь уже спят.

Рэйчел помогла Дэну освоиться с ней, задав ряд вопросов о детстве Келли. Он перечислил многочисленные достижения дочери. Она была хорошей ученицей, спортсменкой и прекрасной танцовщицей. В средней школе она выиграла главную роль в школьном мюзикле. Дэн сказал, что одним из самых гордых моментов для него как отца был тот, когда Келли попросила своих друзей отправить пожертвования для жертв урагана на Гаити вместо подарков на ее четырнадцатый день рождения.

– Келли всегда была полна энергии. Она хотела изменить мир, – сказал он. – Сейчас она едва может встать с кровати.

Рэйчел рассматривала фото Келли с родителями, сделанное после мюзикла в средней школе. У Келли были такие же блестящие темные волосы и ямочки на щеках, как у ее матери. Ее карие глаза сверкали, когда она улыбалась в камеру.

– Сейчас вы бы не узнали Келли. Она стала другим человеком. Внешностью и характером. Вся ее уверенность исчезла. Она измождена и так напряжена, что мы переживаем, что она сломается, – сказал Дэн.

– Похоже, последние несколько месяцев были невероятно трудными. Не только для Келли, но и для всей семьи, – посочувствовала Рэйчел.

– Вы даже не представляете, – сказал Дэн, неосознанно потирая висок. – Семья этого животного наняла компанию по связям с общественностью, чтобы та помогла им изобразить Скотта жертвой неуравновешенной девочки-подростка, которая ополчилась на него, когда он ее бросил. Они будут лгать, чтобы добиться оправдания. Люди им поверят. Они уже верят.

– Что случилось той ночью? Я слышала обрывки информации, но не слышала историю