Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

«Похоже, Карл не догоняет», — подумал Джар.

— Две недели назад Эми дала мне дневник, написанный Розой. По крайней мере, я думал, что ею. Какие-то фрагменты дневника точно писала Роза — те части, в которых она описывает наши отношения в Кембридже. Но Мартину удалось завладеть дневником, когда Роза гостила в их доме. Как-то раз, когда у Розы возникли проблемы с вай-фай, он сумел войти в ее компьютер и отправить себе по электронной почте копию ее дневника. Мартин сам написал об этом в своем журнале.

— Но он мог и это выдумать, — возразил Карл.

Джар проигноровал его реплику.

— Мартин прочитал Розин дневник: о нашем знакомстве и встречах, о ее переживаниях в связи с кончиной отца. О декане ее колледжа…

— Докторе Лэнсе? — уточнил Макс.

Джар кивнул:

— Доктор Лэнс заметил, как Роза подавлена и несчастна, и предложил ей поехать в приют в Херефордшире. Возможно, он действительно говорил Розе, что она может прервать учебу и вернуться в колледж, когда оправится от горя. Но в колледже Святого Матфея не было психотерапевта.

— А как же Карен? — спросил Макс. — Роза много пишет о ней.

— Мартин тоже много пишет о психотерапевте в своем журнале. В частности, о ее странной особенности — делать короткий прерывистый вдох перед тем, как заговорить. Только он пишет не о Карен, а об одной старой университетской подруге Эми — американке-психологе по имени Кирстен, которая приезжала к ним в гости.

— О горячей Кирстен, с которой ты встречался на Харли-стрит, — вставил Карл.

— Эми беспокоили мои галлюцинации после потери Розы, и она попросила свою подругу помочь мне. А Кирстен, догадываясь, что без дружеских уговоров я к психотерапевту не пойду, завязала сначала знакомство с тобой.

— Она рассказывала, что ставит джангл своим пациентам, — пробормотал Карл. — Я и повелся.

— Эми действовала из лучших побуждений. Познакомившись с Кирстен, я подумал, что она на самом деле — Карен, психотерапевт из колледжа, и тоже ищет Розу. Но я ошибся. Карен никогда не существовала. Ее создал своим воображением Мартин. Начинающий романист, он выдумал ее, списав образ с гостившей у них Кирстен. Мартин набросал ее портрет в своем журнале — специфический вдох, светлые волосы, высокие скулы. Ничего особенного, обычное упражнение в сочинительстве. На премию Букера не тянуло.

— Но почему Кирстен стала Карен в дневнике Розы? — опять спросил Макс.

— Мартин всегда мечтал написать роман — с того самого момента, как он чуть было не начал читать лекции по английской литературе в Кембридже. Давно, еще в молодости, он уже предпринял одну попытку и неудачно. Я знаю, что чувствует человек в таком случае. И вот в руки Мартина попал Розин дневник. И у него возникла идея. Он начинает приукрашивать его — добавляет своих персонажей, вставляет новые фрагменты, примешивает к правде вымысел. Это объясняет, почему тебе не удалось разыскать психотерапевта в колледже Святого Матфея, тем более американку по имени Карен.

— Иными словами, Мартин взял Розин дневник за основу для своего нового большого романа, — пояснил Макс. — Но это не объясняет, почему он выложил в даркнете видео с ее пытками «американцами».

— Не совсем так. — Джар замолчал, глядя в боковое зеркало. Белый фургон «Форд Транзит» уже давно ехал за ними. Джар нащупал холодный металл в кармане куртки. Но почему-то наличие пистолета не успокаивало его. Он ничего не сказал Максу и Карлу об оружии.

— В последние месяцы перед ее исчезновением депрессия Розы усилилась, хотя я этого не замечал. Она написала об этом в своем дневнике. Не знаю, насколько исказил все Мартин. Но в любом случае я недопонимал, насколько Розе было тяжело.

«Не намного», — понадеялся Джар. Мартин, может, и добавил отсебятины в Розин дневник, но он также, вне всякого сомнения, удалил из него кое-какие записи: «подкорректировал» их с Розой отношения, размыв любовь, которую они питали друг к другу.

— Мартин видел ее подавленность, — прервал молчание Джар. — И допускал возможность самоубийства в таком состоянии. Поэтому он последовал за Розой, когда она вышла ночью из дома и направилась к пирсу.

— Я все равно не понимаю — для чего? — спросил Макс.

— Роза открывала ему перспективы — и для романа, и для его экспериментов. В своем журнале Мартин много рассуждает и о необходимости испытывать антидепрессанты на людях, переживающих стресс, и о своем разочаровании из-за того, что законы и регуляторы мешают ему это делать. Тюрьма Гуантанамо была идеальным местом для несанкционированных клинических испытаний новых препаратов. А тут у него появился шанс проводить свои испытания в схожих условиях, тестировать все антидепрессанты, в разработке которых он принимал участие. Вот почему он так старательно подготавливал себе особое место — брошенную лабораторию для экспериментов над животными, в свое время принадлежавшую его фирме в Норвиче. Именно там проводились когда-то действительно жуткие опыты — подальше от любопытных глаз противников жестокого обращения с животными.

— О Господи, Джар! И он все это описывает в своем журнале?

— Да, и довольно откровенно.

Опять замолчав, Джар протянул руку к бутылке воды, лежащей рядом с Карлом, и отпил из нее глоток. Во рту у него пересохло.

— Убедив Розу отойти от ограждения пирса, Мартин довел ее до своей машины, при этом оставшись незамеченным — камеры видеонаблюдения на пирсе были сломаны. В машине он напичкал ее успокоительными, а может быть, даже усыпил (что ему не составило труда сделать, учитывая характер его прежней работы). Потом инкогнито позвонил в службы экстренной помощи и отвез Розу в свою лабораторию на заброшенном аэродроме. Там он и удерживает ее все пять лет.

— Боже, — прошептал Карл.

— В этой лаборатории Мартин начал проводить эксперименты над Розой. Делая все то, что ему нельзя было делать с людьми на работе. Вот для чего она ему требовалась. К тому же, все это давало ему материал для его романа, который он так мечтал написать. Мартин начал дополнять Розин дневник записями из своего журнала, вводить в него «своих» персонажей. А сюжет он позаимствовал из твоей статьи, Макс, на которую наткнулся через год в даркнете. (А в том, что Мартин ее прочитал, нет никаких сомнений: он оставил под ней свой комментарий под ником Laika57.) Роза не совершала самоубийства, она была завербована американцами и получила новую жизнь, став участницей программы «Евтихий». (Это название Мартин тоже позаимствовал — из комментария к твоей статье другого пользователя.) Чем не захватывающий сюжет для любителей шпионских детективов? Мартин включил в Розин дневник и другие детали из твоей статьи.

— Например, о САС, — пробормотал Макс. — И о