В сумерках моря - Вадим Юрьевич Панов

– Зачем приезжал Рза?

– Рзаев, – уточнил Феликс.

– Рзаев – это фамилия. А погоняло у него Рза.

– Чтобы не перепутать? – невинно спросила Джина.

– Типа, – кивнул Сергей, не глядя на девушку. – Зачем?

– Велел показать документы.

– Ты показал?

– Ты же видел, что показал.

– Почему?

– Потому что ты здесь не обозначился, – жёстко ответил Чащин. – Ты оставил меня наедине с незнакомым авторитетом, и я должен был сам решать, как выходить из ситуации. Без подсказки и без поддержки.

Выбранная тактика оказалась верной: Сергей что-то неразборчиво пробурчал себе под нос, но тон сбавил и честно признался:

– Я немного растерялся. – Фраза прозвучала извинением.

– Откуда взялся Рзаев?

– Он – правая рука Ильхама Кимиева, погоняло – Ким. Слышал о таком?

– Я приехал не к нему, – очень уверенно произнёс Феликс.

И чуть напрягся в ожидании ответа. Который, к счастью, оказался именно таким, каким должен был быть:

– Конечно, не к нему, – подтвердил Сергей. – И у них на моей земле прав нет, здесь территория Цезаря.

«Значит, я приехал к Цезарю…»

– Тогда что Рзаев здесь делал? И как узнал обо мне?

– Будем выяснять. – Сергей произнёс эту фразу таким тоном, словно выяснять будет он. – Рза только документы посмотрел?

– Добавил странное: типа, я должен ему обо всём честно рассказать.

– А ты?

– А как ты думаешь? – искренне удивился Чащин. – Я сюда приехал не для того, чтобы первому попавшемуся беспредельщику исповедоваться.

– Поэтому Рза разозлился и вмазал тебе? – поинтересовался Денис, глядя на Джину. – Я видел…

Разумеется, он видел, как Рзаев врезал Феликсу. Разумеется, Денису это понравилось. А поскольку в тот момент Джина находилась рядом, Денис, разумеется, не удержался от язвительных комментариев. Сейчас же молодому парню имело смысл промолчать, о чём ему хотел сказать Сергей, но не успел, потому что стоял Денис на идеальном для удара расстоянии и не успел среагировать на прямой правой от Чащина. То есть среагировал, конечно, но только на последствия: коротко вскрикнул и «поплыл» в сторону, медленно опускаясь на землю.

Бросаться ему на помощь никто не стал.

– Доложил Цезарю? – ровным голосом спросил Феликс.

– Читеру, – ответил Сергей, стараясь не смотреть на сидящего на земле Дениса. Тот пребывал в состоянии грогги: потряхивал головой и что-то невнятно бубнил. – Читер завтра приедет.

– Надеюсь, не очень рано?

– Это уж как он решит. – Сергей выдержал паузу. – В машине будешь ночевать?

– А у тебя есть свободная комната?

– Нет.

– Значит, в машине.

– Тогда до завтра.

– Увидимся.

Сергей помог Денису подняться и потащил всё ещё не пришедшего в себя парня к кафе. Джина несколько секунд смотрела им вслед, затем повернулась к Феликсу и улыбнулась:

– Я рада, что ты всерьёз отнёсся к моим словам.

Реагировать на шутливую подначку Чащин не стал. Ответил просто:

– Он мне надоел.

– Я заметила. – Пауза. – Мне тоже. – Пауза. – Но я Денису очень нравлюсь.

– Я заметил, – в тон девушке произнёс Феликс.

– Я ему очень сильно нравлюсь.

– Я знаю.

– А он мне – нет.

– Почему решила уточнить?

– Потому что сомневаюсь, что ты решил эту проблему одним, правда, хорошо поставленным ударом.

– А мне кажется, что решил, – не согласился Чащин.

– Почему?

