Кровавые деньги - Фергюс Хьюм

– Пойми, дорогая, – говорила исполненная оптимизма старушка, – твой дорогой отец, мой зять Александр, этой насильственной смертью оплатил прошлые долги, преграждавшие ему путь наверх. Желать, чтобы он остался рядом с тобой, не расплатившись с долгами, – это эгоистично. Все гораздо лучше, как есть, любовь моя, так что давай вдвоем возблагодарим Дарителя всех благ.

Элисон не могла полностью принять это жизнерадостное наставление, но объяснение было удобным и в немалой степени ее успокаивало. Постепенно молодость и общество Джима помогли ей перенести потерю с относительным хладнокровием, и вскоре она стала больше похожа на себя прежнюю. Однако пережитое сделало ее более серьезной и задумчивой. Она так и не смогла вернуться к беспечному упоению жизнью, в прошлом такой приятной. Карвер часто приезжал из Лондона навестить ее, и вместе с мисс Ярдли и Элисон они строили далеко идущие планы на будущее. В частности, пожилая леди обещала завещать Элисон свой доход, что, естественно, обрадовало пару, так как улучшило их обстоятельства. В общем, мисс Уэлдон казалось, что тучи вот-вот рассеются, но неожиданный визит Меркера заставил ее усомниться в том, что светлые дни не за горами.

Исследователь, исповедуя собственные дипломатические принципы, убыл из Лондона во время предварительного следствия в магистрате. Конечно, выступать свидетелем ему было незачем, ведь, по сути, о происшедшем он ничего не знал. Карвер полагал, что Меркер придет на слушание дела и удостоверится, что Фодио будут судить за убийство. Но вместо этого Меркер, узнав у миссис Ботторт адрес Элисон, на дневном поезде отправился в Брайтон. Он прислал визитную карточку, немало озадачив девушку – их последняя встреча была не столь приятной, чтобы соглашаться на новую. Сначала она, как и в прошлый раз, намеревалась отказаться, но любопытство взяло верх, и Меркер появился в крошечной гостиной мисс Ярдли, с учтивым видом и печальным сочувствием в глазах. Последнее было данью уважения к умершему миссионеру.

– Здравствуйте, мистер Меркер, – строго произнесла Элисон и пожала гостю руку, от чего с удовольствием отказалась бы. – Я думала, вы сегодня будете в Лондоне.

– На суде над Фодио? – спросил посетитель, садясь на указанное ему место. – Такая мысль была, но я решил, что мое присутствие в суде несчастному будет неприятно, и решил воздержаться.

– А почему ваше присутствие там нежелательно? – спросила Элисон без обиняков.

Меркер опустил взгляд на свою шляпу и многозначительно улыбнулся.

– Видите ли, мисс Уэлдон, я был в земле Орах и знаю о Фодио много такого, что он предпочел бы скрыть в Англии. При виде меня он может подумать, что я намерен как-то его очернить, так что лучше не буду мешать и предоставлю ему возможность оправдаться.

– Из того, что я знаю о Фодио, а также со слов мистера Карвера вряд ли следует, что он делал в Нигерии что-то недостойное, способное смутить цивилизованных людей.

– Это очень мило с вашей стороны, мисс Уэлдон, но он – всего лишь дикарь в светской оболочке.

– Кажется, во время нашей прошлой встречи, мистер Меркер, мы на эту тему говорили, – холодно ответила Элисон. – Я тогда не согласилась с вашим мнением о Фодио, не согласна и сейчас. Вам следует признать, что мое мнение вернее вашего – он вернулся, чтобы сдаться.

Меркер пожал плечами.

– Это очень глупый поступок. За границей он был в безопасности, теперь его вполне могут повесить.

– А по-моему, это исключено. Будь Фодио виновен, он бы не стал возвращаться и рисковать жизнью.

– Может, он и невиновен, хотя я в этом сомневаюсь, – возразил Меркер, – но ему будет трудно это доказать.

Девушка хотела было объяснить, каким образом негр докажет, что не совершал преступления, – о показаниях в его защиту Меркер явно не знал. Но, поразмыслив, решила, что рассказывать об этом врагу Фодио неразумно, и от объяснений воздержалась.

– Мы скоро узнаем, отдадут его под суд или освободят, мистер Меркер, – тихо сказала она. – Мистер Карвер пришлет мне телеграмму, как только примут решение. Разбирательство идет прямо сейчас, и телеграмма может прийти в любую минуту.

– В ней будет сказано, что Фодио отдан под суд, – решительно заявил Меркер. – Все улики против него.

– Не думаю. Фодио, конечно, был у отца в тот вечер, но он ушел до десяти часов.

– Понятно, это его версия, – холодно усмехнулся Меркер. – Но я уверен: когда свершилось преступление, он был в комнате.

– Откуда такая уверенность? Моего бедного отца убили в постели, это доказано на дознании. Он не мог лечь в постель в присутствии Фодио, а уж заснуть – тем более.

– Этого я объяснить не могу. Но Фодио был в комнате, и, когда убийство обнаружили, дверь была заперта изнутри. Он сбежал по веревке, что хранилась там на случай пожара. Все это очевидно, попасть в комнату по-другому убийца не мог.

– Если он мог спуститься по веревке, мог по ней же и залезть.

– Вы считаете? – Исследователь ухмыльнулся. – Как бы он ее привязал к балкону? И вообще, как я уже сказал, веревка хранилась в комнате на случай пожара. Фодио, безусловно, был последним, кто видел мистера Уэлдона живым, дверь была заперта, и войти либо выйти никто не мог. Я уверен, что его осудят, вернее, отдадут под суд.

– Скоро мистер Карвер пришлет телеграмму, и я обо всем узнаю, – сказала Элисон, нимало не убежденная доводами Меркера.

Исследователь нахмурился, ему не понравилось, с какой холодной уверенностью это прозвучало.

– В вашем лице, мисс Уэлдон, у Фодио очень сильная защита. Странно, что вы взяли сторону убийцы вашего отца, хотя явно должны питать к нему ненависть.

– Будь я хоть на секунду уверена в его виновности, я была бы рада видеть его страдания, – надменно парировала Элисон, – но я знаю наверняка, что Фодио невиновен, и мне очень жаль, что он попал в ловушку, видимо, расставленную для него кем-то третьим.

– Кто этот третий, позвольте спросить?

– Не знаю. Я ничего не знаю, мистер Меркер, и в настоящее время меня это вполне устраивает. Когда Фодио оправдают, у нас будет достаточно времени, чтобы искать преступника в другом месте. А пока что и мистер Карвер, и я уверены в его невиновности.

– Я не понимаю, какое отношение к этому делу имеет Карвер, – нагло заявил Меркер.

Элисон удивилась.

– Он помолвлен со мной и, естественно, имеет прямое отношение к делу, связанному со смертью моего отца.

– Вы действительно помолвлены с Карвером? – с неподдельным интересом спросил Меркер без своей манерной медлительности и даже вынул из глаза монокль.

– Да. – Элисон прикусила губу и покраснела. – Пожалуйста, ни слова больше.

Бледное лицо