Один из нас виновен - Стив Кавана

— Сколько времени?

— Восемь тридцать пять. Ты ведь не собираешься идти в суд?

— Другого выхода нет. Не волнуйся, я попросил привезти чистую одежду. — К машине как раз подходил Гарри с чехлом для костюма. Я посмотрел на грязные брюки и окровавленную рубашку.

— Меня беспокоит не одежда. Тебе следовало поехать в больницу, сделать томографию и нормально зашить рану на голове.

— Фельдшер заклеил её пластырными швами. Всё нормально.

— Она до сих пор кровоточит.

— Со мной всё в порядке. — Я отстегнул ремень, и голову вновь пронзила боль. — Спасибо, Билл. Правда.

— Не за что. Когда всё закончится, покажись врачу, ладно?

— Конечно, — ответил я, хотя не собирался. В боксе и за его пределами я получал достаточно ударов по голове, чтобы понимать, когда стоит беспокоиться. Возможно, лёгкое сотрясение, но, ощупав череп, я почти не сомневался, что перелома нет. Я жив, и пока это уже победа.

Я ещё раз поблагодарил Билла, выбрался из машины и оказался лицом к лицу с Гарри Фордом.

— Выглядишь дерьмово, — сказал он.

— А чувствую себя ещё хуже.

Он опустил чехол на тротуар и обнял меня.

— После всего этого нам нужен долгий отпуск. Поедем куда-нибудь в тепло, где есть пляж и бар. Забудем про этот город. Может, навсегда.

— Звучит неплохо.

— Можем напиться в том пляжном баре. Может, даже добиться ареста, в память о старых временах.

— Все добрались без происшествий? — спросил я, когда он отпустил меня.

— Лейк привёз нас с Ванессой на «Убере». Сегодня утром у «Ацтека» отвалились выхлопная труба и задний мост. Блок уже внутри. Говорит, нашла кое-что тебе по вкусу.

Когда я поднял голову от раковины в мужском туалете на восьмом этаже суда, вода в ней была грязной, красновато-коричневой. Вчерашней рубашкой я вытер лицо и грудь, затем осторожно промокнул волосы. Рана теперь сильно жгла.

Я надел чистые брюки и туфли и уже чувствовал себя немного лучше.

Блок протянула свежую рубашку. Я набросил её на плечи.

— Отчёт Реймонда об анализе ДНК передан прокуратуре и суду вместе с записью расправы над адвокатом в доме в Хэмптонсе.

Гарри уже был в зале с Ванессой и Лейком. До начала заседания оставалось десять минут. Пока я приводил себя в порядок, он держал оборону.

— Я нашла ещё кое-что. Думаю, тебе понравится. Уже передала прокурору и суду. — Она вручила мне одностраничный отчёт Департамента финансов Нью-Йорка.

Оставив рубашку расстёгнутой, я внимательно прочёл документ.

Потом прочёл ещё раз.

— Ты издеваешься?

Блок посмотрела мне на грудь.

— У тебя много шрамов.

Она всегда говорила то, что думала. Я опустил взгляд.

— Возможно, Гарри прав. Где-нибудь в мире найдётся обветшалый пляжный бар и пара свободных табуретов для нас. Мне везло, Блок. Рано или поздно удача заканчивается.

— Не сегодня, — сказала она, глядя на документ в моих руках. — Сегодня нет.

Когда я вошёл в зал, судья и присяжные уже сидели на местах.

Взглядом Таннер можно было резать стекло.

Я не обратил на неё внимания и направился к клиентке.

Прежде чем дело продолжится, мне нужно было кое-что от Ванессы.

Наклонившись над столом защиты, я прошептал:

— Заключим новое соглашение между адвокатом и клиенткой. Я знаю две вещи: ты не убивала Молли Грин и ты лжёшь мне с первой нашей встречи. Сейчас я выиграю для тебя дело, но не так, как ты думаешь. Когда всё закончится, мы сядем и поговорим. И ты расскажешь правду. Либо соглашаешься сейчас, либо я со всей командой выхожу из этой двери и ты ищешь другого адвоката.

Её ответ меня удивил, хотя удивляться не следовало.

— Судья не позволит тебе уйти.

Я дал словам повиснуть, затем ответил:

— Она может ненадолго посадить меня в камеру. Но тебе не нужен адвокат, который не желает тебя защищать. Я способен подставить тебя перед присяжными так же быстро, как спасти. Решай, Ванесса.

Она вдохнула, подумала и сказала:

— Хорошо.

— Отлично. И во время нашего разговора я пойму, если ты снова соврёшь.

Я подошёл к столу обвинения. Райли поднялся мне навстречу.

— Мистер Флинн, мы вас ждём... — начала судья.

— Уверен, вам за это хорошо платят, — ответил я.

— Что вы сказали?

— Прошу прощения, я сказал: уверен, ожидание окупится, ваша честь. Мне нужно перекинуться парой слов с мистером Райли. У нас появились новые доказательства.

Я понизил голос, чтобы слышал только он.

— Сегодня я предъявлю их в суде. Слушай внимательно. Тебе предстоит принять решение.