Башня Кристо - Келли Уэст

в твоем образовании имеются серьезные пробелы. Я не могла правильно произнести «Вустершир». Не могла найти Францию на карте. Не могла разложить предложение на составляющие. Никогда не слышала о Цицероне. Позже он начал подбрасывать мне старые романы.

Я и представить себе не могла, что бывают такие люди, как Охранник. И что кто-то из них может появиться здесь, в ЦСС. И я определенно никогда не думала, что такой человек, как он, проявит ко мне интерес. Мой собственный личный Хитклифф[19].

По какой-то причине, которую и сама до конца не понимаю, я не выпытываю у него подробностей. Кажется, это как если бы я попросила фокусника раскрыть его секреты. Или, может, что-то во мне верит, что все происходящее – это не более чем мираж, который исчезнет, если я буду смотреть слишком пристально или слишком долго.

Первый год мы регулярно практикуемся. Грамматика… Произношение… Осанка… Выдержка… Играем в разные игры. В первую очередь в шахматы. Он приносит мне экземпляр книги «Лондонская система – гибкий и надежный дебют».

– Здесь сказано, что мы должны использовать арабскую нотацию[20], – говорю я ему как-то днем, когда мы в столовой обсуждаем итальянскую защиту.

Охранник невероятно красив, и я отчаянно пытаюсь произвести на него впечатление, хотя подозреваю, что это просто невозможно.

– Нет. Не должны, – говорит он, проводя рукой по своим темным волосам и даже не поднимая взгляда от доски.

На что ему тут смотреть? Я в своем оранжевом тюремном комбинезоне, который мне немного великоват, а волосы у меня жирные, потому что я мою их в маленькой раковине.

– И не забывай про локти, – напоминает мне Охранник. – Нельзя ставить их на стол.

Лицо у меня вспыхивает, и я мгновенно выпрямляюсь и аккуратно складываю руки на коленях.

– Но… я была внимательна. Я читала. Так почему же… Почему…

– Потому что, – отвечает он наконец, поднимая взгляд и одаривая меня кривоватой улыбкой, от которой у меня внутри все тает, – ты училась играть в шахматы не по этому.

Он похлопывает по книге.

– Летом ты проводила время со своим дедом на яхте, которую он держал в Портофино. На «Сером волке». Днем загорала на палубе, а вечером дедушка показывал старые фильмы на своем проекторе. Богарт… Эррол Флинн… Стюарды подавали кьянти, и вы до поздней ночи разыгрывали классические дебюты. И, естественно, использовали описательную нотацию.

У меня такое чувство, будто он впервые раскрывает что-то о себе. О своем собственном воспитании.

– Я не понимаю, – говорю я ему.

Он кладет руку на стол, совсем рядом с моей, его указательный палец почти касается моей кожи, но не совсем. Охранник всегда осторожен.

– Чтобы ты смогла отомстить – мы смогли отомстить – людям, которые отняли у нас все, тебе нужно стать такой же, как они. Думать как они. Жить как они. Видеть мир таким, каким видят его они. – Он бросает взгляд на тарелку с макаронами с сыром, которые на вкус больше похожи на пластилин. – Шейн Копински должна умереть в этом месте.

Когда Охранник произносит мое имя, все у меня внутри кипит. Выдерживая мой взгляд, он говорит:

– Чтобы жить дальше, тебе нужно стать другим человеком.

Понедельник

Квартира 95: Ведущая

Сегодня участники должны были провести свою первую игру. Чтобы, как говорится, взломать лед. Правда, довольно странную. Под названием «Можно ли вам доверять?»

Клэр зевала, насыпая хлопья себе в тарелку, но уже окончательно проснулась, так что вполне могла приниматься за работу. Она уже потратила несколько минут на поиски своего телефона, прежде чем поняла, что, конечно же, это мистер Арчер забрал его, когда она приехала на съемку.

Хотя на самом деле Клэр опять по-настоящему не спала. Ей снился все тот же сон. Тот, про мост. Она закрыла глаза и отчетливо представила себе все вплоть до последней детали…

Он длинный. Металлический. Выкрашен в зеленый цвет, чтобы сочетаться с окружающим лесом. Ширины его хватает лишь для того, чтобы двое детей с надутыми автомобильными камерами могли идти бок о бок.

Ее резиновые пляжные тапочки шлепают по стали. Голова едва достает до поручней перил. Воздух наполнен запахом кокосового крема от загара, а от сахарных кленов веет ароматом сладкого миндаля.

Летний лагерь. «Кемп-Уайлдвуд».

В этом мосту есть что-то такое… Она хочет быть последней в очереди, когда они будут переходить через реку. Другие девчонки всеми силами стараются пробиться вперед, быть первыми. Первыми на горках. Первыми в воде. Первыми на дорожках для плавания. Когда она делает последний шаг, то видит открывающийся с моста вид, смотрит на своих подруг, на миг зависших в прыжке над водой, слышит всплески, чувствует, как ветер отбрасывает волосы у нее с шеи…

Клэр отнесла тарелку с хлопьями в кабинет, села за компьютер и начала печатать. Давненько же она не была на съемках…

Насколько честный вы человек?

Готовы ли вы признать свое прошлое?

Готовы ли признать свои ошибки?

Готовы ли поделиться своими секретами в «Кристо»?

Сегодняшняя игра была своего рода обратной версией «Двух истин и одной лжи». В версии от «Пейбэк» участникам показывали несколько утверждений о них самих и просили указать, какое соответствует истине. Продюсеры уже прислали копию текста для этой игры, и варианты были… в общем… довольно странными. Клэр даже не знала, какие ответы тут правильные. Дэвид Арчер должен был снабжать ее этой информацией по ходу игры.

Клэр идет обратно в лагерь. Ее купальник все еще мокрый от озерной воды. Кожа у нее идеального красноватого оттенка – достаточно, чтобы чувствовать это, но не настолько, чтобы гореть. Шлепанцы поскрипывают под ногами. Другие девочки довольно далеко впереди, мелькают между деревьями. Распевают какую-то песню из «Топ-40» во все горло…

Тряхнув головой, Клэр заставила себя вернуться в настоящее и попыталась сосредоточиться.

Она проверила экраны, перемещаясь по помещению и щелкая мышкой – подключая все системы к сети. Шефиня была на кухне, ловко шинковала какие-то ягоды и переворачивала блинчики на сковороде. Такого рода материал вполне мог пригодиться для заполнения монтажных переходов. Клэр занесла записи об этой камере и таймкод в свою рабочую таблицу.

Режиссерский сценарий – Клэр Фаррадей

Заметки по сюжету – Неделя Первая – первая игра.

Не задавай вопросов, и не услышишь лжи в ответ.

Участники были самого разного возраста и принадлежали к самым разным социальным группам. У некоторых было