Современный российский детектив - Анна Майская

отважным первопроходцам, могилу которого я нашел вчера,» мелькнуло в его сознании. «Мы работники Всесоюзного арктического института. Мы проводим инспекцию наших опорных пунктов,» ответил Сергей согласно инструкции, полученной от командования на случай такой невероятнoй встречи. «Сергей Кравцов», протянул он свою руку. «Я парторг Хлебников,» ответное рукопожатие было вялым и влажным. «Не похожи вы на нашенского,» влез в разговор юноша, оказавшийся за спиной парторга. Его длинное как жердь тело облекала тельняшка, куцый пиджак и черные сатиновые шаровары, заправленные в бурки. Обрадовавшись неожиданному развлечению все обитатели избы высыпали на крыльцо. Они были молоды, нестрижены и одеты примерно одинаково — в ватные телогрейки, тельняшки, свитера, брюки и сапоги; среди них выделялся сухонький человек постарше. На голове его была синяя фуражка с якорем. «Капитан Бубнов,» просипел он, вынув трубку изо рта. «Вы действительно из-за границы?» Он поспешно убрал свои корявые, тяжелые руки, уставившись на Сергея. «Верно. Я из Германии. У нас договор с советским правительством о совместном исследовании Арктики.» «Как же, знаю,» не унимался долговязый юноша. «Я тогда на ледоколе «Малыгин» юнгой чалился. Как вчера помню, когда немецкий дирижабль нам в Баренцовом море почту передавал.» Его смышленое лицо озарилось воспоминаниями. «Кстати, я тоже Серега. Давай склешнимся,» смеясь сунул он руку. Один за другим все представились. «Как вы сюда попали? Давно вы здесь?» Глаза Сергея обшаривали помещение. В углах oн заметил бутылки из-под вина и пустые консервные банки. На столике возле окна стоял большой гипсовый бюст Сталина. «У нашего ледокола отказал двигатель; мы потеряли управление и нас отнесло сюда. Льды раздавили наше судно, хорошо, что берег был рядом и мы спаслись на шлюпке. Мы успели вынести самое необходимое, партийные документы и литературу, но не знаем где находимся,» парторг извиняюще смотрел на него. «Свои продукты за неделю слопали, теперь за ваши взялись, так что не обессудьте,» опять вмешался тот же юнга. «Милости просим. Странники всегда помогают друг другу. Однако вас наверное ищут. Вы же радировали своим?» «Да, но Большая земля не отвечала. У вас здесь нет радиостанции?» парторг смотрел с нервной улыбкой. «Не знаю. Я здесь в первый раз.» Сергей вздохнул и опустив голову немного задумался. «Я не один. У меня есть коллега.» Oн извинился и вышел наружу, чтобы позвать Ганса. Hо заметить его было невозможно. Сергей проглядел все глаза. Внезапно ветви стелющегося кустарника, произраставшего на краю площадки, задрожали, раздвинулись и приподнялись. Облепленный сучьями и перьями пред ним появился улыбающийся Ганс. «Иди в дом. Все в порядке,» помахал ему Сергей. «Там компания заблудившихся русских. Они безобидны. Мы возьмем продукты на обратный путь, переночуем и завтра уйдем.» Стряхнув с себя травяной мусор, Ганс вошел в избу. «Guten Tag!» Его громкий голос оглушил присутствующих. Они застыли в недоумении. Они никогда не слышали никакого другого языка, кроме русского и первый раз в жизни увидели иностранца. Ганс стоял с робкой и неловкой улыбкой, вытянув вперед правую руку. «Это мой коллега Ганс Хайльшер. Он приветствует вас в нашем доме,» представил своего друга Сергей. «Здравствуйте!» Рукопожатия возобновились. «Только почему это ваш дом? Это наша советская территория и все что на ней есть принадлежит советскому народу. Это право даровано нам конституцией,» парторг оскалил щербатый рот в усмешке. «Ну как же, вон моей тете пять лет принудработ за колоски вкатили,» упер руки в бока Серега. «Матрос Погорелых, немедленно прекратить антисоветские разговоры в присутствие классовых врагов!» рявкнул парторг на побледневшего от страха юношу. «Какие же мы враги?» Сергей примирительно развел руками. «Наши государства успешно сотрудничают в области экономики, торговли, науки и даже, понимаете ли, конфетной промышленности.» Сергей достал из кармана коробочку леденцов и пустил ее по кругу. Пока его аудитория сосала, чмокала и проглатывала сладкую слюну, он говорил, «Гитлер и Сталин — друзья не разлей вода. Гитлер так же дорог немцам, как и Сталин русским. Вот вы спасли самое дорогое, что у вас было на корабле, бюст Сталина, а немецкие полярники повесили в этой хижине самое важное для них — портрет фюрера. Вот они соседствуют друг с другом.» Он указал на столик, над которым фотография рейхсканцлера висела чуть повыше белой макушки зодчего коммунизма. «Народ делает то, что ему приказывает вождь. Тех кто перечит — уничтожают. Вот и весь сказ. Боюсь, что однажды сшибут эти фюреры лбами немцев и русских, неизвестно кто победит, но прольется много крови и слез.» «Загадками говоришь, милый человек,» ощерился парторг. «Не хотим тебя слушать.» «Давайте посмотрим, что у нас в кладовой. Может на ваше счастье и радиостанция там найдется,» Сергей и Ганс исчезли в закутке за печкой. Сквозь маленькое оконце под потолком лился неяркий свет. Десяток деревянных ящиков хранился там. Часть из них была открыта. Они были заполнены однокилограммовыми окрашенными краской жестяными банками, а другие — квадратными жестяными коробками большего размера. Читая этикетки, они набрали и уложили в свои заплечные мешки необходимое количество мясных и хлебобулочных продуктов, также пополнили запасы кофе, какао, сухофруктов и сладостей. В углу валялась опустошенная трехлитровая емкость из-под вина и несколько заляпанных стаканов с красным осадком. «Какая здесь роскошная шамовка,» услышали они сзади знакомый голос Сереги. «И без блата и без очереди. Такой у нас в продаже нет.» «Сожрут они тебя здесь, тезка. Не такой ты как они,» на ухо говорил ему Сергей. «Поперек горла ты советской власти, разве сам не видишь? Учи французский или английский и беги от них во все лопатки. Там тоже живут люди; у них есть сочувствие; они поймут, почему ты cбежал.» Сергей обнял паренька. «Иди и держи язык за зубами, не то волки сгрызут тебя.» «Ну, что все в порядке?» пронзил его взглядом парторг, когда Сергей вышел из кладовки. «Радиостанции не нашел, но давайте покажу вам на карте, где мы находимся.» Тот подозвал капитана, который отперев замок, вынул из портфеля сложенный вчетверо бумажный лист. Это был очень неточный, плохо отпечатанный чертеж бассейна Карского моря. Капитан объяснял ему завитушки и загогулины, но Сергей ничего не мог понять. Расстроенный, он извлек из своего кармана цветную карту, изданную германским генеральным штабом. На ней был обозначен весь южный остров архипелага включая топографию, контур береговой линии и окружающие его воды и глубины. «Вот бы нам такую,» ахнул капитан. «Восхваление фашисткой техники,» пробормотал парторг. «Сообщим, куда следует.» «Далеко мы от области. Без радиосвязи нас не найдут,» поскреб в затылке капитан Бубнов. «Придется нам ждать весны и тогда по чистой