Предначертанная. Часть 2 - Шахназ Сайн

посреди комнаты и озлобленным взглядом пронизывая стоящую у окна Миру. – Ты бы видела моё состояние, когда спустя пять лет я случайно натыкаюсь на копию той, что умерла на моих глазах! Если ты хочешь знать, то да, меня мучила смерть Лейлы! Она сжирала меня изнутри, как тот самый огонь, превративший в пепел её плоть!

Миру передёрнуло, она невольно поморщилась, не в силах ни смотреть на Ивана, ни слушать его.

– Меня мучило то, что Махира после смерти дочери слегла. Потом у неё диагностировали рак. Меня терзало то, как мама каждый раз плакала над фотографиями Лейлы, ведь та выросла на её руках. Сука! Меня мучило то, что я предал семью, которая меня воспитала! Меня ломало доверие Ибрагима Асадовича, который смотрел на меня, даже не понимая, кто перед ним стоит! – Иван перевёл дыхание, яростно метая глазами молнии. – И когда я случайно увидел тебя в банке, то мигом решил проследить. Мне не составило труда узнать, где ты живёшь и работаешь. А затем я осознанно решил рассказать о тебе им, а дальше постараться хоть немного стереть эту вонючую черноту, укоренившуюся во мне!

Иван будто только сейчас осознал смысл того, что сделал, и это заставило его оборвать свою тираду.

Мира отрицательно покачала головой, не в силах принять его слова.

– Можно было всего этого избежать, Иван, – низким тоном проговорила она, – если бы ты всего лишь проявил человечность и не стоял как предатель за дверью, наблюдая за тем, как Лейла задыхалась в приступе.

Иван замер, уставившись на неё во все глаза.

– Откуда ты знаешь?.. – произнёс он ошарашенным тоном.

Мира, проигнорировав его вопрос, продолжила:

– Ты позволил Лейле умереть! Ты позволил ей умереть в муках!

– Неправда… – прошептал Иван, и глаза его налились гневом. – Ты не можешь этого знать! Ты не можешь знать об эпилепсии! Не можешь! Тебя там не было!

– Она. Была. В сознании! – отчеканила Мира низким голосом каждое слово, смотря на него стеклянными от ненависти глазами. – Лейла смотрела в проём двери, где ты, трус, стоял, и мысленно молилась о помощи, чтобы ты вошёл и спас её. – Голос Миры дрогнул, по телу пробежала дрожь. – Но что ты сделал, Иван? Что? А давай-ка я тебе напомню. Ты стоял и смотрел, как какая-то девушка опрокинула свечу. Затем вторую. И что ты сделал? Вошёл в комнату и предотвратил пожар? Помог Лейле не потерять сознание из-за припадка? ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ, ГРЁБАНЫЙ ТРУС?! ТЫ СФОТОГРАФИРОВАЛ УМИРАЮЩЕГО ЧЕЛОВЕКА И СБЕЖАЛ!

– Ты врёшь, мать твою! – прорычал Иван. – Откуда тебе знать?! ТЫ НЕ БЫЛА В ТУ НОЧЬ ТАМ!

– ЛЕЙЛА БЫЛА В СОЗНАНИИ! – зарычала Мира, чувствуя, что её трясёт. – И она молилась, чтобы тот, кто стоял по ту сторону двери, был достаточно смелым, чтобы спасти её! Но этот человек не сделал этого! Он осознанно позволил ей умереть! Позволил своему другу сгореть заживо!

Иван, шумно выдохнув, взялся руками за голову и начал ходить из стороны в сторону:

– Это ложь… откуда тебе знать… ты врёшь… не верю… это ложь… – он говорил себе под нос, но тишина в пустой комнате позволяла расслышать каждое слово.

– Ты был настолько труслив, неблагодарен и жалок, – продолжила Мира дрожащим голосом, – что позволил Лейле потерять сознание, а затем и умереть в огне. – На одном дыхании выплюнула Мира, ощущая, как грудь разрывалась от переполнявшей её ярости и несправедливости.

– Заткнись! – прокричал Иван, не убирая рук от головы. – Я не хочу это слушать!

Мира ненадолго замолчала, смотря на него осуждающим взглядом.

– Лейла всегда была за тебя, Иван. Она считала тебя другом, а возможно, и братом, учитывая то, что в лице Дженка она не смогла найти опору. Она не заслужила ни такого отношения к себе, ни такой смерти. Да никто такого не заслуживает!

– Да замолчи ты уже, наконец! – прокричал Иван, сотрясая стены рёвом.

Мира набрала в рот побольше воздуха, чувствуя, как грудь сдавило от переполнявших эмоций. Затем она задала самый главный вопрос, который звучал в каждом уголке её души. Вопрос, который стал смыслом её пути. Вопрос, который и привёл её сегодня в этот заброшенный загородный дом, где когда-то умер человек, как две капли похожий на неё саму.

– Кто та, что стояла рядом с Лейлой и попала на фотографию? – Мира достала из небольшой кожаной сумки, что лежала на подоконнике, маленькое фото размером десять на десять сантиметров. И демонстративно показала его Ивану, будто он мог забыть, что там было запечатлено. – Кто эта женщина?! Сюзанна, не так ли?!

Иван, отвернувшись, откинул голову назад, тяжело дыша.

– Ты правда хочешь знать? – внезапно спросил он, резко обернувшись и посмотрев на Миру обезумевшим взглядом.

Мира кивнула.

– Она внизу, – вдруг сообщил Иван, заставив девушку невольно посмотреть на пустой проём двери позади него. Ошеломлённая, Мира не сдвинулась с места.

Иван усмехнулся, заметив страх в её глазах.

– А что ты думала, дорогая и всеми уже любимая Мира, когда вдруг написала мне на почту, что я приеду один? Если да, то ты и вправду полная дура! Эта история началась не с меня и закончится не мной. Я всего лишь небольшая часть. – Иван решительно развернулся и вышел из комнаты, направившись в сторону лестницы. Мира последовала за ним. Её колотило, страх дышал ей в затылок, расползался по позвоночнику.

Да, в порыве эмоций она написала на электронную почту из ящика Лейлы, и первое, что пришло ей на ум, – встретиться именно здесь, в этих обгоревших и кое-как уцелевших стенах. Ни чувство безопасности, ни желание уберечь свою жизнь не сумели остановить её. И сейчас, следуя за широкой спиной Ивана, спускаясь по бетонной лестнице, по-прежнему чувствуя запах зловония и предательства, Мира понимала, что у этого вечера всего два исхода: она выберется либо живой, если Алан успеет приехать, либо её найдут мёртвой, что будет подтверждением слов Бабы Аси.

Время шло. Но никого в помощь Мире не было.

Паника усиливалась. Единственное, что позволяло кое-как держать себя в руках и сохранять ясность ума, – это адреналин, распространяющийся в крови, как сотни тысяч иголок.

Понимание того, что она на финишной прямой, было сильнейшим стимулом, чтобы не идти на поводу у страха. Она сумела преодолеть весь путь и выйти на истину, от которой зависело многое. И дело было не только в её жизни, но и в том, что душа погибшей Лейлы должна была обрести долгожданный покой. И Мира знала: пока виновники не понесут наказание, эта связь между ними не прекратится. Эта связь, пронзившая два мира, не