Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

– Идем. Ты покажешь мне, где этот мальчик.

– Так он свернул в левый коридор, – быстро ответила кошка, – и…

Милош ее уже не слушал. Он бросился в указанном направлении. Томе не оставалось ничего другого, как побежать за ним следом.

Горич шел, и в голове его был только один образ.

Илья.

Милошу отчаянно не хотелось, чтобы мальчишкой в доме Лехно оказался его подопечный, но теперь он ступал, скрадывая шаги, по ковровой дорожке и вспоминал все те случаи, когда судьба сталкивала его с мальчиком.

Сначала Илья оказался свидетелем на месте преступления. Затем Милош нашел беспризорника у реки, где едва сумел отбиться от тени. Каждый раз мальчишка с наивными глазами оказывался не там, где надо. Горич хотел верить, что это всего лишь совпадение, но что, если на деле все совсем не так? Что, если мальчик…

Милош оборвал мысль, увидев впереди тонкую фигурку. Сердце его сжалось от разочарования. Конечно же это мальчишка. Илья. Ребенок, которого он хотел забрать с собой на север. Которому мечтал подарить нормальную полноценную жизнь, воспитать, вырастить, выучить.

Горич сжал зубы. Секундная глупая мысль окликнуть ребенка, торопливо идущего куда-то вперед, лавируя в коридорах особняка, была отринута, как и мысль о непричастности Ильи к этому делу. Теперь Милош понял, почему в его комнатах такой бардак. Видимо, мальчик что-то там искал, и, несомненно, по приказу Станислава.

Все кусочки картины собрались воедино, и она оказалась страшнее, чем он надеялся.

Не поддаваясь эмоциям, джарганец шел по следу ребенка, ступая бесшумно, как и кошка за его спиной. Что-то подсказывало Милошу, что мальчик откроет нечто важное, да и была призрачная надежда на то, что ребенок невиновен, что Лехно мог что-то ему пообещать или чем-то (или кем-то) шантажировать. Горич не желал делать скоропалительных выводов.

И вот мальчик подошел к двери в конце коридора. Протянув руку, с легкостью отпер дверь и вошел, прикрыв ее за собой. Ускорив шаг, Горич скользнул следом, ощутив, как под ногой, зацепив его теплым пушистым боком, проскользнула Тамара.

Комната, в которой они оказались, была темна. За окном, закрытым плотными черными шторами, лил дождь, а усилившийся ветер стучал дождевыми каплями, швыряя их в стекло. Было темно, словно наступила ночь, хотя Милош знал, что до вечера еще несколько часов.

Он призвал силу, ощущая, как она течет по рукам, закутывая их в темные коконы магии. Взгляд вырвал из темноты Илью. Мальчик стоял спиной к джарганцу. На полу, на столе и на полках, темнеющих на стенах, красовались пирамиды книг, но Милоша заинтересовали не книги и даже не ребенок.

Его внимание привлекло зеркало, закрытое плотной тканью, по размерам сравнимое с теми двумя, которые Горич уже имел счастье видеть. Сомнений не было, перед некромантом стояло зеркало Аврата, третьего брата Томича.

Под ложечкой противно засосало, а по спине прошелся неприятный холодок. Милош не видел, но его спутница выгнула спину, шерсть на ней поднялась дыбом. Кошка стояла, вцепившись когтями в полотно ковра, и злыми глазами смотрела на зеркало и на мальчика, который еще несколько секунд продолжал смотреть прямо перед собой.

Наконец мальчик медленно обернулся и взглянул на незваных гостей.

– Илья… – позвал его Милош, готовый нанести удар.

– Как удачно вы зашли в гости, – ответил мальчик.

Тон его голоса, взгляд, разворот плеч и уверенность, которой недоставало беспризорнику, выдавали совсем другую личность. И этого Илью Милош не знал.

– Ты не Илья, – только и сказал некромант.

Мальчик, звонко рассмеявшись, проговорил:

– Илья? А был ли вообще этот мальчик, господин маг?

Повернувшись к зеркалу, ребенок одним рывком сдернул ткань, закрывавшую отражающую поверхность, и Горич едва не отшатнулся, когда из зеркала на него взглянула тень. Илья улыбнулся, и улыбка вышла недоброй. Были в ней и насмешка, и презрение, и какое-то чувство превосходства.

Милош отступил на шаг, не в состоянии понять, как он смог упустить Илью, когда тот был рядом. Почему сразу не понял, что случайности не случайны? Мальчишка слишком часто оказывался там, где ему не место. Да и не мальчишка это, и никогда он им не был.

Тень прижалась к зеркалу. Создалось ощущение, что Горич смотрит на нее через стекло огромного окна. С той, другой, стороны, внутри зазеркалья, тьма прижала ладони к отражающей поверхности, сверкнула глазами, кутаясь в паутину черного тумана, который начал просачиваться через зеркало, едва мальчик отступил к нему и привел в действие руны на раме, вспыхнувшие золотом. Цвет был другой. Этим зеркало Аврата отличалось от других зеркал. Но менее всего сейчас Горича волновали цвета и оттенки.

Он смотрел на Илью, за спиной которого в помещение втекала туманной рекой густая тень. Она поднялась рядом с мальчиком, ступила ему за спину, словно защищая тыл ребенка, а затем оборванец запрокинул голову назад, издав странный крик, который и криком назвать тяжело. Скорее, звук походил на стон, и Горич понял, что уже слышал его. В комнате стало холодно, а Милош не мог оторвать взгляд от мальчика или того, что было мальчиком.

Илья застыл. Он открыл рот уже беззвучно, и в него влилась тьма. Мальчик был всего лишь телом. Горича передернуло от осознания того, что ребенок, скорее всего, уже давно стал жертвой Аврата. Конечно, Милош мог и ошибаться, но что-то подсказывало ему, что он прав.

Горич сделал еще один шаг назад, возвращая тьму под кожу. Сражаться тьмой против тьмы неразумно. Он уже на своей шкуре ощутил последствия такой глупой битвы.

Нож в руке появился быстро. Горич привычно обнажил запястья и успел пустить себе кровь до того, как над ним нависла громада тени, полностью поглотившая Илью.

– А-а-а… – протянуло существо и опустило взгляд, заметив кровь на руках некроманта.

Алые глаза сверкнули недовольством. Милош понял, что убийца боится его магии. В ней есть то, что останавливает Аврата.

Некромант бросил быстрый взгляд за спину тьмы и разглядел за шлейфом ее клубящегося плаща руны зеркала, свет которых пробивался через мрак. Это зеркало было нужно Милошу, но джарганец понимал, что никто так просто ему артефакт не отдаст. Разговоры были бессмысленны, не стоило даже пытаться.

Понимая, что ему потребуются все силы, какие только есть, и, возможно, вся кровь для последующей битвы, Горич вспомнил про кошку, которая теперь, будто потеряв дар речи, жалась к его ногам, дрожа всем телом.

– Беги, – не таясь, приказал Тамаре Милош и нанес первый удар.

Капли крови, сорвавшиеся с руки, подчинившись магии некроманта, собрались в дугу, образовав подобие серпа, и разрезали тьму. В какой-то миг черный мрак