Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Но она ошибается.

20. Джесс

Прошлой ночью я почти не спала, все переживала из-за той истории, про которую рассказала Джеку. Мог ли Уэйн Уокер отыскать меня здесь? Вчера вечером в заброшенном здании напротив действительно горел свет – там кто-то прятался. Возможно, за мной следят.

Джек прав, я должна во всем признаться Рори. Он заслуживает другого отношения – более искреннего и честного. Решено: сегодня же вечером расскажу. Сама приготовлю ужин, переступлю через свои страхи и расскажу.

А сейчас на повестке дня – встреча с Марго. Тед был в восторге от новости, что Марго согласилась на эксклюзивное интервью. Не в его стиле демонстрировать радость, но было два верных признака: блеск в глазах и замедление ритма жевания жвачки. Он велел мне взять Джека и сделать как можно больше фотографий, а еще попросить у Марго несколько фотографий Хизер в разном возрасте.

Мы договорились с Марго о встрече в полдень, чтобы прежде она успела навестить Хизер в больнице. Уже одиннадцать, а Джека все еще нет на работе. Звоню ему на мобильный, бомблю эсэмэсками… Никакого ответа. Даже упоминание о договоренности с Марго ни к чему не приводит.

В надежде хоть что-то узнать пытаюсь найти нашего стажера, Элли. Она сидит за компьютером в углу и делает работу, от которой все отказались, – загружает пресс-релизы на сайт «Вестника». Он должен обновляться ежедневно, хотя настолько морально устарел, что читают его одни мастодонты. Сегодня каштановые волосы Элли покрашены в голубой цвет; чаще всего они розовые, хотя бывают дни, когда зеленые. Видимо, цвет зависит от настроения. На мои расспросы про Джека она качает головой, не поднимая глаз от клавиатуры.

Следующий на очереди Сэт, который в своем закутке не спеша обрабатывает фотографии. При виде меня он поправляет очки, добродушно улыбается и спрашивает: «Как дела, девочка?» Он так всех называет, даже Сью. И никто на него не обижается. Если б так обратился Тед или Джек, их забросали бы тапками, но Сэту позволено многое. Он человек старой закалки; кокни[279], который в свое время работал на Флит-стрит. Ему уже за семьдесят и давно пора на пенсию, однако он любит свою работу и, надо сказать, отлично с ней справляется. Даже Элли – молодая воинствующая феминистка – принимает его манеру общения. Правда, может в ответ назвать его «папашей». Впрочем, ему это нравится.

– Не знаете, где Джек? Пытаюсь до него дозвониться, а там автоответчик…

Сэт бросает взгляд на часы и хмурится.

– Странно… Он никогда не опаздывает.

Теперь я начинаю волноваться всерьез. Что могло произойти? Джек проспал, потому что они с Финном засиделись? Нет, такого быть не может – Джек всегда приходит вовремя. Он ответственный и добросовестный. Профессионал на все сто.

– У нас сегодня интервью; правда, Джек накануне об этом не знал…

– Я позвоню и выясню, где он. Уверен, что беспокоиться не о чем.

Возвращаюсь к своему столу и начинаю собираться. Если я хочу успеть к полудню к Марго, нужно выходить. В этот момент раздается звонок, и я вздыхаю с облегчением – это Джек.

– Ты в порядке? – шиплю тихонько в трубку.

– Да, все нормально. – Голос Джека звучит приглушенно, на заднем плане отчетливо слышны звуки улицы. На раздавшийся через секунду сигнал автомобиля Джек огрызается ругательством. На него это совсем не похоже; что-то здесь не так.

– Прости. Какой-то придурок чуть меня не задавил…

– Где ты? Мы опаздываем на встречу к Марго.

– Слушай, давай встретимся на улице, – предлагает Джек.

– Что мне сказать Теду? Ты поедешь со мной к Марго или сказать, что ты заболел?

– Поеду. Все в порядке, – говорит он, глубоко вздохнув. – И все-таки… давай на улице. Хорошо?

Я озадачена: что с ним приключилось?

На бегу сообщаю Теду, что мы с Джеком летим на интервью с Марго, и спешу на выход.

Джек ждет меня в дверной нише, которая служит убежищем нашему бомжу Стэну. Тот, укрывшись одеялом, с удовольствием пьет кофе – видимо, угостил Джек. При виде меня Стэн приветственно сдергивает свою грязную кепку и беззубо ухмыляется. Я улыбаюсь в ответ и уже собираюсь обменяться с ним привычными шуточками, когда мой взгляд падает на лицо Джека. Огромный уродливый синяк не дает глазу нормально открываться, губа рассечена. При мысли о том, что кто-то мог так поступить с моим другом, на глаза наворачиваются слезы. Бросаюсь к нему.

– Джек, что случилось? Кто тебя так отделал?

Он нежно берет меня за руку, чтобы успокоить.

– Меня хотели ограбить вчера вечером. Какой-то ублюдок пытался отобрать камеру, я еле отбился. Правда, получил вот такой подарочек…

– Прошлой ночью ты был с Финном!

Джек показывает глазами на Стэна.

– Давай поговорим по дороге, а то опоздаем. Где твоя машина?

– У меня дома.

– Тогда пойдем. Нам лучше поторопиться.

Он отдает недокуренную сигарету Стэну, и мы идем по Парк-стрит, игнорируя любопытные взгляды.

– Где был Финн, когда это случилось? – настойчиво требую я.

Джек опускает голову.

– Мы поссорились.

Я в гневе сжимаю кулаки.

– Из-за чего?

– Да так, нагорело… Финн пошел домой, оставив меня одного в пабе. Я еще немного выпил, а когда вышел, встретил этого чудака. Он думал, что одолеет меня… Не на того напал!

Джек пытается улыбнуться – получается странная гримаса.

* * *

Увидев Джека, Марго начинает охать и суетиться. Напоминает мне меня во времена дружбы с Хизер: всегда внимательная и заботливая. Как я завидовала Хизер и Флоре! Моя мать была совершенно другой. Она не была равнодушной и любила меня, просто большую часть времени была сильно занята, работая секретарем в единственной юридической фирме нашего городка. По выходным и вечерам занималась хозяйством, либо навещала в доме престарелых свою мать, либо ходила на свидания. И радовалась, если я была чем-то занята или общалась с друзьями. «Минута спокойствия любой ценой» – таков был ее девиз. В жизни Марго были те же проблемы, что и у моей матери, но она как-то умудрялась быть внимательной к своим дочерям. Наверное, ей помогал Лео, да и работала она дома.

Интересно, кто заботится о Марго теперь, когда Хизер в коме? Непохоже, что Адам – хороший помощник. При взгляде на него, на ум приходят такие эпитеты, как «грубый» и «неприятный». Я слышала, что Лео вскоре после исчезновения Флоры уехал из Тилби. Ходили слухи,