Охота на Призрака - Александр Шичкин

не получится. Вот предположим, случилось сейчас чудо, и кто-то, ткнув пальцем в одну из папок, скажет: «Он заказал Глобуса». Взяли этого кого-то. Допрашиваем. А он заявит: «Помилуйте! Но я этого дня в санатории был». И всё, можете быть свободны. Извините, что потревожили.

Стук в дверь заставил следователя отвлечься от своих размышлений.

— Не помешаю? — В кабинет, протягивая руку для приветствия, зашёл Евгений Иванович. — Ох, и помучиться пришлось с этой взрывчаткой, — усмехаясь, заявил он.

— Необычная какая-то? — выдвинул версию Давыдов.

— Да не то слово, — то ли возмутился, то ли восхитился эксперт. — Называется она диперекись ацетона или, по-другому пероксид ацетона.

— Как это? Два названия у одной и той же взрывчатки, или вы не уверены, какая именно из них? — уточнил Денис.

— Это одна и та же. Денис Юрьевич. Но как и многие взрывчатые вещества имеет несколько названий. Вот, например, тратил, в эквиваленте которого измеряется любой взрыв, также носит название «тол» и «тринитротолуол».

— И чем же необычна наша взрывчатка? — перебил эксперта следователь, опасаясь, что тот углубится слишком сильно.

— Начнём с того, что промышленно она не производится, только кустарно. Используется крайне редко, в основном террористами на Ближнем Востоке. Свою непопулярность приобрела из-за своей дьявольской нестабильности.

— Может рвануть ни с того ни с сего? Про нестабильность правильно понял? — в очередной раз уточнил Денис.

— Совершенно верно. Поскольку у большинства изготовителей этой взрывчатки нет под рукой достойной химической лаборатории, чтобы соблюсти все необходимые условия для её изготовления, она и приобрела себе такую славу. Но даже при наличии необходимых условий пероксид ацетона всё же опасен, даже при транспортировке. И надо быть очень хорошим профессионалом, чтобы решиться на её изготовление и применение.

— А вот и его величество случай, — с задумчивым видом произнёс Давыдов.

— Не понял, Денис Юрьевич, — растерянно посмотрел на него эксперт.

— Не берите в голову, Евгений Иванович, всё хорошо. Кажется, вы очень помогли мне и, возможно, установили преступника, — радостно похлопал по плечу эксперта Денис. — Заключение оставляйте на столе. Мне надо пару звонков сделать.

Пока эксперт выходил, Давыдов уже набирал номер своего начальника, параллельно перебирая стопку с потенциальными подозреваемыми в которой находились пострадавшие при взятии их под крышу.

— Алло, Дмитрий Васильевич, есть зацепочка. Возможно, она поможет размотать этот клубок. Мы с Алексеем как-то не успели ещё телефонами обменяться. Могли бы скинуть его номерок? Кое-что уточнить нужно. Хорошо, спасибо. Скоро зайду. Так точно. — Положив трубку, Денис продолжал перебирать папки. — Так, вот она. — Сам с собой стал разговаривать следователь. — Лившиц Анатолий Борисович, 1965 года рождения. В 1983 поступил в Ленинградский государственный университет, в девяностом защитил кандидатскую по физико-химическим наукам. В девяносто шестом открыл ООО ХимСПБ, единственный учредитель до 2004 года.

Звук входящего смс отвлёк Дениса от чтения. Он набрал номер Зубова, который только что прислал Дмитрий Васильевич

— Алло, приветствую, Алексей. Давыдов Денис беспокоит. Да-да, всё верно. Помнишь, во второй истории про Глобуса ты упоминал директора химзавода? Его фамилия не Лившиц случайно? Ага, понял, спасибо, Алексей. На связи тогда. Ну да, мой. Теперь напрямую можем созваниваться.

После разговора с Зубовым Денис направился к своему руководителю.

— Разрешите, — постучав и приоткрыв дверь, спросил он у полковника.

