"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

— Но по производственному плану мы там снимаем только послезавтра?

— Хотела дать им пару дней — пусть сначала наделают ошибок, а потом сделают как надо.

Грип усмехнулся. Ему нравилась Кида. Нравилась и как человек, и тем, что она прошла весь путь на съемочной площадке снизу вверх, а потому понимала нужды каждой детали этого механизма.

— Я заглянула сюда, потому что увидела твою машину, — сказала она. — Кошмар, правда?

— Да, просто кошмар, — сказал Грип. — И совершенно непостижимо, конечно. С тем, что Роберт был со странностями, спорить никто не станет, но чтобы он... да уж. Непостижимо.

— Да. — Она кивнула. Постояла, переступая с ноги на ногу. — Завтра полиция приедет сюда допрашивать меня.

— Тебя? А почему?

Она сглотнула. Поколебалась. Грип понял, что она зашла к нему неспроста — хотела сказать что-то, дававшееся ей, очевидно, нелегко.

— Фелиция Хени была моей матерью, — сказала она.

— Ого, — удивился Грип. — Этого... этого я не знал.

— Да, об этом очень немногие знают. Я присяду.

Грип пододвинул ей раскладной стул, а сам сел на табурет.

— Я никогда с ней не общалась, — сказала Кида. — Приемные родители рассказывали, что у неё были проблемы с наркотиками, и она сама попросила не связываться с ней, чтобы меня с ней не ассоциировали. Не знаю, из уважения или от стыда я пришла на похороны в капюшоне и прислала цветы анонимно.

Грип вздохнул. — К сожалению, у неё действительно были тяжелые времена, Кида.

— Она так и не назвала отца, и хотя никто не говорил прямо, у меня сложилось впечатление, что это мог быть кто-то... ну, кто платил ей за секс. Пару недель назад я говорила с Тимом о сценах полетов, которые он монтирует, и спросила, помнит ли он что-нибудь о тех временах. Тим считал, что у неё был постоянный, но тайный любовник в киноиндустрии. Тайный, потому что он был женат.

— Вот как?

— Я посмотрела на сайте film.nb.no и выяснила, что моя мать и этот человек работали вместе не только над «Проповедником». Они должны были сотрудничать и над более ранним проектом. Картина называлась «Окончательный монтаж».

— Верно. Вся наша компания из «Нового Осло» была задействована там, это должен был быть наш дебютный фильм, но из него, к сожалению, ничего не вышло.

— Значит, ты понимаешь, о каком женатом мужчине идет речь?

Грип посмотрел на неё. Прикусил нижнюю губу. — Полагаю, ты знаешь правило, Кида?

— То, что происходит на площадке, остается на площадке.

— Да. Но ладно, дело прошлое, а для тебя это важно. Так что да, у меня есть догадка, о ком речь. Кристиан был на несколько лет старше, так что он единственный из нас успел жениться к тому времени.

Кида кивнула. — Я решила, что не стану устраивать ему очные ставки из-за того, что он бросил нас ради спасения собственной репутации и брака. Какой в этом смысл. Но, как ты видел, я немного сорвалась в той сцене, где он должен был играть скорбящего короля. — Она усмехнулась и покачала головой. — Он, судя по всему, даже не понял, на что я намекаю. Или притворился, как мне показалось.

— И теперь ты хочешь поговорить с Кристианом о том, что он твой отец, более... прямо, что ли? Например, не при всех.

— Нет.

— Нет — в смысле?

— Нет — в смысле никаких разговоров. Потому что я ошиблась.

— А?

— Кристиан Боэнг мне не отец. Мой отец — Роберт Брандт.

— Роберт? Серьезно? Ты абсолютно уверена?

— Полиция говорит, что так показывают результаты анализов ДНК, которые у нас брали. Ты выглядишь очень удивленным.

— Да, я и подумать не мог, что Фелиция и он... — Грип пожал плечами. — Впрочем, откуда мне знать?

— Я надеялась, что ты хотя бы что-то знаешь.

Грип задумался. Попытался вызвать в памяти воспоминания более чем двадцатилетней давности.

— Фелиция и Роберт, — пробормотал он. — Фелиция и Роберт. — Покачал головой. — Если я что-то и видел или слышал, то уже не помню. Да и вообще это никак не складывается в голове. Фелицией ведь мы все были очарованы, но Роберт был совершенно не в её вкусе. Недостаточно альфа-самец, понимаешь? Фелиция была сильной и любила сильных мужчин.

— Думаешь...

— Думаю что?

— Думаешь... — Кида скривилась. — Роберт Брандт мог её изнасиловать?

Грип захлопал глазами. Раз, другой. Из глубины памяти медленно всплыло воспоминание. Тень подозрения, которая когда-то мелькнула и тут же испарилась, поскольку это казалось полным безумием. Вечеринка, одна из многих.

— Твоя мать... ну, Фелиция... была на той вечеринке, которую мы устраивали на вилле у Роберта. Между ней и Кристианом, кажется, пробежала кошка, так что она была в глубокой депрессии. Роберт дал ей какие-то таблетки — по-моему, из тех колес, которые обычно водились у Тима. Фелиция к тому времени уже пустилась во все тяжкие, так что меня это не удивило. В общем, она вскоре еле сидела. Роберт сказал, что ей просто нужно поспать, и помог ей подняться в спальню на втором этаже. Но он так чертовски долго так долго не спускался обратно, что я... ну, сам понимаешь. Подумал об этом. О том, что он мог воспользоваться шансом, которого в другой раз ему бы точно не представилось. Когда мы уходили, она все ещё спала. Мы с Антоном заглянули к ней, она выглядела... ну,