Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

услышал их, когда группа выходила на связь. Послали гонца доложить командиру, а сами продолжили наблюдение за группой. Скоро прибыли все, кроме раненого и еще одного разведчика для прикрытия. Командир долго размышлять не стал. Неизвестные еще не успели обтрепаться, как советские рейдовики, значит, вышли недавно и должны знать оперативную обстановку. Это как раз то, что нужно было спецназовцам, чтобы просочиться без опаски за линию боевого столкновения на свою сторону. У кустарника незнакомцы сделали привал, раскрыли ранцы, достали консервы. Дракон принял решение напасть на неизвестных неожиданно. Подкрадывались так, что кустик не шелохнулся. Вообще за эту неделю они сжились с природой, стали ее органичной частью, да и тренировки по маскировке и выживанию научили многому. Командир махнул рукой, Хмурый в два прыжка преодолел расстояние до ближайшего из сидевших и приставил ему автомат к голове. Тот от неожиданности даже жевать перестал. В это время Якут стреножил их дозорного. Бородатый воин только успел крякнуть от боли и уже лежал распластанный на земле. Дракон сильным ударом свалил того, кого они посчитали за командира. Разведчики, бесшумно показавшись из кустов, окружили остальных. Те, увидев направленные на них автоматы, замерли. Ломтев несколько раз грозно повторил «Mаos para cima! Mаos para cimа!»[9] Их командир поднял руки, вслед за ним подняли и остальные. Их связали, забрали оружие.

— Контрик, тебе не кажется, что это какая-то странная команда? — вполголоса обратился Дракон к Ломтеву.

— А что не так, командир?

— Все вооружены новенькими АК–47, как будто из одного ящика. Юаровцы и сепаратисты Савимби чаще всего имеют бельгийское, американское или израильское оружие. Камуфляж чистый, а идут они из рейда по тылам наших союзников. Мы вон как за эти дни пообтрепались и заросли. Что думаешь, контрразведка?

Ответить Андрей не успел. Якут достал из рюкзака одного из захваченных консервную банку и с удивлением, обращаясь к Дракону, громко прочитал по-русски: «Гречневая каша с мясом». Командир недоверчиво осмотрел банку.

— Что я говорил? — опять задался вопросом Дракон. — Спроси их, кто они такие?

— Так вы советские? — первым недоверчиво спросил по-русски командир пленных.

— Мы-то советские, а ты кто такой? — не удержался Дракон, повернувшись к незнакомцу.

— Soviеticos, soviеticos, — радостно загалдели пленные.

Их командир на ломаном русском языке стал объяснять, что они кубинцы из разведки интернационального корпуса. Их недавно сюда перебросили, и они шли в тыл врага на задание. Посовещавшись, спецназовцы развязали им руки, но оружие не отдали. На всякий случай. Через три часа кубинцы привели советских разведчиков в расположение штаба, и Ломтев смог связаться с представителем контрразведки. Кубинцы приняли их тепло, по-союзнически. Быстро организовали помывку, впервые за столько дней. Парней осмотрел доктор, их накормили до отвала и отправили спать в нормальных условиях.

Утром за спецназовцами прилетел на вертолете майор Купцов. Ломтев передал ему оба мешочка с алмазами. Виктор Иванович тщательно осмотрел тяжелые кожаные пакеты, проверил целостность прошивки.

— Не то что я вам не доверяю, — ответил он, видя недоуменные взгляды Дракона и Ломтева, — не хочу, чтобы у вас были неприятности. Все в порядке. Благодарю за службу, товарищи бойцы. Большое дело сделали для страны, — торжественно объявил контрразведчик и крепко пожал парням руки.

— Товарищ майор, — немного смущаясь, сказал Дракон. — Я понимаю, что тайна, но очень интересно, что в этих мешках? За что мы столько сил положили?

Купцов с Ломтевым переглянулись.

— Молодец, курсант. Умеешь хранить государственную тайну, — похвалил контрразведчик Андрея и повернулся к спецназовцу. — В этом мешочке, — он подкинул тяжелый пакет на руке, — оплата поставок вооружения Советского Союза дружеской Республике Ангола. Большего сказать не могу. Понятно, сержант?

— Так точно, — четко, по-уставному ответил Дракон.

Разведчикам ГРУ дали неделю отдыха, а Ломтев сидел в штабе и три дня отписывался в подробностях о прошедшем рейде. Все 18 килограммов ангольских алмазов под вооруженной охраной спецрейсом отправили в Москву. С Андрея взяли подписку о неразглашении операции «Артель». Так он впервые столкнулся с алмазами.

Глава 4

В тот год в феврале на всей территории Анголы практически не было ясных дней. Погода преимущественно облачная, с редкими прояснениями, которые длились всего несколько часов. Облака часто закрывали небо, создавая ощущение постоянной пасмурности. В это время года солнце редко пробивалось сквозь густые облака, и даже в полдень освещение оставалось тусклым. Но такая погода практически не оказывала влияния на повседневную жизнь советских военных специалистов. Купцов заглянул к переводчикам и кивнул Ломтеву.

— Контрик, на выход, — позывной, данный Андрею разведчиками спецназа ГРУ, довольно прочно прилепился к нему.

На закрепленном за военной контрразведкой «уазике» они лихо помчались на другой конец района. Автомат привычно лежит возле сиденья, кобура с «вальтером» расстегнута и передвинута на живот. Водитель следит за тем, что впереди и слева, сектор ответственности пассажира — то, что происходит справа. Они быстро добрались до базы дислокации кубинского корпуса. На въезде их встретил, как и положено, бородатый кубинский офицер. Большинство бойцов с Острова свободы носили бороды в знак уважения и желая походить на сторонников Фиделя Кастро в период освобождения страны от американцев. Каждый хотел быть похожим на тех легендарных бородачей «барбудос».

— Здравствуй, Мигель, — доброжелательно поздоровался с встречающим Купцов и скупо представил Ломтева.

— Очень рады, Виктор, ждали вас, — открыто улыбаясь, на хорошем русском произнес мужчина. На первый взгляд ему было чуть больше тридцати, среднего роста, явно метис.

Он провел их в расположенное на первом этаже помещение с крепкими решетками на окнах. Пара письменных столов, полдюжины простеньких стульев, железный сейф в углу — вот и вся мебель.

— Рассказывай, капитан, зачем мы вам понадобились, — отказавшись от традиционного предложения кофе, сразу перешел к делу советский контрразведчик. — Старший советник мне ничего не смог объяснить. Просто дал указание прибыть к вам сюда в отдел военной разведки и оказать всю возможную помощь.

Только теперь Андрей догадался, что попал в легендарный DIM — La Dirección de Inteligencia Militar, то есть Управление военной разведки Республики Куба.

— Именно так, Виктор, — обстоятельно начал капитан. — Нужна ваша помощь. Как ты знаешь, после разгрома войск ФНЛА и Заира под Луандой ЮАР отозвала своих военных специалистов, действовавших на северном фронте. Мы считаем, это говорит о том, что ЮАР разочаровалась в боевом потенциале ФНЛА и ее ближайших союзников и попросту не желала жертвовать жизнями своих военных в том кровавом хаосе, в который на глазах превратился северный фронт оппозиции. Их место должны были занять те, кем можно легко пожертвовать, то есть наемники. По данным нашей разведки, именно после разгрома под Кафандонго в Европе и