Современный российский детектив - Анна Майская

в обмороке.» «Сейчас я в полном порядке.» Борис поднял руку, чтобы утереть лоб. Это оказалось удивительно легко. Он обратил внимание на плавающий перед его глазами карандаш. «Какой стыд,» подумал он, «Я не заметил, как отключилась первая ступень.» «Пеленгуете ли вы сигнал?» беспокоился оператор. «Да, прием устойчивый и четкий.» Он взглянул на экран, где две жирные полосы перекрещивались на цели, к которой он несся со скоростью шесть километров в секунду. «Через одинадцать минут начинайте торможение и выход на цель.» «Будет исполнено!» Он поправил рукоятки управления. «Все идет по плану,» доложил он. Борис с удивлением рассматривал Землю, принявшую форму шара. Сквозь прорехи в облаках проглядывал континент. Городов видно не было, но зеленые массивы лесов раскинулись на коричневой равнине, испрещенной реками. К северу блестели льды арктического океана. На востоке сквозь радужный ободок атмосферы восходило солнце нового дня. «Как странно, что обитатели этой планеты постоянно воюют между собой,» проскользнуло в его сознании перед тем как он начал заключительный маневр торможения. Перегрузка опять навалилась на него. Его сердце билось как птица в клетке, тело ломило от боли и весь он покрылся горячим потом. За смотровой щелью бушевало оранжевое пламя, от жара в кабине становилось трудно дышать, но глаза Бориса были прикованы к пеленгатору — цель приближалась! Внезапно корабль тряхнуло, раздался шипящий треск, яркая вспышка на мгновение ослепила его, по экрану пробежала рябь и изображение погасло, превратившись в черный круг. Запахло озоном и горелой изоляцией, из — за приборной панели пополз сизый дым. «Я потерял радиолокатор и на борту пожар!» прокричал Борис в микрофон. Пенемюнде ответило не сразу, но связь работала. Он уловил вдалеке оживленный спор, обвинения и кто — то голосом фон Брауна сказал: «Саботаж». «Не волнуйтесь,» oператор вернулся к своим обязанностям. «Мы приблизительно знаем ваши координаты,» успокаивали его, но позади слышалось жужжание взволнованных голосов. «Вы тормозите недостаточно быстро и сбились с курса после последнего поворота. Вас отнесло на северо — восток. Выберите крупный населенный пункт и направьте боеголовку точно в него. Наши усилия не будут напрасны.» «Я ничего не вижу,» были его последние слова. Яркая звезда соскользнула с неба, с диким воем прорезала пелену облаков и с размаху ударила в лесное озеро. Вода вскипела и превратилась в пар; грохот прокатился по всей Сибири.

Телефонный звонок был долгим и требовательным. Сергей Кравцов с трудом поднял голову с подушки. После вчерашней попойки она была пустой и тяжелой. Проклиная все, он включил настольную лампу и выудил из кармана брюк пистолет. Он потянулся за трубкой, «Хлопков у телефона!» По мере того, как Сергей осмысливал передаваемую информация, выражение его лица менялось — от тупой безучастности до уверенности и решительности. «Немедленно вылетать? Буду на аэродроме через десять минут!» Он наскоро оделся, залпом осушил стакан рассола и помчался выполнять приказание. Heinkel He 70 Blitz, скоростной пассажирский и почтовый самолет, стоял с включенным мотором на взлетной полосе. Советские опознавательные знаки были нанесены на его крыльях и фюзеляже. В кабине помимо пилота и радиооператора находилось еще два пассажира, уместившихся на скамьях позади. «Полковник Штаубе, Майор Пферд,» представились офицеры, уже переодетые в красноармейскую форму. Пилоту сделали знак, мотор взревел и через минуту они летели над тайгой. Слабое утреннее солнце окрашивало мир в пастельные тона. Клочья тумана и туч цеплялись за верхушки деревьев. Они громоздились сплошной непоколебимой массой и не было между ними ни прогалины, ни просвета. «Мы с коллегой неделю назад прибыли из Берлина на транспортной подлодке. У вас хорошая база на острове, но там только арийцы,» наклонившись к Сергею, объяснял полковник Штаубе, слабогрудый, рыжеватый человек с бледными впалыми щеками и упорным мрачным взглядом. «Наша задача — исполнение директивы Гиммлера о расовой гигиене. Вы должны обнаружить этнических немцев и евреев в вашем лагере. Немцев отправляем на работы в фатерлянд, евреев расстреливаем на месте. Если вам нужна консультация, то майор Пферд имет большой опыт. Он два года заведовал крематорием в Бухенвальде. Мы не настаиваем на строительстве печей; принимая во внимание небольшой размер лагеря это нецелесообразно, но расстрелять пару сотен недочеловеков вы, конечно, сможете.» Сергей поперхнулся. «Как вы себе представляте подобную акцию? Это все же советский исправительно — трудовой лагерь на советской территории. Исчезновение такого количества заключенных вызовет расспросы. Мы не всемогущи. В лагере двести чекистов и бойцов военизированной охраны. Что мы им скажем? В СССР проводится политика дружбы народов, а тут такое…» «Подлетаем,» услышали они в шлемофонах голос пилота. «Мы обсудим эту тему позже,» Штаубе повернулся к своему коллеге. «Майор Пферд, обрисуйте обстановку.» Майор, блондинистое существо с острыми скулами, хрящеватым носом и выпирающим вперед подбородком, сообщил неожиданное, «Все что сказал полковник будет исполнено в надлежащее время, но два часа назад генерал Рихтер получил приказ из Берлина начать поиски пропавшего экспериментального оружия, ракеты Фау — 3, запущенной из Германии. Согласно расчетам она должна была упасть в квадрате 138 на Центральноякутской низменности. Там протекает река Вилюй. Наша задача провести фотосъемку места катастрофы и убедиться, что никаких обломков, могущих установить принадлежность аппарата к Германии не осталось. Генерал высокого мнения о вас и считает, что вы окажете большую помощь.» «Польщен и сделаю все возможное,» Сергей вытянулся на неудобной скамье. Два часа летали они зигзагом, взад — вперед, прочесывая квадрат, бензин был на исходе и настала пора возвращаться на базу, но ястребиные глаза Пферда заметили аномалию в стройном порядке тайги. «Туда,» закричал он, указывая на проплешину на горизонте. Пилот изменил курс и вскоре они летели над эпицентром. Как огромен он был! В середине образовался гигантский глинистый кратер, а на много километров вокруг лежали поваленные стволы лесных гигантов, все корневищами к месту взрыва, все со сплетенными обожжеными кронами отвернутыми от него. Они кружили над ямой, но ничего металлического не заметили. Непрерывная фотосъемка велась из кабины экипажа. По настоянию пилота самолет повернул на север. Все молчали потрясенные увиденным. Что это было? Какое чудо — оружие испытывал здесь pейх? Внизу под ними разворачивались утомительно — однообразные просторы бесконечных хвойных лесов. Монотонный гул мотора укачивал и убаюкивал. Сергея стало клонить в сон, когда он услышал по радио голос генерала Рихтера, «Лейтенант Кравцов! Только что установлено, что из вашего лагеря совершен побег. Бежавший — зэка Самойлович. Вы головой отвечаете за его поимку.»

Глава 17. Самойлович

Избежать смерти в тюрьме можно лишь одним способом — бежать. Никто не надеялся осилить