"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

бесить одна только мысль о том, что он должен похвалить кого-то за отличную работу и заплатить за нее условленную цену. А устроив все таким образом, он сможет заставить всех, кого нанял, чувствовать себя виноватыми и обязанными ему, а не наоборот.

— «И теперь вы должны заплатить за это» — что, как ты думаешь, это конкретно значит?

— Возможно, он заставил бы вас заплатить ему деньгами или просто приказал бы вас пристрелить. Бьюсь об заклад, что он думает: «Я хочу, чтобы кто-нибудь другой сделал за меня всю грязную работу, но не хочу платить за это, так не лучше ли будет нанять кого-нибудь еще, а потом избавиться от них всех?»

— Но если он нанял кого-то еще, чтобы помешать нам выполнять нашу работу, разве это не будет тоже стоить ему денег? Какой в этом смысл?

— Если это более простая работа, то он может нанять кого-то за гораздо меньшие деньги. И в конце концов для него это выйдет гораздо дешевле.

— Если поезд хорошо поработал, нужно его порадовать, похвалить и сказать ему, что он — полезный поезд.

— Некоторые люди лучше удавятся, чем похвалят кого-нибудь. Что, если Минэгиси из таких?

Нанао все еще беспокоится о пистолете, стараясь сделать вид, что ему нет до этого никакого дела. Ему нужно во что бы то ни стало отвлечь Лимона от мысли о том, чтобы нажать на спусковой крючок.

— Твой партнер Мандарин, он все еще в туалете?

— Его нет довольно долго. — Но Лимон не бросает взгляд на двери в тамбур, он не отрывает глаз от Нанао. — Может, там очередь…

В голову Нанао мгновенно приходит мысль:

— А нет вероятности, что он тебя предал?

— Мандарин меня не предаст.

— Он мог где-нибудь спрятать чемодан. — Нанао рискует; он хочет немного спровоцировать Лимона, но не настолько, чтобы тот нажал на спусковой крючок.

— Не, Мандарин меня никогда не предаст. Даже не потому, что между нами есть какая-то особая доверительная связь или что-то в этом роде. Просто он настоящий профессионал и всегда мыслит хладнокровно. Он знает, что, если обманет меня, для него это обернется целой кучей проблем.

— И ты совсем не злишься на него за то, что, пока ты тут дрался со мной, он преспокойно стоял в очереди в туалет? — Нанао продолжает искать способ посеять в голове у Лимона сомнения и разделить его с товарищем.

Но Лимон отвечает ему пренебрежительной гримасой.

— Мандарин знает, что мы тут с тобой вдвоем, приятель.

— Что?

— Как только ты вошел, он сразу сказал, что наткнулся на одного знакомого, который живет по соседству. Прямо сразу же, представляешь? Это наша условная фраза — когда появляется кто-то, кого мы знаем. Мы так говорим, чтобы человек, которого мы знаем, не понял, что мы его узнали. А когда Мандарин пошел в туалет, он сказал, что поручает мне разобраться с тобой.

— А, вот оно как… — Нанао уязвлен ощущением собственной некомпетентности. Ну конечно, все в их бизнесе используют секретные коды и фразы. Он пытается восстановить в памяти подслушанную им беседу. Он не может вспомнить, чтобы что-то его насторожило, но понимает, что Лимон, скорее всего, говорит ему правду.

Его охватывает новый приступ волнения. Если Мандарин знает, что Нанао здесь, он может вернуться в любой момент, а двое против одного — это плохой расклад.

— Слушай, — неожиданно говорит Лимон. — А ты не ненавидишь, когда тебя будят?

— Когда меня будят?

— Я слышал кое о ком в нашем деле, кто ненавидел, когда его поднимали с постели. Говорят, он был настоящим монстром. Я на какую-то секунду подумал, что вдруг это ты, но, думаю, все-таки нет.

Нанао никогда не слышал ни о ком подобном. И это показалось ему довольно глупой чертой, по которой можно узнавать профессионального киллера.

— Он был очень крут, да?

— Да, он был как легендарный поезд Город Труро. Даже Гордон был слишком медленным, чтобы победить Город Труро.

— Извини, я не знаю, о чем речь…

— Слушай, я к тому, что ты не сможешь победить меня, приятель. И даже если как-нибудь у тебя получится убить меня, я все равно не умру.

— Что ты под этим имеешь в виду?

— Я имею в виду, что великий Лимон бессмертен! Даже если умру, я вернусь. Я явлюсь к тебе и напугаю тебя до усрачки.

— Прекрати это, пожалуйста, — говорит Нанао, болезненно скривившись. — Я не люблю думать о загробной жизни и терпеть не могу призраков.

— Я намного страшнее любого призрака!

В этот момент Нанао замечает в окнах противоположной стороны другой синкансэн, мчащийся во встречном направлении. Он с шумом проносится мимо, и кажется, будто два поезда хотят столкнуть друг друга с путей, словно говоря, что невозможно спокойно прожить свою жизнь и каждый шаг — это борьба.

— Наверное, это Мёрдок, — отрешенно бормочет Нанао себе под нос, не собираясь сказать ничего определенного. Это не уловка, и он вообще не ожидал, что это могло бы сработать. Он просто заметил другой поезд и подумал, что это может быть за модель, и высказал свои мысли вслух.

Но Лимон, тотчас потеряв всякую осторожность, взволнованно вскрикивает: «Где?!» — и оборачивается посмотреть. Нанао потрясен. У Лимона в руке пистолет, направленный на него, но он смотрит через плечо, как будто они ведут дружескую беседу. «У меня не будет другого шанса». Нанао хватает пистолет и направляет его вниз, одновременно ударяя кулаком Лимону в подбородок. Удар в подбородок снизу — противник получает сотрясение мозга и мгновенно теряет сознание. Это еще одна техника, которую Нанао многократно отрабатывал, будучи десятилетним подростком, точно так же, как практиковался в футболе. Он слышит звук, похожий на резкий хлопок разорвавшейся мышцы или на щелчок большого выключателя. Глаза Лимона закатываются, и он падает на сиденье. Нанао переворачивает его долговязое тело, усаживает на сиденье возле окна