– Потому что Сергей промолчал, – объяснил Феликс. – Сергей из них двоих старший, и если он не стал предъявлять претензии мне, значит, он предъявит их Денису.

– Думаешь?

– Это логично.

– Это логично, – медленно повторила девушка. – Но я не хочу, чтобы Денис и дальше ко мне лез. Он мне неприятен. И он, и его взгляды, и его намёки.

– Если он не дурак, то не полезет.

– Если он увидит, что мы не вместе, то полезет.

Несколько мгновений Чащин обдумывал заявление девушки, после чего напомнил:

– Ты сказала, что у нас нет отношений.

– Когда я приводила в порядок помойку, которую ты называешь машиной, то нашла под днищем двухместный спальник, – сообщила Джина. – Новый. В упаковке.

– Он шире обычного, и я решил, что тебе в нём будет удобнее.

Девушка соорудила на лице насмешливо-вопросительное выражение и с улыбкой осведомилась:

– Теперь, получается, нам? Будет удобнее.

– Ты сама сказала: если Денис увидит, что мы не вместе, то…

– Может, ещё домашнее видео снимем?

– То есть ты уверена, что не сдержишься?

«А ведь мне приятно её дразнить…»

– А ты уверен, что сдержишься? – мгновенно ответила Джина.

Но удар прошёл мимо цели.

– Сегодня – точно да.

– Голова болит?

– Чучуть.

– Удобная отмазка.

– Понимаю, что совсем не мужская, но тем не менее.

– Ой, только давай обойдёмся без дурацких гендерных шуточек, – шутливо попросила девушка. И тут же предложила: – Пошли купаться.

– Ты серьёзно? – удивился Чащин.

– Я люблю купаться по ночам.

– Я тоже.

– Ты не рассказывал.

– Только сейчас вспомнил.

– Тогда пойдём. – Джина поднялась и протянула Феликсу руку. – Вместе.

К тёплому морю, лунной дорожке, под россыпью ярких звёзд, в тихий плеск воды, по которой так хорошо плыть, абсолютно позабыв, что берег может исчезнуть во тьме. Плыть. А потом лечь на спину и смотреть на звёзды, снова слыша едва различимый плеск – о того, кто лежит на спине рядом с тобой. И радоваться тому, что он – рядом. Что рядом именно она. И наплевать на подозрения и сомнения – им нет места в сумерках бескрайнего моря, согретого ярчайшими морскими звёздами, отражения которых заполнили всю неба ночь. Вернуться на берег и сидеть на камнях, закутавшись в очень большое полотенце, одно на двоих. Сидеть рядом. Курить. И не говорить ничего. Долго ничего не говорить, чтобы потом спросить важное:

– В твоей жизни такое было?

– Я не помню.

– А по ощущениям?

– Я не знаю, было ли мне когда-нибудь так хорошо, как сейчас, – медленно ответил Феликс. – Но по ощущениям, мне сейчас так хорошо, как никогда.

– Ты знаешь, как отвечать на такие вопросы. – Она тихонько рассмеялась и ткнулась головой в его плечо. – Мне это нравится.

– А что с твоими ощущениями?

Она тихонько вздохнула:

– Если бы не понравилось, я бы не спросила.

От её волос пахло морем. И от её кожи. И от её тепла. Феликс понял, что хочет обнять девушку, но Джина неожиданно поднялась, выбралась из полотенца, надела футболку, вытащила из-под неё влажный лифчик и предложила:

– Пойдём спать.

– Пойдём.

В старенький «Bronco», который Джина ухитрилась превратить в небольшую, но уютную спальню: сложила сиденья, постелила всё, что можно было постелить, то есть всё, что сумела найти и приспособить в той «помойке», что устроил в багажнике Чащин, а сверху положила новый спальник. В результате получилось двухместное ложе, на котором, при откинутой задней дверце, мог поместиться даже Феликс.

– Я и не знал, что тут можно так