Современный российский детектив - Анна Майская

уже все в порядке. Обе живы и относительно здоровы. Но, думаю, что в ближайшие пару недель они вряд ли появятся в школе. Если хотите, то сами можете им позвонить. Думаю, девочки порадуются, что вы о них беспокоитесь.

— Мы звонили. Катькина бабушка сказала, что она до сих пор в больнице.

— Это ничего, наша Катюша девочка сильная, она скоро поправится, — убежденно сказала Инна.

— Инна Викторовна, а это правда, что Максим Викторович ваш родственник? У вас с ним фамилия одинаковая, — задал вопрос Костик Ершов.

— Правда, Максим Викторович мой родной брат, а почему ты спрашиваешь?

— Ну просто интересно. Я когда вырасту, тоже пойду в милицию работать. А он еще придет к нам?

— Костик, я обещаю, что скажу Максиму, что ты хотел бы с ним поговорить, но в ближайшее время он будет очень занят. Ты ведь сам знаешь, что творится.

— Знаю, конечно, — вздохнул Костя.

Ребята нехотя начали закидывать на спины рюкзачки и стали потихоньку выходить из класса. Инна проводила их взглядом, уселась за стол, где громоздились тетради, и вернулась к своим мыслям.

Да уж! «Все нормально!» А уходить все-таки придется. Все пять лет, что Инна работала в этой школе, на нее без конца давили, требовали подчиниться заведенным правилам. И даже новые молодые ее коллеги со временем ломались под напором руководства. Кто посговорчивее, те перенимали обычаи и позволяли затянуть себя в болото, стать одним из «команды», а кто поамбициознее, те через месяц-два просто уходили. Однако, до появления в школе Велешевой, с ситуацией можно было справляться, и Инне даже иногда удавалось убедить старенькую Марию Семеновну в правильности ее методов воспитания и преподавания. Но в этом году все изменилось. Понятно, что Раиса Андреевна ни в коем случае не собирается брать Инну в «свою команду». Да и Инне совершенно не хотелось работать под руководством этого самодура в юбке. Все, время пришло. Надо уходить. Тем более, что мама уже давно и настойчиво зовет к себе. Языки Инна знает хорошо. Поэтому одно простенькое заявление — и адью, мадам Велешева! Но останавливали ребята. Ну а сейчас-то точно уходить нельзя — она должна быть уверена в их безопасности, а директрису и завуча, как видно, волнует только их репутация. Это было бы смешно, если б не было так грустно…

У Инны на столе запищал мобильный. Звонил Лешка.

— Плюшка, — услышала она его голос. — Ты, надеюсь, уже закончила? Я стою рядом с твоей школой. Хочу в который раз напроситься к тебе в гости. Примешь? А я тебя довезу до дома.

Инна рассмеялась. Плохое настроение улетучилось.

— Да ты, оказывается, меркантильный! А я уже всерьез подумывала о том, чтобы принять твое приглашение сходить за тебя замуж. Теперь уж точно передумаю!

— Нет, ты погоди передумывать! — испуганно зачастил Лешка. — Дай мне возможность загладить свою вину и ты увидишь, что лучшей партии тебе не найти! Я правда хороший!

— Ладно, Ромео, спускаюсь, жди, скоро буду.

Инна быстро собрала стопку тетрадей, сунула в карман мобильник и заперла дверь кабинета.

Алексей поджидал ее за воротами школы. Сердце радостно забилось: он стоял, подставив лицо крупным снежинкам, и смотрел на окна ее кабинета. Она помахала ему, и он широко улыбнулся. «Я его люблю! — пронеслась мысль. — Интересно, а когда кончится весь этот кошмар, он снова исчезнет из моей жизни? Как странно, что беда и счастье совсем рядом, а может быть, и не существуют одно без другого…»

— Ку-ку, Плюшенция! Ну, как там твои орлы? Разлетелись по домам? — спросил Лешка, открывая перед Инной дверцу машины и чмокая ее в горячую щеку.

— Разлетелись. Парами.

— Как это — «парами»?

— Да так. Я просто попросила мальчишек проводить всех девчонок до дома. Ну, чтобы они одни не ходили, понимаешь?

— Ну, Иннка, ты стратег! А у нас с Максом тоже новости есть. Но сначала сытный обед и кофе!

— Ладно, уговорил, так и быть, накормлю тебя, но взамен на подробный отчет! Кстати, представляешь, мне завтра на работу только к третьему уроку. Может быть, удастся немного выспаться. Ну ладно, поехали!

Дворники заелозили по лобовому стеклу, лениво стряхивая наметенный снег.

— Ой, совсем забыл! — с досадой посетовал Алексей, перегибаясь назад.

— Это тебе, — смутившись, произнес он и протянул Инне маленький, но очень изящный букетик: в обрамлении ярко-рыжих и багряных кленовых листьев белели мелкие душистые хризантемы. Инна вдохнула их терпкий осенний аромат.

— Спасибо, Лешка! — тихо сказала она. — Мне так приятно. Очень красиво! — и она поцеловала его в щеку.

Березин некоторое время смотрел ей в глаза, но вдруг резкий клаксон заставил их обернуться. Лешина машина закрыла выезд и теперь за стеклом черной, видавшей виды «девятки» неслышно ругался и делал выразительные пассы руками какой-то возмущенный дядька. Они расхохотались и Алексей, ловко развернувшись, покатил вперед. Инна уютно устроилась, откинувшись на кресле, и прикрыла глаза.

— Какая все-таки в этом году ранняя зима! Знаешь, Лешка, хочу как-нибудь смотаться в деревню. Мечта у меня: приехать, затопить печку, напечь целую гору пирогов и бухнуться перед телевизором! Представь: за окнами метель, ветер, а я лежу себе, чаек попиваю и ни о чем не думаю — красота!..

— Да уж, здорово, ничего не скажешь. А поедешь одна? — осторожно спросил Лешка, скосив глаза на Инну, сидевшую рядом.

— Ну ты даешь! Как же я туда одна доберусь-то? Да и страшновато там одной посреди зимы. Соседи же не всегда приезжают. Ты же помнишь, какие там у нас дороги, не дороги, а слезы. С родителями, конечно, — ответила она, не открывая глаз.

— Ну а что бы ты сказала, если бы я тебе составил компанию?

Инна недоверчиво уставилась на него:

— Это ты что, так шутишь?

— Почему это? Я вполне серьезно. Я там тоже уже сто лет не был, по-моему, в последний раз на окончание университета. Мы тогда приезжали вместе с Максом.

— Ну да, и по-моему не только с ним, — Инна грустно улыбнулась.

Она отлично помнила девушку, в которую он тогда был влюблен. Это была длинноногая красавица Ирина, которая снисходительно посматривала на Инну и зазывно улыбалась Алексею. У нее была стильная короткая стрижка, мини-юбка и топ, которые она носила даже в деревне. Уже через три часа идеальные гладкие ноги были искусаны комарами и слепнями, а Инна, злорадствуя в душе, посоветовала ей не носить такую короткую одежду. Ира выразительно фыркнула, но переоделась-таки в джинсы и рубашку с длинными рукавами. Алексей изо всех сил проявлял заботу о ней — растирал укусы специальным лосьоном, приносил супрастин и водички. Макс тогда,