Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Вполне себе светский лев, не так ли? – улыбнулся Кэмпион. – Какие новости?

Вновь прибывший извлек из-под мышки номер «Таймс» и протянул другу.

– Утренний выпуск, – сказал он. – Колонка частных объявлений. Четвертый абзац сверху. Знаю, что в такую глушь газеты добираются только к вечеру, вот и прихватил. И подумал, что мне всяко следует находиться на сцене.

Кэмпион взял газету и пробежал глазами абзац. Затем прочел вслух:

– «Если А. А., проживающий на Боттл-стрит, Пикадилли, посетит Ксенофон-Хаус, почтовый индекс Дабл-ю си два, в среду в шестнадцать тридцать, документы будут готовы для подписи. Кс. Р. и компания».

– Отменный способ вести дела, – хмыкнул Гаффи. – Ты не поедешь, угадал? Если только… О боже, это что, шифр? Ничего себе!

– Вряд ли это шифр, – тихо произнес мистер Кэмпион. – По-моему, «документы будут готовы для подписи» звучит чересчур прямолинейно.

– Нет-нет, это не ловушка, – радостно возразил Фаркьюсон. – Можно относиться к крупным страховым компаниям с подозрением, но я никогда не слышал, чтобы они заманивали незадачливых клиентов и били их по голове.

Игер-Райт с интересом смотрел на Кэмпиона.

– И с кем ты там встретишься? – спросил он.

Бледные глаза мистера Кэмпиона за стеклами очков были задумчивы.

– Если честно, я не знаю, – ответил он. – Но у меня такое чувство, что я проведу полчаса в компании босса.

– Кто босс «Ксенофона»? – спросил Фаркьюсон, а потом ахнул и повернулся к Кэмпиону. – Неужели сам Саванейк?

Мистер Кэмпион кивнул и сказал:

– Чтобы встретиться с ним в половине пятого, нужно поспешить.

Глава 10

Большой бизнес

– Мистер Кэмпион, – представился бледный посетитель. – Мистер Альберт Кэмпион. По поводу документов.

– Прошу прощения, – сказала красивая и деловитая молодая женщина за стойкой, бросив на него холодный взгляд.

– Кэмпион, – повторил посетитель. – Пламенно-красное растение под покровительством Марса[41]. И я пришел за документами. Это такие большие, плоские, белые прямоугольные бумаги. Вы наверняка слышали о них. Простите, что говорю невнятно, у меня зуб разболелся. Я посижу, ладно? Пока вы звоните и докладываете обо мне.

Он улыбнулся секретарше, насколько позволил прижатый к щеке огромный носовой платок, и отошел прочь от стойки, чтобы усесться в кресло, похожее на трон, у стены мозаичного мраморного вестибюля. Если не считать гримасы боли, внешность мистера Кэмпиона соответствовала обстановке. Темный костюм говорил о бизнесе, аккуратно сложенный шелковый зонтик – об успешном бизнесе, а шляпа-котелок по последней моде – о более чем успешном бизнесе.

Кэмпион сидел долго – единственный скромный объект посреди манифестации величия, которое встречало посетителей Ксенофон-Хауса. Он рассматривал барочную итальянскую люстру в расписном куполе над головой и размышлял о том, насколько было бы веселее, если бы вместо позирующих амуров и позолоченных купидонов художник реалистично изобразил совет директоров. Наконец его размышления были прерваны шепотом в самое ухо, и он вздрогнул от неожиданности. Это подошла молодая секретарша.

– Вы сказали, Кэмпион?

– Совершенно верно. По поводу документов.

– Идите за мной, сэр.

Перемена в манерах девицы бросалась в глаза. Мистер Кэмпион чинно проследовал за ней через вестибюль.

Гигантский лифт, по наивному предположению мистера Кэмпиона сделанный из чистого золота, доставил их на антресольный этаж, где дизайн интерьеров скакнул на сто лет вперед и где сотни важных персон сновали между предметами мебели из хромированной стали и стекла.

