Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

— Я не могу понять эту перемену в его поведении, — призналась Луиза.

— Единственное объяснение, что наши вопросы о Кларе Жубер сильно его тревожат, — заметила Леа, — потому что приближают нас к его мотиву.

— Значит, дело Жубер не такое уж второстепенное! — воскликнула Луиза, помня об их разногласиях.

— Это вопрос о методе работы, Луиза. Я настаиваю на том, что уже говорила: давайте не будем разбрасываться, мы расследуем убийство Айеда! Улики указывают на Брока, и мы должны сосредоточить все свои силы на этом парне, загнать его в угол и заставить говорить!

– 45 –

Их опьяняла жизнь

При въезде в Ибос Давид Шаффер притормозил. Судя по данным навигатора, дом родителей Брока находился вне деревни и на приличном расстоянии от коммерческой зоны. Было 18:30, и уже полностью стемнело. «Идеальное время, ночью все кошки серы», — сказал себе Шаффер, сворачивая на длинную, извилистую дорогу, пролегающую через сельскую местность с редкими постройками. Следуя указаниям навигатора, он ехал еще две минуты, миновал большой ангар, заполненный старыми шинами, сельскохозяйственной техникой, оборудованием, и добрался наконец до пункта назначения. В свете фар виднелась аллея, посыпанная гравием и заросшая пыреем, а в конце ее — небольшой деревенский дом. Запущенный сад, закрытые наглухо ставни, разбитые дверные косяки, обшарпанный фасад, потрескавшаяся плитка бордюра — все говорило о том, что дом уже давно не принимает гостей. «Идеальное логово для сумасшедшего серийного убийцы», — содрогнувшись, подумал Шаффер. Он повторил себе, что Брока теперь за решеткой, собрался с духом и медленно поехал по гравийной дорожке, которая в белом свете фар выглядела еще более зловещей. Несмотря на сопротивление разума, в его воображении возникли жуткие картины из «Ходячих мертвецов», и Давид представил себе, как толпа зомби вываливается из темноты, пошатываясь, ковыляет ему навстречу и с грохотом обрушивается на капот, шлепаясь с лобового стекла грудой окровавленной плоти. Он нервно потряс головой, пытаясь унять не в меру разыгравшееся воображение.

Подъехав к дому, он заметил за живой изгородью из елочек небольшую канаву, в которой можно было спрятать машину от посторонних глаз. Он так и сделал, а затем заглушил двигатель. Густая тьма сразу поглотила и автомобиль, и очертания дома. Давид торопливо схватил свой айфон и включил в нем фонарик. Затем открыл дверцу, тщательно осветил пространство вокруг себя, изо всех сил прислушиваясь и приглядываясь к темноте, словно в ожидании неведомой опасности. Но вокруг было спокойно, только вдалеке шумела пиренейская автотрасса. Успокоенный, он направился к дому, стараясь не хрустеть гравием. Вспомнив разговор с детективом и желая как можно быстрее покончить с делом, Шаффер сразу пошел по плиточному бордюру за дом, прямо к вентиляционному отверстию. Отколовшиеся плитки под его ногами производили тревожный звон, который отдавался эхом в ночи. «Гребаная плитка!» — сквозь зубы бормотал Шаффер. Он знал, что в доме — ни души, но предпочел бы скользить, как бесшумная тень. А вместо этого грохот от его шагов, казалось, был слышен на сто метров вокруг… Не двигаться, месье! Руки за голову! И никаких резких движений, ясно? Иначе получите пулю в башку, и у вас отпадет желание хитрить, когда начнете ссать кровью, как резаная свинья! «Неужели подобное действительно может произойти?» — спросил он себя, чувствуя, как колотится сердце. Слова Валерианы не выходили у него из головы: она считала, что полиция рано или поздно сюда нагрянет. А Валериана никогда не ошибалась… «Ну да, может быть, но к этому времени я буду уже далеко!» И, чтобы лучше себя в этом убедить, он ускорил шаг. Повернув за угол дома, Давид остановился, чтобы осветить сад. Несколько деревьев боролись за выживание в самом сердце джунглей колючих кустов ежевики. Однако от него не ускользнуло, что кто-то расчистил вдоль всей дорожки широкую полосу, сдерживая, таким образом, беспощадное наступление дикой природы на жилище. Шаффер пошел вдоль дальней стены и остановился посередине: вентиляционное окно было здесь, на уровне земли. Его высота около шестидесяти сантиметров позволяла проникнуть в подвал без особого труда.

Он опустился на колени, придвинул фонарик к грязному стеклу и заглянул внутрь. Все было на своих местах, как на снимках детектива: в луче света виднелся мемориал королевы Клары. Кстати, о мемориале. Шедевр творчества Брока «Мемориал Клары» положил начало серии других шедевров под названием «Убийства психопата» и отразил болезнь автора в период обострения, также называемого «блужданием в поисках жертвы».

Давид заставил заткнуться внутреннего циника и решил действовать. Он достал свитер, который предусмотрительно положил в рюкзак, обернул им руку, последний раз прислушался, и резко ударил по стеклу. Звон осколков разорвал тишину, и Давиду показалось, что он всполошил весь Ибос. Застыв, он подождал несколько долгих секунд и, когда убедился, что не привлек ничьего внимания, осторожно снял с рамы остатки стекла, чтобы освободить себе проход. Затем лег на землю ничком, просунул ноги в отверстие и стал медленно спускаться. С глухим стуком он приземлился в метре от стола, на котором лежала тетрадь. Он торопливо схватил ее. Наконец-то чертов дневник у него в руках! Отныне ничто не связывало их с Кларой. Замочек на кожаном ремешке был открыт, и Давид быстро пролистал заполненные круглым, плавным почерком потемневшие страницы, чернила на которых уже выцвели. Он закрыл дневник, сунул его в рюкзак и обвел глазами стены, обклеенные фотографиями. Клара была повсюду! Неотразимая. Улыбающаяся или задумчивая. Позирующая или застигнутая врасплох. Несколько записок, стикеры с нацарапанными на них словами, почтовые открытки дополняли эту коллекцию. По спине Шаффера пробежала дрожь, и ему нестерпимо захотелось убежать. Он схватил стул, стоявший у стола, и придвинул его к вентиляционному окну. Он уже собрался поставить на него ногу, когда его внимание привлекло одно фото. Клара на нем плыла кролем и была снята крупным планом в тот момент, когда подняла из воды голову, чтобы вдохнуть воздуха. Застигнутая фотографом в это мгновение, она выглядела непобедимой.

Давида как будто ударило током, вернув на двадцать лет назад. Они были так молоды. Так полны жизни. И главное, у них было столько планов на будущее! Кто бы мог поверить, что все обернется такой катастрофой!

Воспоминания хлынули водопадом. Он снова видел амбар в Аместуа. Место их тайных встреч по средам. Бессмысленные испытания, которые они придумывали друг другу, отодвигая все дальше пределы дозволенного, морали, риска… Валериана, переходящая