"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

– Отвратительно. Оно похоже на насекомое. Это живет внутри меня?

Гримаса отвращения исказила лицо жены, и эти слова навсегда отпечатались в памяти мужчины. Он надеялся, что с рождением ребенка ее отношение переменится, что материнство смягчит холодность. Но это оказалось лишь горьким самообманом.

За несколько дней до празднования первых ста дней жизни ребенка мужчина вернулся домой раньше обычного. Едва переступив порог, он услышал отчаянный, задыхающийся плач малыша, который гулко разносился по всему дому.

Мужчина позвал жену, но в ответ была тишина. Не раздумывая, он бросился в спальню, намереваясь успокоить ребенка.

И он увидел своего малыша. Ребенок лежал в корзине, спрятанной в глубине шкафа. Его маленькое лицо было красным от непрекращающегося, изнуряющего плача. Мужчина осторожно взял малыша на руки, вышел в гостиную и начал раздраженно звать жену.

Кровь прилила к его голове. Все внутри кипело от ярости. Хотелось разбить любую вещь, попавшуюся под руку.

Сначала мужчина предполагал, что причиной поведения жены была послеродовая депрессия. Но с каждым днем ее маниакально-депрессивные вспышки и бредовые идеи становились все более опасными. Она тайно издевалась над ребенком, а в отношениях с мужем прибегала как к психологическому, так и к физическому насилию, не пытаясь скрывать свою агрессию.

Причины ее поведения казались разными, но всегда сводились к одному: она была убеждена, что мужчина изменяет ей. Это было абсолютным абсурдом. Все происходящее существовало только в ее воспаленном воображении. Мужчина мог поклясться, что всегда был ей верен.

Он отогнал тяжелые мысли и открыл входную дверь. Ему казалось, будто его втягивает в черную, бездонную яму. В коридоре сработал датчик света, но дом все равно утопал во мраке.

– Я дома, – тихо сказал он, окликнув жену. Ребенок, должно быть, давно уснул. А жена… Она знала, что сегодня у него было корпоративное мероприятие, и наверняка уже была недовольна.

Он включил свет в гостиной. Яркий свет озарил пустую и мрачную комнату. Жены нигде не было видно.

Внезапно откуда-то донесся приглушенный звук. Мужчина тяжело вздохнул, выпуская воздух с запахом алкоголя. В голове возникла мысль: это, вероятно, рассерженная жена, которая, как обычно, устраивала молчаливую акцию протеста, ожидая, чтобы ее нашли. Или же депрессия снова взяла верх, и она спряталась где-то.

Мужчина поставил портфель на пол в гостиной и направился в кабинет.

– Ты здесь?

Он открыл дверь кабинета и включил свет. В комнате с книжными полками вдоль стен никого не было: лишь массивный стол и пустое кресло стояли на своих местах. Мужчина нахмурился и закрыл дверь.

Он прошел маленькую комнату, заглянул в детскую, ванную и кладовую. Но нигде не было ни малейшего следа жены.

Сдерживая нарастающее раздражение, мужчина открыл дверь в спальню. В тот момент, когда потянулся к выключателю, он заметил, что дверь гардеробной была слегка приоткрыта. Рука замерла в воздухе.

Когда жена погружалась в депрессию, она избегала яркого света, который, по ее словам, делал ее лицо слишком заметным. Мужчина тоже не спешил появляться перед ней в неряшливом виде, зная, что она найдет повод уколоть его или придраться к чему-нибудь.

В комнате царил полумрак, и очертания предметов едва угадывались. Мужчина осторожно подошел к гардеробной.

– Что ты там делаешь?

Жена неподвижно сидела с опущенной головой, прислонившись спиной к двери. Казалось, что она плакала.

– Что опять случилось? – спросил он, сделав шаг ближе. Мужчина присел на корточки, чтобы встретиться с ней взглядом. Теперь их лица оказались совсем рядом.

В этот момент мужчина резко отпрянул и рухнул на пол. Широко раскрытые глаза жены смотрели прямо на него. Теперь он заметил тонкую веревку, плотно обвивавшую ее шею.

– О… О… А-а-а!

В ужасе он попытался отползти назад. Его сердце колотилось так, словно готово было вырваться из груди. Ноги ослабли и лишили его возможности встать.

Глаза жены продолжали пристально смотреть на него.

Михо открыла глаза.

Ее разбудил стук дождя, неистово барабанившего по окну всю ночь. Комнату окутала тьма. Она посмотрела на часы: 1:20 ночи. До утреннего подъема оставалось еще достаточно времени.

Отложив телефон в сторону, Михо снова попыталась уснуть. Она натянула одеяло, улеглась поудобнее, но сон не шел.

Михо попыталась лечь на бок, но удобного положения не нашла. Возможно, дело было в тревоге, которая грызла изнутри. Мысли, всплывшие днем, не давали покоя.

Семнадцать лет назад в ее родной старшей школе Сора с пятого этажа сорвался человек. Он умер мгновенно, сломав шею при ударе о землю. Клумба и цементный пол были залиты темно-красной кровью, кусками мозга и плоти. Первым, кто нашел тело, оказался ученик. Слухи распространились моментально, и скрыть случившееся было уже невозможно.

Это было очевидное самоубийство. Но в то же время – социальное убийство. Каждый, кто поддался массовому психозу и коллективному безумию, был, по сути, соучастником его смерти.

Михо старалась изгнать из головы мысли о Хан Чжухёне. Каждый раз, когда она вспоминала его, ее начинало тошнить. Поняв, что уснуть уже не удастся, Михо встала с кровати.

Она выпила холодной воды и начала медленно ходить кругами по маленькой гостиной. Ее сердце все глубже погружалось в темную бездну.

В этот момент Михо услышала шорох, как будто кто-то тер тонкий материал. В небольшой квартире площадью всего пятьдесят шесть квадратных метров этот незнакомый звук отчетливо раздавался в тишине. Она напрягла слух, прислушиваясь в темноте. Спальня? Маленькая комната? Михо осторожно сделала шаг в сторону маленькой комнаты.

Ночь всегда способна пробуждать новые, незнакомые ощущения даже в самых привычных местах. Иногда она делает человека более уязвимым и чувствительным, но чаще вызывает тревогу и странные, пугающие ощущения.

Михо осторожно приоткрыла дверь маленькой комнаты. Дверь со скрипом отворилась, обнажив темное и тесное пространство. Она включила свет в комнате, используемой как склад: шкаф, книжные полки, сушилка для