Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

– Вы сможете сами рассказать Лехно о том, что произошло. Убит старик, судя по его виду, или бездомный, или нищий, – продолжал куратор. – Вряд ли его станут искать. Можно, конечно, расспросить местных бродяг, не пропал ли кто из их компании, но, боюсь, это мало что даст. Тень умна, она убивает только тех, кого никто не станет искать, или тех, у кого нет на это средств.

Аресьев и Морозов забрались в экипаж. Милош, велев Урошу трогать, сел рядом со мной и подставил мне плечо. Благодарно кивнув, я посадила на колени кошку и закрыла глаза, отдыхая после этого испытания и ощущая волнение Томы, свернувшейся в клубок и согревающей мне озябшие руки.

К тому времени, как мы прибыли к отделу, дождь из моросящего превратился в настоящий ливень. Небо затянули темные тучи, и стало так темно, словно был не день, а сумерки. Попрощавшись с магами, я поблагодарила целителя и несказанно удивилась, когда Горич выбрался из кареты и вместе с нашими напарниками вошел в отдел.

Впрочем, вернулся он довольно быстро. Велев Урошу трогать, он забрался в салон и, проведя руками по намокшей одежде, просушил ее с помощью магии.

– Куда мы направляемся? – спросила я у куратора.

– К Лехно. Я заходил проверить, где он. Оказалось, в своем кабинете. – Милош посмотрел на меня и вздохнул: – Вы же понимаете, я не могу отвезти вас домой.

– Тень указала на меня, – ответила я, кивнув.

Тут Тамара, молчавшая до сих пор, открыла глаза и, перебравшись с моих рук на сиденье, спросила:

– Что уже произошло?

– Ничего хорошего, – ответила я кошке и в нескольких словах попыталась объяснить ситуацию.

Тома слушала молча. Лишь один раз сорвалась и почесала лапой за ухом.

– Плохи дела, – произнесла она.

– Послушайте меня, Лиза, – спокойно проговорил джарганец. – В дом Лехно я пойду один. Вы останетесь здесь. У меня есть артефакт, который вас защитит, если что-то пойдет не так. Ни в коем случае не покидайте салон кареты, даже если услышите, что я кричу и зову вас на помощь. Я не знаю, чего ожидать, но, если мы не ошибаемся в своих подозрениях, могу лишь предположить, что так просто проникнуть к Лехно не удастся. Мне будет спокойнее, если вы послушно дождетесь моего возвращения.

– Я могу помочь, – вызвалась Тамара. – Я пролезу там, где это не сможете сделать вы.

Милош покачал головой. Кажется, брать в напарницы кошку ему не хотелось. А я понимала, что в какой-то степени Тома права. Кошки – ловкие животные, могут пролезть там, где не достанет ни магия, ни человек. Она вполне пригодится некроманту.

Вот только я теперь опасалась и за жизнь подруги.

– Вы же не оставите меня одну? – спросила я, стараясь, чтобы голос не выдал волнения.

– Вы не будете одна. С вами останется Урош, мой человек, – спокойно ответил Горич.

Он достал из кармана карандаш. Да-да, самый обычный, по крайней мере на вид. Грифельный карандаш, из тех, которыми пользуются в школах и в академиях.

– Урош знает, что делать, если что-то пойдет не так, – продолжил джарганец и бросил взгляд в окно.

Я проследила за ним и увидела, что мы, кажется, приближаемся к цели.

– А вот и дом Станислава, – тихо произнес Милош.

Я сглотнула. Тревога снова наполнила сердце.

Карета подъезжала к трехэтажному особняку, расположенному в одном из тихих спальных районов столицы. Здесь было много зелени, а здания помнили еще первый камень, заложенный в основании города, когда он перерос в столицу из обычного пригорода.

Дом, в котором живет старший следователь, довольно величествен и подошел бы, скорее, кому-то очень знатному. Крепкие белые стены, колонны, огромные окна, статуи на крыше и две фигуры странных существ на лестнице. Существа похожи на львов с птичьими головами, взирают опасно и словно созданы не из камня, а из крови и плоти.

Когда карета остановилась в нескольких метрах от дома старшего следователя, Милош выбрался и тут же принялся рисовать что-то карандашом на дверце и стенах экипажа. На мой вопрос, что он делает, некромант коротко объяснил:

– Устанавливаю защиту.

– Что это за артефакт такой? – удивилась я, но Горич не стал вдаваться в подробности, а я решила не настаивать – все после.

Если это «после» у нас будет. Я отчаянно хотела надеяться на то, что все еще может закончиться благополучно. Что Милош послан мне самой судьбой, что он спасение не только для моего тела и души, но и для моего сердца.

Горич обошел карету вокруг, задержался возле кучера и, заглянув в экипаж, произнес:

– Итак, я ухожу, Лиза. Дайте слово, что останетесь здесь. Я не должен переживать, что вы пойдете следом. Я должен действовать спокойно, уверенный в том, что вы находитесь в экипаже, защищенная и в безопасности. Это развяжет мне руки. Возможно, вам сейчас кажется, что я повторяюсь, но это важно. И я готов повторить свои слова снова и снова, чтобы услышать ваш ответ.

– Обещаю, – ответила я с готовностью. – Клянусь, – произнесла я уже тише, понимая, что джарганец прав.

– Вот и замечательно.

Милош покосился на Тамару. Кошка мягко выпрыгнула из салона на тротуар, грациозно потянулась, разминая спину и лапы, затем села и посмотрела на Горича.

– Командуй, маг, – произнесла она.

Некромант улыбнулся своей пушистой спутнице, бросил на меня быстрый взгляд и, перед тем как захлопнуть дверцу экипажа, повторил:

– Ни шагу отсюда! – И добавил, уже не мне: – Урош, ты знаешь, что делать, если что-то пойдет не так.

– Да, – последовал ответ кучера, и Милош, развернувшись, направился по тротуару к дому Лехно.

Я моргнула, проследив за ним, а карета, дрогнув, покатила прочь. Урош проехал мимо нескольких домов и остановил экипаж возле аллеи высоких кипарисов, служащих своеобразными разделителями между двумя особняками, такими же старыми, как дом старшего следователя.

Приникнув лицом к холодному стеклу, я увидела, как Горич подсадил Тамару на углу дома Лехно, и кошка легко вскарабкалась по стене, зажимая что-то в пасти. Забравшись на балкон, она исчезла из виду. Милош направился к главному входу в дом старшего следователя, поднялся по лестнице и решительно постучал.

* * *

Несколько секунд никто не открывал. Милош даже успел понадеяться, что дом пустует, что само по себе казалось удивительным, однако на стук открыл мужчина – высокий, одетый в черную ливрею, на худом лице застыло выражение полного равнодушия.

– Добрый день, господин.

– Я к Станиславу Лехно, – ответил Горич на приветствие слуги и, переступив порог, вошел в дом, несмотря на то что ему не было предложено войти.

– Хозяина нет, – сухо