Восхищаясь этой сценой сугубой эффективности, мистер Кэмпион совсем забыл о больном зубе и не заметил, как был передан в руки седого мужчины с мягким голосом, который придвинулся очень близко, когда заговорил, как будто дело имело чрезвычайно конфиденциальную и не совсем честную природу.

– Мистер Кэмпион? – тихо спросил он. – Ну конечно. – И глубоко вздохнул, словно боялся, что ему не хватит воздуха договорить. – По поводу документов, да? Идите за мной, пожалуйста.

Снова лифт. Кэмпион, никогда не забывавший о пользе дружелюбного поведения, криво улыбнулся под носовым платком.

– Две пичужки в золотой клетке, – пробормотал он.

Седой удивился столь глупой реплике и вперил в посетителя такой холодный, такой пронизывающий взгляд, что улыбка испарилась с видимой половины лица мистера Кэмпиона и оно приняло свое обычное безмятежно-бессмысленное выражение.

Сопровождающий стал сама почтительность.

– Благодарю вас, благодарю, – пробормотал он. – Вы очень любезны, сэр. – А потом достал из кармана карандаш и бумагу и что-то быстро написал.

Удивленный Кэмпион заглянул ему через плечо и прочел: «Голдбаум и Газенерс поднялись на два пункта».

Все еще раздумывая над этой загадкой, Кэмпион был выведен из лифта в коридор, чей оформитель вдохновлялся неовизантийской школой или новомодным стилем «кинотеатр».

– Пожалуйста, сэр, подождите здесь.

Ноги мистера Кэмпиона утонули в бездонном ковре. Его глаза постепенно привыкли к священному полумраку. За ним бесшумно затворилась дверь, и он уселся на очередной трон в комнате, где доминировали мрамор и красное дерево, как в читальном зале какого-нибудь элитного клуба. На стенах красовались огромные картины маслом с видами компании. У дальней стены высился камин размером с церковный орган и схожий с ним по дизайну. Перед камином простирался стол из красного дерева, напоминающий каток.

Кэмпион прижал платок к щеке. Он уже немного привык к обстановке, достойной Гаргантюа, как вдруг ощутил шеей сквозняк, а через секунду рядом возник рыжеватый человечек, которому явно нечем было похвастаться, кроме мозгов.

– Гм… мистер Кэмпион, – сказал он, протягивая руку. – Рад видеть вас. Насколько я понял, вы пришли за документами. Что у вас с лицом? Нет ничего хуже зубной боли. Правильно, держите щеку в тепле. Очень болит?

Мистер Кэмпион покачал головой.

– Вот и хорошо, – кивнул коротышка. – Рад, что вы пришли.

Мистер Кэмпион застенчиво улыбнулся и стал подыскивать подобающие слова для приветствия.

– У вас тут очень мило, – произнес он наконец, довольный, что нашел mot juste[42].

Коротышка пожал плечами – неодобрительно, но не без некоторой гордости. И устремил на Кэмпиона проницательный взгляд:

– Вы прочли объявление?

– В «Таймс», – ответил мистер Кэмпион.

Видя, что коротышка колеблется, он полез в нагрудный карман:

– Захватил с собой – на случай, если вы захотите взглянуть.

Он выложил на стол обыкновенный британский паспорт. Рыжеватый коротышка просиял.

– Вот что я называю светлым умом! – воскликнул он. – Уверен, мы поладим. Меня зовут Парротт. Два «т», разумеется.

– Разумеется, – хмуро пробормотал мистер Кэмпион.

Мистер Парротт раскрыл паспорт, взглянул на фотографию, потом на Кэмпиона. Похоже, увиденное его удовлетворило. Он вернул документ.

– Хорошо, пойдемте, – сказал он. – Личный лифт здесь.

Мистер Кэмпион продолжил путь. Послушно семеня за проводником, он обогнул стол и, преодолев значительное расстояние, подошел наконец к