— Заходи, рассказывай, что нарыл.

— Да, это, в общем-то, и не я, эксперт очень подсобил. Подрывник наш использовал взрывчатку, которую изготовить без специального оборудования, образования и специфических условий нельзя, так как она весьма своеобразная и крайне нестабильна. Вот я как-то сразу историю вашего друга вспомнил, где директор химзавода Глобусу отказал, когда он ему предложил под крышу встать. В общем, идеальный подозреваемый получается. Мотив есть. Возможности и знания для изготовления взрывчатки есть. Он, кстати, кандидатскую защитил не только по химии, но и по физике. А значит, и пульт собрать, и там какой-то закодированный сигнал настроить он тоже может.

— Так, хорошо, — приободрился Дмитрий Васильевич. Что делать собираешься?

— Задерживать его в качестве подозреваемого.

— Денис, а ты уверен, что это он? Я хорошо помню эту историю от Зубова. Думаю, примерно такие же истории будут про любого, кого крышевал Глобус. Времени уж больно много прошло.

— Я пока ни в чём не уверен, Дмитрий Васильевич. Но факты говорят, что он мог это сделать, и мотив у него есть.

— Ну, хорошо, действуй, — махнул рукой полковник.

Лившиц сидел в своём кабинете и перебирал бумаги, когда дверь распахнулась без стука.

— Здравствуйте, Анатолий Борисович. Старший оперуполномоченный, майор полиции Волков Сергей Иванович, — протягивая удостоверение и в развёрнутом виде представился вошедший мужчина в штатском. Вслед за ним в кабинет директора химзавода вошли ещё несколько крепких парней.

Анатолий Борисович открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Следующая фраза оперативника будто заставила его подавиться набранным воздухом.

— Вы задержаны по подозрению в убийстве Авдеева Владимира Игоревича. Дальше всё как в тумане. Щелчок наручников на запястьях рук, коридор, машина оперативников. Только подъехав к какому-то зданию, Анатолий Борисович будто стряхнул с себя пелену.

— Мы где? — спросил он у сидящих по бокам сотрудников.

— Следственный комитет, — с совершенным безразличием ответил кто-то из них.

Снова коридоры, бесконечные повороты и лестницы. И вот он уже сидит на стуле в кабинете. За столом никого нет.

«Наверное, следователь отошёл куда-то», — подумал Лившиц, поймав себя при этом на мысли, что это очевидно и, в общем-то, не имеет значения.

Возвращаясь, Денис в коридоре встретил Андрея. Он стоял напротив открытой двери его кабинета.

— Здорово! Доставили уже? — спросил Давыдов, пожимая руку оперу.

— Так точно, Денис Юрьевич, — улыбнулся тот.

Войдя к себе, следователь поздоровался с сопровождавшими подозреваемого оперативниками. Окинул взглядом потенциального убийцу. С виду типичный человек науки. Очки с толстыми линзами. Телосложение прямо противоположно спортивному. В меру неряшливый, но не до крайности. Оценив риски уединения с подозреваемым, Денис попросил оперов оставить их наедине. Волков и его коллега вышли, показав жестами, что они с ребятами в коридоре.

Как и всегда, перед началом допроса, следователь выдерживал паузу, перебирал бумажки, копошился в ящиках стола, смотрел что-то в компьютере, клацая по клавишам.

В общем, томил ожиданием подозреваемого. Сам в это время, разумеется, следил за ним, начнёт ли ёрзать. Но Лившиц сидел спокойно, наблюдал за манипуляциями Давыдова и ничего не говорил. Выдержав достаточную паузу и убедившись, что эффекта ноль, решил всё же начать диалог.

— Ну что, давайте знакомиться? Меня зовут Давыдов Денис Юрьевич. Следователь по особо важным делам, капитан юстиции, — глядя в упор на человека в наручниках, полностью представился он. — Теперь ваша очередь.

— Лившиц Анатолий Борисович, 1965 года рождения, — немного помолчав, добавил: —