Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

был прямым, откровенным человеком, трудоголиком. Меньше всего можно было ожидать, что он окажется замешан в чем-либо противозаконном, однако при нашей последней встрече он вел себя скрытно и – другими словами это не выразишь – явно был чем-то напуган.

– Что сказал вам мистер Костнер, отдавая конверт? – спросила Дани. – У вас наверняка возникли вопросы, и он должен был дать какое-то объяснение.

Браун неуютно заерзал.

– Нейт попросил полностью довериться ему и не задавать никаких вопросов и не обращаться в полицию.

– Наверное, после того, что случилось с вашим другом, он попросил бы вас рассказать нам все, что вам известно.

– Пару недель назад Нейту позвонили, – после долгой паузы начал Браун. – Номер звонившего не определился. По словам Нейта, звонившим был мужчина в годах с низким голосом, который он не узнал.

Дани поймала себя на том, что у нее взметнулись вверх брови, однако вслух она ничего не сказала.

– Нейт категорически отказался поделиться со мной тем, что ему сказал звонивший. Утверждая, что чем меньше я буду знать, тем будет лучше.

– Поскольку эта информация являлась такой опасной, звонивший объяснил мистеру Костнеру, почему не обратился к властям?

– По словам Нейта, звонивший сказал, что не доверяет абсолютно всем правоохранительным ведомствам. – Браун отвел взгляд. – Поэтому он предложил Нейту найти журналиста, который проведет независимое расследование. Очевидно, звонивший полагал, что у Нейта в силу его положения хорошие рабочие отношения со многими представителями средств массовой информации.

– Вы хотите сказать, что звонивший предлагал мистеру Костнеру стать чем-то вроде «Глубокой Глотки»[304]?

– Я понял именно так, – подтвердил Браун. – Нейту предстояло стать анонимным осведомителем, представить доказательства, собранные звонившим, а также все то, что он сможет добыть сам.

– Мистер Костнер также должен был проводить свое расследование?

Браун кивнул.

– Если верить Нейту, звонивший знал, что журналистам потребуется получить подтверждение информации из других источников. Кроме того, он хотел, чтобы Нейт лично убедился в достоверности всего этого.

Дани забарабанила пальцами по столу.

– То есть мистер Костнер провел свое собственное расследование и обнаружил нечто такое, из-за чего его убили?

Браун снова заерзал.

– Полагаю, именно это и произошло, – негромко произнес он. – Вот для чего Нейт передал мне этот конверт.

– И вы не пытались его вскрыть? – смягчила свой тон Дани, так, чтобы ее слова не прозвучали как обвинение.

В службе безопасности сказали, что вскрывали конверт, однако Дани хотелось выяснить, не заглянул ли Браун внутрь сам, прежде чем принести конверт в «26 Фед».

– Нейт предостерег меня от этого, поэтому я не вскрывал конверт, – решительно заявил Браун. – Если честно, для меня огромное облегчение передать его вам.

– Больше мистер Костнер вам ничего не передавал? – спросила Дани. – Какие-нибудь материалы, контакты, дополнительные инструкции?

– Он просто попросил меня обратиться к вам. В отличие от звонившего, Нейт доверял ФБР и не сомневался в том, что оно справится со всем этим.

– Возможно, тут важен фактор времени… – Дани взяла конверт. – Я приступлю к работе прямо сейчас. Вы оставили свою контактную информацию сержанту?

Кивнув, Браун протянул ей свою визитную карточку.

– Номер моего сотового на обратной стороне. Это самый быстрый способ связаться со мной. Если я не отвечу сразу же, скорее всего, я на судебном заседании.

Войдя в кабину лифта, Дани открыла конверт и достала один-единственный лист бумаги. В верхней части были два ряда букв, на первый взгляд в случайном порядке. Под ними – копия старинной фотографии конца девятнадцатого или начала двадцатого века.

СРЗЖЗЙХОЕЧДЙАЬПС

ДУМВИИЧОЛЪУФГИЗЭОЧР

Глава 8

Дани выскочила из лифта, горя нетерпением поскорее попасть в центр совместных операций и приступить к работе над тем, что могло быть только шифром.

– Мы наблюдали за встречей по видео, – сказал Ву, как только она вошла. – Что в конверте?

– Зашифрованное сообщение, – сказала Дани, кладя лист бумаги на стол. – Не может быть и речи о том, чтобы тот, кто его составил, добавил фотографию в качестве иллюстрации. Для того чтобы расшифровать зашифрованное сообщение, в большинстве случаев требуется ключ. – Она постучала пальцем по фотографии. – Нам необходимо определить, кто этот человек, поскольку я уверена в том, что фотография является ключом к шифру.

– Его лицо кажется мне знакомым, – задумчиво произнес Флинт, заглядывая ей через плечо. – Но я не могу вспомнить, где его видел.

– Ты можешь пропустить фотографию через программу распознавания лиц? – спросил Ву у Джонсон. – Одежда, прическа, усы не из нашего столетия, но если этот человек хорошо известен, он должен быть в каких-либо исторических базах данных.

– Мне не нужны никакие базы данных, – сказала Джонсон. – Этот человек – мой герой.

Все выжидающе посмотрели на нее.

Джонсон растянула паузу, широко улыбнувшись.

– Было время, когда он не давал мне спать по ночам.

– Не хочешь просветить нас? – наконец спросил Ву.

– Это сэр Артур Конан Дойл, – снова стала серьезной Джонсон.

– Человек, создавший Шерлока Холмса, – сказал Ву. – По-моему, подходящая личность для того, чтобы указать на ключ.

– Дайте мне все важные даты из жизни Конан Дойла, – обратилась к Джонсон Дани. – Даты рождения, смерти, крещения, окончания школы и все остальное, что всплывет.

– Что вы думаете? – спросил Флинт, пока Джонсон стучала по клавиатуре.

– Возможно, это шифр сдвига, – сказала Дани. – Для того чтобы зашифровать сообщение, используется какая-нибудь знаменательная дата. Шифр очень простой, однако взломать его практически невозможно, если эта дата неизвестна. – Она достала ручку. – Это объясняет, почему автор шифровки добавил фото. Ключ основан на какой-то конкретной дате, связанной с Конан Дойлом. Я думаю, в первую очередь нужно попробовать дату рождения, поскольку хронологически она первой появилась в его жизни.

– Двадцать второго мая тысяча восемьсот пятьдесят девятого года, – сказала Джонсон. – Все остальные важные даты я выведу на экран.

– Покажи, как это работает, – сказал Ву, протягивая Дани блокнот.

– Существуют различные разновидности шифра, однако наиболее часто на практике используется представление даты в виде последовательности из восьми цифр.

Щелкнув ручкой, Дани написала на листе 0–5–2–2–1–8–5–9. Она знала, что в различных странах даты представляются по-разному, однако поскольку преступление было совершено в Соединенных Штатах, она решила сначала использовать стандартный американский формат.

– Сообщение начинается с буквы «С», – сказала Дани. – Теперь нужно записать над ней первую цифру даты, то есть ноль. – Она быстро написала цифру. – Дальше продолжаем в таком же духе. Следующая буква в шифровке – «Р», а следующая цифра – «5». – Она записала пятерку над буквой «Р».

– Ну а как быть с девятой буквой шифровки? – спросил Флинт. – В ключе всего восемь цифр – если это действительно ключ.