Там, где тишина - Эллиот Харпер

Когда Миддлтон отвлекся на звонок, Билли почувствовала долгожданную свободу, выпрямилась на сиденье и бросила быстрый взгляд на свои руки: боже, как же сильно ее трясет. И сейчас, поддавшись панике, она совсем не мыслила разумно. Медленно сжав и разжав подрагивающие пальцы, она открыла дверцу и вышла из БМВ.

Пока Лео тарахтел про экспертизу, вероятное отсутствие отпечатков и выдвигал версии задержания Роберта, Адам задумчиво рассматривал через лобовое стекло толпу вдалеке, и неожиданный хлопок заставил его буквально дернуться на месте.

– Черт, – прошипел он в телефон и потянулся к двери. – Перезвоню позже.

В это время Билли стремительно шла вперед, как поезд, движущийся на высокой скорости, – туда, где предположительно могла находиться ее машина.

«Он не получит их. Я не позволю, он не тронет их, – мысленно повторяла она, словно мантру, но ее трясло от макушки до пальцев ног. – Не тронет. Он не тронет их».

– Билли! Билли, стой!

Она не реагировала на его голос, но Адам догнал ее в несколько быстрых шагов и, схватив за запястье, развернул к себе и выпалил:

– Куда ты, черт возьми, собралась? Жить надоело?

Билли одновременно с удивлением и возмущением посмотрела сначала на захват, затем на Адама и попыталась дернуть руку на себя.

– Отпусти, – сверкнув взглядом, потребовала она, уже не пытаясь анализировать, зачем он вообще ее держит.

– Тебе нельзя сейчас оставаться одной. Не в таком состоянии.

Упрямо мотнув головой, Билли опять дернула запястье, но из-за разницы в весе и силе притянула себя к Адаму, почти ткнув его лбом в подбородок.

– Я сказала – отпусти! – дрогнувшим голосом потребовала она.

– Отпущу, – заверил ее Адам, но вместо того, чтобы выполнить обещание, ослабил хват и мягко, но настойчиво притянул к себе.

– Что… ты делаешь?.. – охнула Билли.

– Пытаюсь все исправить.

Билли замерла в его объятиях, прекратив попытки вырваться, когда внутри нее плавными волнами начало растекаться приятное тепло.

– Что… – пробормотала она и медленно моргнула. – Адам… что-то… что-то не…

– Все хорошо… – его голос эхом прокатился в ее голове.

Билли моргнула еще пару раз, с трудом подняла руку и неловко коснулась пальцами его щеки.

– Со мной… что-то не так… – пробормотала она ему в плечо, и ее ладонь скользнула на шею Адама. – Я… – Билли покачнулась на ватных ногах, прикрыла глаза и начала оседать на асфальт.

Удивленно вскинув брови, Миддлтон за секунду подхватил ее на руки.

«Черт!» – оглядевшись, он понес ее обратно к БМВ. Аккуратно разместив ее на сиденье и пристегнув ремнем безопасности, он сел за руль и замер в нерешительности: куда дальше? Отвезти Билли к ней домой или к себе? Но у него нет ключей от ее квартиры, а обыскивать карманы без ее ведома будет… не очень правильно.

Адам вздохнул и завел двигатель. Остается надеяться, что Билли не устроит ему скандал из-за того, что опять проснется в его квартире.

* * *

Занятный малый этот Адам Миддлтон. Не зря он приметил его с самого начала. Правда, ему еще предстоит получше узнать своего оппонента в деле, но это вопрос времени и ряда обстоятельств. Особенно теперь, когда агент Миддлтон принял вызов, как собака брошенную кость.

Он с интересом наблюдал за Адамом с момента его прибытия к фонтанам.

В нем поразительно много выдержки – прекрасное сочетание урагана эмоций и титанического самоконтроля.

«Не каждый способен сохранять невозмутимость при виде такой ужасной картины. Большинство людей не смогли.

Может показаться, что он совершенно неспособен испытывать страх, гнев или беспокойство, но я готов дать сто очков вперед, что все это – искусственно созданная иллюзия. Профессиональная маска, скрывающая истину. При такой работе, крепких нервах и соответствующем опыте это… вполне ожидаемо, но далеко не вечно».

Все рано или поздно ломаются – если знать, куда нажимать и с какой силой. Слабости есть у любого человека, и агент Миддлтон не исключение. Он – правило. Самое… любопытное из всех, которые ему попадались.

Его губы дрогнули в довольной улыбке, когда он припомнил их недавний разговор.

Это было слишком просто – найти слабое место Миддлтона. После звонка он на всех парах примчался в парк и первым делом бросился к своей миловидной спутнице. Так почему она занимается расследованием вместе с ФБР?

Он заметил ее в ту ночь, когда она приехала к заброшенному зданию вместе с Миддлтоном. Хотя ее оставили в машине, девчонка самоубийственно смело бросилась в дом после взрыва, рискуя своей жизнью, а после, каким-то чудом выжив, сидела в фургоне скорой помощи, с этим ее растерянным щенячьим взглядом, и не подозревала, что он смотрел на нее через оптический прицел снайперской винтовки и что в любой момент ее жизнь могла оборваться. От смерти ее отделяла лишь сила, с которой он давил пальцем на спусковой крючок.

«Ты жива только потому, что так решил я, – самодовольно подумал он. – А теперь ты появилась и здесь. В ФБР разрешают заводить ручных собачек и таскать их за собой по городу?»

Но приехала она до того, как появился Миддлтон.

Любопытное совпадение.

А ведь эта девица понятия не имеет, насколько близко она была к человеку, которого пытается найти, и не знает, что почти налетела на него спиной, но он вовремя отступил, и она врезалась в какую-то тетку со взглядом перепуганной коровы.

Она была так близко к нему, что он практически коснулся рукой ее длинных волос.

Он пристально наблюдал за ней и дальше – со стороны собравшихся любителей хлеба и зрелищ – и с удовольствием подобрался бы еще ближе, если бы не появился Адам. Но всему свое время. Эта милая особа не подозревает о многом, что произошло сегодня – и во что все это выльется дальше.

Он улыбнулся.

В отличие от Адама Миддлтона она не скрывала эмоции и казалась куда более живой и… настоящей. Потрясающий спектр разных переживаний – яркий и притягательный, но подводящий ее к печальному финалу, в котором она сыграет далеко не последнюю роль.

«Пока агент Миддлтон руководствуется рассудком, эта принцесса движется на зов своих чувств и эмоций – летит, как мотылек на пламя, где и сгорит заживо». – Он усмехнулся.

Отлично.

Он будет рядом, чтобы не просто увидеть все своими глазами.

Он будет рядом, чтобы забрать ее себе.

Глава 6

На барной стойке стоял остывший кофе, который Миддлтон сварил перед тем, как сесть за отчеты и звонки. Но в конце концов он ограничился несколькими глотками, а затем благополучно забыл о нем и пару