Перевернутый Бог - Алексей Турбин

«Трамвай нес нас через хвойный лес от городской суеты… Наконец-то мы приехали. Меня сопровождал надоевший мне Шехтель. Поднявшись по небольшой лесенке – мы зашли в одну из небольших дач, которая располагалась неподалеку от трамвайных путей. В большой комнате, за резным деревянным столом, сидело 4-ре мужчины, они приветливо со мной поздоровались. Шехтель предложил чего-то выпить, а один из мужчин сказал:

– Шампанского даме. Я выпила бокал… потом ничего не помню, абсолютно ничего не помню. Я проснулась у себя дома на диване. Я попыталась вспомнить этих мужчин, но моя память была слишком смутной. Помню, что на стене комнаты висел портрет одного из них: в очках и с седой бородой. Остальных совсем не помню…»

Демидов сразу догадался, что речь идет об одной из дач в Пущей Водице. Уставшего и голодного от столь длительной поездки Александра Дмитриевича, в данный момент, интересовали: сытый ужин и мягкая теплая постель – дела он решил отложить на завтра. Сунув руку в пальто – он нащупал помятый лист бумаги. Удивительно, но в нем были перечислены люди, которые, по мнению того, кто ее написал, были участниками клуба джентльменов. В списках был барон, Гальперин, Морозов, Каплер, Грашдельфельд, Пучков и прочие…Сыщик сразу догадался, что это дело рук Шехтеля, потому что, когда мы с ним прощались, – он слишком близко ко мне подошел, почти что обнял меня.

На следующий день Александр Дмитриевич встретился с одним из своих бывших коллег по сыску, чтобы тот помог ему разузнать адреса проживания указанных Шехтелем особ, а также точную причину смерти Морозова и кто из данных лиц владеет участками земли в Пуще Водице.

Оказалось, что данными участками владели Гальперин и Каплер по n адресу. Что – же касается покойного мужа госпожи Доллан, то его смерть наступила из-за острой сердечной недостаточности, потому что никаких признаков насильственной смерти не было обнаружено. Александр Дмитриевич, перед тем как наведаться к Шехтелю, решил поехать в Пущу-Водицу.

Доехав на трамвае до Пущи-Водицы – Демидов направился к участку Каплера. Судя по всему – там никого не находилось: дверь была заперта, внутри абсолютная тишина. Александр Дмитриевич подошел к участку Гальпериных, но там тоже никого не оказалось: везде тихо, двери заперты. Разочарованный бесполезным визитом, вдруг, Демидову повстречался один из соседей Гальпериных:

– Здравствуйте, вы кого-то ищете? – приветливо к сыщику обратился пожилой человек.

– Вы правы, – не подскажите, часто ли Гальперины бывают в здешних краях, ну или Каплеры?

– Иногда бывают, причем устраивают гуляния до поздней ночи, а то и до утра. Но это все по выходным дням.

– Благодарю Вас, – вежливо сказал Демидов.

– Да не за что, – ответил старик.

Сыщик сел в трамвай и отправился до Думской. Там словил пролетку и поехал в контору Шехтеля.

– Чем могу служить-с? – обратился Шехтель к Демидову.

– Аркадий Львович, у меня к вам весьма серьезный разговор.

– Слушаю-с, весь во внимании.

– Вам хорошо известен клуб джентльменов, верно?

– Не понимаю, Александр Дмитриевич.

– Можете мне показать один из составленных вами документа, конечно-с, вот держите, – Шехтель любезно подал документ сыщику.

– А вот лист бумаги, – уверенным голосом сказал Демидов, ̶ почерк на нем идентичен тому, который на составленном вами документе, – не стоит, более, отрицать очевидное.

– Никто не должен об этом знать! Иначе это может стоить мне жизни, понимаете?

– Как Морозову, – леденящим голосом спросил Демидов.

– Не знаю, насколько мне известно, то он умер своей смертью.

– А кому отошло его имущество? Не вашей ли конторе? Разве не у вас он брал взаймы?

– Мы давали кредиты, потому что он был состоятельным и уважаемым человеком.

– Но вы же знали, что он банкрот?

– Когда мы об этом узнали, то более кредитов не выдавали.

– Забавно, верно. Ведь он один из участников клуба джентльменов. А затем ̶ его супруга обращаться к вам за кредитом, ну а вы ее отправляете к Вильгельму фон Нойеру, который удовлетворяет ее просьбу о получение денежной суммы, а затем она исчезает. Не кажется ли вам это странным?

– История действительно странная…

– Вы только дайте мне ответ: она жива или ее уже постигла участь супруга?

– Что за вздор!.. Я понятия не имею, куда она исчезла и что с ней.

– У меня к вам есть предложение: если вы не хотите отправиться в Сибирь, Аркадий Львович, то помогите мне разыграть некий маскарад. Я хочу поучаствовать в тайном собрании вашего клуба – если вы мне поможете, то это вам зачтется.

– Это невозможно сделать, вас же сразу распознают, – взволновано ответил Шехтель.

– Мы продумаем все до мелочей, Аркадий Львович, это же в наших с вами интересах. Как нужно быть одетым, что говорить, как себя вести и т.д.

– Хорошо, Александр Дмитриевич, но хочу предупредить вас, если что-то пойдет не так или вас заподозрят, – это может стоить вам жизни.

– Хочу заметить, что если со мной что-то случится, – сказал Демидов, – то это коснется и вас, – постарайтесь как следует.

– У вас больше всего сходства с графом Домогаровым: рост, телосложение и т.д. Вы бы могли себя выдать за графа… Он с любовницей, насколько мне известно, в Тоскане. Нужно придумать легенду, что вы с ней разругались и скоропостижно вернулись в Россию. И еще, вот перстень, который обязан носить каждый участник клуба, возьмите его.

– Благодарю, – ответил сыщик.

– Никто не должен знать, – шепотом сказал Шехтель, – что мы с вами виделись, после нашей последней встречи в поместье барона…

Глава VIII

Около 10 часов вечера, карета в которой ехал Демидов, остановилась возле роскошной усадьбы с французским садом. Сыщик был одет в черный фрак, белую накрахмаленную рубашку с золотыми запонками, инкрустированными рубинами, шелковый бардовый шарф с узорами, лицо скрывала венецианская маска. Походка Александра Дмитриевича была уверенной и непринуждённой, что должно было соответствовать лжеграфу Домогарову. На безымянном пальце была одета печатка, которая была пропуском в тайное общество избранных. У двери горело несколько фонарей, окна были темнее глухой безлюдной ночи – складывалось впечатление, что все давно уже спят. Подойдя к двери, граф Домогаров, а именно так я сейчас буду называть нашего частного сыщика, постучал несколько раз в дверь.

Дверь приоткрылась. Граф, осторожными шагами, зашел внутрь усадьбы. Там все горело и сверкало, играла прекрасная музыка, складывалось впечатление, что все готово к какому-то светскому рауту. Окна были прочно закрыты черной плотной тканью. В центре зала стоял стол из красного дерева, а около него 6 роскошных стульев. За столом сидело четверо мужчин в элегантных костюмах, на лицах были маски. Эти маски