Один из нас виновен - Стив Кавана

— Кто это делал, миссис Вандерпул? — мягко спросил Флинн, словно вопрос был воздушным шаром, плывущим над залом.

— Отказываюсь отвечать, поскольку это может уличить мужа.

Тишину нарушил стук женских каблуков по полу.

Ванесса увидела, как Восс быстро направляется к выходу и оглядывается на неё. Лицо жёсткое.

Тут Ванесса поняла: возможно, она спасает себя от пожизненного заключения, но жить ей осталось недолго.

Если её план не сработает.

— Последний вопрос, миссис Вандерпул, — сказал Флинн. — Чтобы всё было совершенно ясно: вы убили Молли Грин?

Ванесса сосредоточилась на присяжных, смотрела им в лица, произнося ответ:

— Нет, не убивала.

Она задержала взгляд на каждом по очереди.

Интересно, поняли ли они, что только что она солгала.

Глава 60

Эдди

— Больше вопросов нет, — сказал я.

Ванесса справилась. Она ничего не сказала.

Но присяжные поняли. Они умны. Улавливают подтекст и оттенки. Складывают собственную картину того, что произошло в квартире Молли Грин.

И Ванессы на ней нет.

Райли стоял во весь рост в центре зала. Перед ним сидела Ванесса, справа — присяжные. Он репетировал этот момент в уме. Представлял разговор. Тщательно продумал и взвесил каждый вопрос.

Пока я не пришёл и не бросил ему под ноги гранату.

По первому же вопросу я понял, что он выбит из колеи.

— Миссис Вандерпул, почему вы солгали полиции, сказав, что никогда не бывали в квартире потерпевшей?

Многим вопрос покажется удачным. Он вполне допустим, но его испортило одно-единственное слово: почему.

При перекрёстном допросе нужны точные наводящие вопросы, на которые можно ответить одним словом.

Ему следовало сказать: «Вы солгали полиции, верно?»

Ванессе было бы не отвертеться. Ответ один: да. И он сразу представил бы её лгуньей.

Спросив, почему она солгала, Райли оставил ей слишком много свободы.

Теперь она объяснит причину. И ему это не понравится.

Ни капельки.

— Отказываюсь отвечать, поскольку мой ответ может уличить мужа, — сказала Ванесса.

Райли нажал сильнее, повысил голос и обрушил на неё следующие вопросы:

— Вы солгали полиции, потому что в приступе ревности убили Молли Грин, подозревая, что она спит с вашим мужем. Верно?

— Нет.

— Вы схватили первое, что оказалось под рукой, шкатулку, и ударили её так сильно, что проломили череп. Вот что было на самом деле?

— Нет.

— Затем, поняв, какую ужасную ошибку совершили, решили скрыть преступление. Отрезали ей голову, забрали с собой и избавились от улики, связывавшей вас с убийством?

— Нет.

Он перевёл дыхание, задумался. Что ещё спросить, не давая ей возможности обвинить мужа? Всё шло не по его плану. Оказалось куда труднее, чем он ожидал.

Лучше ограничить потери. Воспользоваться уже полученными показаниями.

— Больше вопросов нет, ваша честь.

— Суд продолжит заседание завтра в девять утра, — сказала судья Таннер. — Мистер Флинн, подготовьте следующего свидетеля.

Зал опустел. Присяжные выходили молча, и по лицам ничего нельзя было прочесть.

Шанс у нас появился. Теперь всё зависело от ночной работы Блок и Реймонда. Она проведёт всю ночь в его лаборатории, зная, что завтра утром я вызову её свидетелем.

Возле здания суда нас ждал Лейк за рулём своей развалюхи. «Понтиак Ацтек» выглядел хуже обычного. Когда Гарри с Ванессой забрались назад, в глушителе хлопнуло, из выхлопной трубы повалил чёрный дым. Я постучал в окно Гарри, и он опустил стекло.

— Ты не едешь в гостиницу? — спросил он.

— Нужно подготовиться к завтрашнему дню. Подумать. Прогулка поможет. Лучше вам всем провести ночь в гостинице, пусть Лейк сторожит. Теперь карты раскрыты. Судя по тому, как Восс вылетела из зала, какие бы угрозы она ни высказывала тебе тайком, Ванесса, их теперь попытаются исполнить.

— Ты знал? — спросила она.

— Я догадывался, что она разговаривает с тобой без нас. Угрожает, чтобы ты не обвиняла Патрика под присягой. Я не дурак. Другой причины ей быть рядом не было.

— Я последовала твоему совету. Сделала, как ты сказал.

— Знаю. Ты справилась, но сейчас опасное время. Берегите себя все. И слушайтесь Лейка. К тебе, Гарри, это относится вдвойне.

В глушителе «Ацтека» снова хлопнуло. Вздрогнули Ванесса, я и несколько прохожих. Ни Гарри, ни Лейк глазом не моргнули. Гарри воевал, а Лейк... что ж, Лейк есть Лейк.

— Прости за транспорт, — сказал я. — Когда доберётесь до гостиницы, позвони, чтобы я знал: вы в безопасности.

— Я за ними присмотрю, — сказал Лейк.

— Знаю.

Я посмотрел, как они уезжают, поднял воротник пальто и пошёл пешком.

Движение всегда помогает мне думать. Ритм шагов по тротуару, шорох шин по асфальту,