Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

— Нет-нет, это очень любезно, но у нас теперь есть все, что мы искали, — прервал его Шаффер, с трудом скрывая испуг.

Жамм удивленно взглянул на него и попытался настоять:

— Вам неинтересно узнать, почему Брока вчера арестовали?

— Арестовали? Вы серьезно?

— Я видел это собственными глазами, месье. Уж поверьте мне, ваш парень влип во что-то очень нехорошее. Там были ребята из криминальной полиции и куча жандармов, которые перевернули его дом в Эскиуле верх дном, прежде чем посадить его в машину.

Давида захлестнула волна самых разных эмоций, и ему пришлось схватиться за стол, чтобы остановить головокружение. Ни в коем случае не раскисать! Надо еще немного продержаться. Выход из этого ада уже вырисовывается, он совсем рядом. Шаффер допил виски, достал из кармана приготовленную пачку купюр и положил ее на стол.

— Большое спасибо, господин Жамм. Вы проделали отличную работу.

***

Дождавшись, когда ему принесут второй стакан виски, Шаффер быстро написал Валериане свой новый номер и добавил: «Позвони, как только сможешь!» Вынув из телефона старую сим-карту, он вставил новую и стал ждать. Время тянулось бесконечно, пока наконец его телефон не зазвонил и на экране не высветился неизвестный номер. Он сразу нажал кнопку вызова и съежился в инстинктивном порыве стать незаметным.

— Это ты? — тихо спросил Шаффер.

— Ну разумеется, Давид. Я звоню тебе с нового номера, теперь ты его знаешь. Итак, ты виделся с Жаммом?

Ах да, разумеется! И он начал кратко излагать их разговор, но так спешил, что рассказ получился бессвязным. Тем не менее Валериана, по-видимому, поняла главное:

— Ты меня пугаешь, Давид. Описываешь мне логово какого-то помешанного.

— Но это и есть логово помешанного, Валериана! — возразил он, слегка повысив голос. — У меня здесь фотографии, прямо перед глазами! Этот Брока — конченый псих!

— Окей… тогда… О, черт, так это действительно он?

— Да.

Давид одним махом проглотил виски и постарался привести в порядок свои мысли. Сделав глубокий вздох, он пробормотал:

— У этого одержимого в его мемориале есть дневник Клары.

— Что?

— Ты понимаешь, о чем я говорю?

Он услышал прерывистое дыхание Валерианы.

— Нет, Давид, нет, ты…

— Да, Лери. Я должен забрать этот чертов дневник, пока полиция…

— Да ты спятил, что ли?! — испугалась она. — Ты не можешь так рисковать! Этот тип — убийца, Давид! Как ты думаешь, что будет, если ты столкнешься с ним лицом к лицу?!

Валериана была на грани истерики и уже срывалась на крик.

— Успокойся и дай мне договорить! Этого не будет, потому что Брока арестован, — уверенно объявил он.

— Ты серьезно? Его арестовали? Это правда?

Шаффер почувствовал огромное облегчение, и, судя по голосу Валерианы, — она тоже.

— Да. Жамм вчера был свидетелем его ареста.

— Значит, все наконец закончилось? — судорожно всхлипнула она.

— Почти, Лери. Уже виден свет в конце туннеля. Мне только нужно забрать дневник.

— А ты не думаешь, что следователи обыщут этот дом?

— Может, да, а может, нет — он ведь по-прежнему принадлежит родителям Брока, даже если они там больше не живут… В любом случае я должен заполучить этот дневник, пока туда не заявились следователи.

— О, дьявол! Но это очень опасная затея, Давид!

— Да. Но гораздо опаснее другое: если полиция найдет дневник, она сразу поймет, что мы врали все это время, что все связано с Кларой и… Короче, мы будем по уши в дерьме. Поэтому надо идти.

— Как, прямо сейчас? — взволнованно спросила Валериана.

— Через час. Когда стемнеет.

Он услышал подавленный стон, затем рыдания.

— Тсс… Расслабься, Лери, все будет хорошо. Самое трудное уже позади.

И, черт возьми, это была правда, самое трудное наконец-то осталось позади!

– 44 –

Все тот же цирк: полное молчание

Было 18:22. Темнота поглотила казарму, только уличные фонари и освещенные окна офисов рассеивали там и сям чернильный фон безлунного неба. Луиза вздрогнула, услышав сигнал о том, что на ее электронную почту пришло новое письмо. Она отошла от окна и взглянула на монитор. Оператор «Буиг Телеком» на ее запрос ответил, что среди их абонентов действительно числится владелец городского номера 05.62.18.24.65.32 в Ибосе.

Луиза тихо возликовала. Теперь у них в руках была, возможно, самая главная улика, объясняющая, как Тибо Брока пользовался интернетом, не оставляя следов на своем компьютере. Только изъятие компьютерной техники из дома в Ибосе могло подтвердить эту гипотезу. Нельзя было терять ни минуты: Луиза бросилась в комнату для допросов, где Леа и Жюльен держали подозреваемого уже больше трех часов.

***

Два часа спустя жандармы с новыми силами приступили к работе.

— Лора и Бертран Брока, шестьдесят девять и семьдесят лет соответственно, проживают в Сеньоссе. Я только что сообщил им, что их сын задержан. Они, конечно, сначала не поверили. И сказали, что завтра будут присутствовать при обыске в доме, — объяснил Келлер.

— А у меня в Тарбе сейчас работает бригада. Я отправлю одного человека на место дежурить, чтобы избежать кражи улик в ночное время. Сомневаюсь, что чета Брока поручит кому-нибудь или вздумает сама пошарить в доме, но все-таки лишняя осторожность не помешает.

— Хорошо. Криминалист приедет завтра в 12, — сообщила Леа. — Остается надеяться, что мы попали в десятку.

Луиза с задумчивым видом допила кофе. Кофе оказался холодным, и она поморщилась.

— Я хотела бы продолжить допрос Брока, — снова сказала Баденко. — Ты готов к бою, Жюльен?

— Ты хочешь сообщить ему о наших завтрашних планах?

— Да. Пока он у нас в руках. Надо этим пользоваться. Если мы не ошиблись с Ибосом, Брока может сдаться, и тогда станет разговорчивее.

— Я так понимаю, он продолжает молчать? — спросила Луиза.

— Не совсем. Когда мы предъявили ему отпечатки шин и баллончик с краской, к нему тут же вернулась наглость. Он ответил нам с ухмылочкой, что эти совпадения совершенно не являются доказательством его вины. Что существует много других разновидностей шин этой же марки и этой модели, и он не единственный, у кого есть баллончик с черной краской «Толленс». Мы выложились по максимуму, убеждая его, что у нас достаточно улик, но он рассмеялся нам в лицо, — продолжил Келлер.