Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

тело, как того требовали правила. Начал с области головы и лица, потом перешел к шее, дальше изучил грудь, живот и конечности. С областью головы нужно быть особенно внимательным. Для судмедэксперта важно уделить побольше внимания слизистой век и губ.

– На голове очень много ран, – недовольно сказал Дабао. – Я уже намучился с волосами, тяжело состригать.

Судмедэксперты еще очень хорошие парикмахеры – правда, мы умеем только брить. Для того чтобы ни одно повреждение не скрылось от наших глаз под густой шевелюрой, нам приходится сбривать все волосы с головы погибшего человека. Некоторые судмедэксперты бреют своих пациентов скальпелем, другие покупают для этих целей опасную бритву. Многие семьи погибших считают, что бритье головы – это проявление неуважения к покойным, поэтому часто пишут жалобы на судебных медиков по этому поводу.

Если на голове много повреждений, то работа судмедэксперта по бритью головы становится в разы сложнее, ведь ни в коем случае нельзя нечаянно испортить края раны. Ситуация усложняется необходимостью состричь все волосы на свободных участках кожи подчистую. Такая работа требует мастерства.

– Конъюнктива глаза мутная, ротовая и носовая полости без повреждений. – Я просто продолжал осмотр, ничего не ответив Дабао.

Линь Тао в стороне рассматривал фотографии, которые только что сделал:

– Мне почему-то кажется, что ноздри этой девушки какие-то слишком черные.

Услышав слова Линь Тао, я взял кровоостанавливающий зажим, чтобы получше рассмотреть ноздри погибшей:

– А ты прав… Они действительно черные.

Носовая полость второй жертвы, Се Линьмяо, была исследована тем же способом, и результат оказался точно таким же.

– Как они испачкались? – спросил Линь Тао.

Дабао вытянул шею, чтобы тоже взглянуть.

– Никак не могли испачкаться, – ответил я. – В душевых чисто, все покрыто керамической плиткой… Откуда тогда столько грязи в носу?

– Лицо трупа было полностью погружено в воду, – вспомнил Дабао. – Может, они были в шахте, где и испачкались… Вода смыла грязь с тел, но не смогла прочистить носовую полость.

– Шестнадцатилетняя девчонка-администратор? – переспросил я. – Спустилась в шахту? Думаешь, такое возможно?

– Ну, не знаю уж, в какую игру они играли, но, видимо, были неаккуратны и испачкались… – Дабао закатил глаза.

– Думаю, это исключено. Как будто ты не знаешь, как много для молодой девушки значит лицо? – сказал Линь Тао.

– Может, это дело рук преступника? – Я взял руку покойницы, чтобы рассмотреть ее поближе. – На теле погибшей больше нет никаких следов грязи, под ногтями тоже. Даже если в этом виноват убийца, то он каким-то образом испачкал только ее лицо.

– Главное – понять, что это за грязь… – Линь Тао задумался.

Я кивнул:

– Верно, это очень важный момент. Нужно срочно отправить немного этого вещества в городское управление на экспертизу. Время уже позднее, нам нужно заканчивать.

Закончив с поверхностным осмотром тел, я состриг ногти на руках обеих девушек, ватными палочками собрал материал из ротовой полости, гениталий и ануса. Сбор данных материалов с женских трупов – обычная процедура в судебной медицине, особенно если есть подозрение на изнасилование; тогда результаты их анализов имеют первостепенное значение.

– Даже зная, что они долгое время пролежали в воде, мы все равно должны взять у них образцы на исследование…

– А это что? – Дабао все еще стриг волосы.

Остановившись на полуслове, я выпрямился, разминая ноющую спину.

– Интересно… – Зажал мягкую часть щеки Хуан Жун между своих пальцев и посмотрел через увеличительное стекло. Трупное окоченение с тела жертвы в основном спало, поэтому к височно-челюстному суставу вернулась подвижность, поэтому после моего щипка ее рот широко открылся.

Через лупу я разглядел волос между зубов нижнего ряда.

– А что тут такого? – спокойно заметил Дабао. – Забыл? У нее на голове куча тупых травм. Возможно, какие-то волосы выпали или обломались, а она ведь лежала калачиком на боку, ее лицо полностью было облеплено волосами. Это нормально, что волос при перемещении трупа мог попасть в рот.

Я еще получше осмотрел ротовую полость жертвы:

– Волос обломился. Правда, он не с головы, а с лобка.

Лобковые волосы сильно отличаются по структуре от тех, что на голове. Они темные, жесткие, кудрявые, а поперечное сечение волоска плоское. Волосы на голове девушки тоже были черные, но мягкие и волнистые по текстуре, а стержни цилиндрические. Волосы в подмышечной впадине светлые, мягкие, вьющиеся, стержень такой же, как на голове. Судмедэксперты должны уметь с первого взгляда различать типы волос. Это один из предметов изучения судебной антропологии. Волосы – одна из ценнейших улик, которую можно найти на месте преступления.

– Да и в лобковых волосах нет ничего удивительного. – Дабао растянул губы в улыбке. – У меня дома в ванной их полно, а в общественных местах еще больше. Затекло в рот вместе с водой, бывает…

Я подцепил зажимом волос и потянул:

– Вряд ли он в таком случае застрял бы между зубов.

В прозекторской воцарилась тишина. Каждый представлял себе нечто дурное.

– Хорошо, что женщин-судмедэкспертов мало, было бы неловко говорить при них о таких вещах. – Линь Тао усмехнулся.

– А! Я понял! Вы про это самое! – запоздало, но громко отреагировал Дабао.

Проигнорировав его, я осторожно поднес найденный волосок поближе к бестеневой хирургической лампе:

– Похоже, есть фолликул… Ха-ха, есть фолликул!

Волос растет из фолликула, который содержит в себе ДНК своего хозяина; если фолликула нет, то ДНК невозможно выявить. Поэтому для судмедэксперта волос с фолликулом и без, можно сказать, две большие разницы.

В прозекторскую вбежал следователь, который только что вернулся из городской лаборатории, куда относил ватные палочки с образцами из носовой полости. Задыхаясь и обливаясь по́том, он глянул на волос в моей руке и наши довольные ухмылки и жалобно произнес:

– Только не говорите, что меня ждет очередной забег…

– Это все ради раскрытия дела, твои труды не напрасны! – Я расхохотался.

Все повреждения на теле трупов были поразительно похожи – множественные тупые травмы затылка, и больше ничего, кроме пары синяков на коленях Хуан Жун. Следов от связывания тоже не было обнаружено, как и каких-то признаков сопротивления.

– Дефлорация произошла давно – это видно по гимену; внутри влагалища нет признаков прижизненных повреждений, – заключил я. – Однако мы не можем утверждать, что это был прижизненный коитус.

– Как понимать «не можем»? – спросил Дабао.

– Как понимать то, как понимать сё… – возмутился я. – Напоминаю: мы анализируем все это только ради образцов ДНК!

– Хочешь сказать, у них мог быть опыт однополых отношений? – уточнил Дабао. – Они поссорились, и произошло убийство с последующим самоубийством?

Я отрицательно покачал головой:

– Невозможно. Травмы затылка у обеих девушек очень серьезные, такие сам себе не нанесешь. Прояснить все очень просто: нужно выяснить, мужской это