Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Алло, прием, ты меня слышишь? Годовщина смерти бабушки, мне нужно срочно уехать…

Будто бы очнувшись ото сна, я ответил:

– А?.. А! Прости. Прими мои соболезнования.

– Угу, – сказал Дабао, – я в порядке. Год уже траур держим, да и разве может судмедэксперт относиться к смерти сентиментально?

– Год? Траур? Годовщина? Хоронить? – Я начал потихоньку вникать. – Как так получается, что слова все знакомые, а я ничего не понял? Твоя бабушка умерла год назад и только сейчас ее хоронят?

– Ну да, а что такого? – Дабао выглядел озадаченным. – Чему ты так удивляешься? У нас так принято: через год после кремации проводить обряд погребения урны на кладбище.

– А! – Я закивал. – У нас по-другому: когда пожилой человек умирает, его кремируют и сразу же хоронят.

– Ну, я пойду? – Дабао закончил собирать рюкзак и буркнул себе под нос: – Судмедэксперту следовало бы побольше знать о погребальных обычаях.

– Я подброшу тебя на вокзал, а заодно загляну в лунфаньское управление – мне нужно в отдел особо важных дел. Может, по «одиннадцатому пальцу» появились какие-нибудь новости, – предложил я.

Дабао сразу же отказался:

– Это… не надо, не надо, сейчас транспортный поток плотный, я лучше такси возьму.

Я рассмеялся и поднял в воздух ключи от электровелика:

– Личный автомобиль – только для личных целей, а ты лучше зацени мой скоростной кабриолет.

Когда мы оба одновременно уселись на электровелосипед, шины под нашей тяжестью с громким звуком «бах» лопнули. Я спрыгнул с транспортного средства, чтобы посмотреть, что случилось, и моя рука подсознательно схватилась за пузо:

– Похоже, мы вечные командированные, жрущие что придется, не сильно подходим для электровелосипедов.

Дабао не расстроился, а наоборот, расхохотался. Я уставился на него:

– У твоей бабушки годовщина смерти, а ты ржешь, дармоед…

Вдруг словно из ниоткуда к нам вдруг подъехала полицейская машина. Рядом с водителем сидел Линь Тао и махал нам рукой:

– Чего это вы на улице забыли? Есть работа, быстро в кабинет!

– Кого опять убили? – Я с большим трудом дотащил электровелосипед до стоянки. – Да подожди ты, у меня даже вторых трусов с собой нет!

– В городе Цинсян погибли две девушки, их тела только что обнаружили, – пояснил Линь Тао. – Руководство приказало немедленно отправиться туда.

– В Цинсяне? – Глаза у Дабао загорелись. – Я снова сэкономил несколько десятков юаней на проезде!

* * *

«Запрос в областное Министерство общественной безопасности, отделение по хранению, учету и передаче вещественных доказательств. Сегодня в районе угольных шахт на окраине нашего города в общественной душевой были обнаружены тела двух девушек. По предварительному заключению технического персонала, это убийство. Так как погибли два человека, общественность отреагировала остро; кроме того, были испорчены следы на месте происшествия, сложность дела возросла, и мы вынуждены просить помощи технических специалистов областного Министерства для раскрытия дела. Окажите содействие. Отдел уголовного розыска Министерства общественной безопасности по городу Цинсян. 29 июня».

Линь Тао, сидя в трясущейся машине, слово в слово прочитал внутренний факс, который ему только что пришел: – «Пожалуйста, срочно пришлите судмедэкспертов и криминалистов для немедленного осмотра места происшествия. Чжан Сяоси». Начальник Чжан сразу же распорядился, поэтому я тут же кинулся к вам. Хорошо, что вы не ушли далеко…

– В ду́ше? – Дабао уставился на крышу служебного автомобиля. – В последний раз, когда я слышал что-то про общественные души, там случилась драка: две лучшие подружки поссорились, у кого грудь больше. Неужто произошло что-то подобное? «Безотходное производство»[351]?

Не обратив внимания на предположение Дабао, я закрыл глаза, решив, что лучше не тратить время впустую и вздремнуть. Сложные, запутанные дела часто крали мой сон. Вероятно, это основная причина, почему я после всего лишь трех лет работы выгляжу старше лет этак на тридцать.

Сквозь сон я почувствовал, как машина начала сбавлять скорость, и, хотя мне совсем не хотелось открывать глаза, решил осмотреться. Мы были на пункте взимания платы, где нас уже ждал Чэнь, начальник отдела уголовного розыска Министерства общественной безопасности по городу Цинсян. Он проворно втянулся к нам в машину и бесцеремонно похлопал меня по плечу:

– Поехали, я покажу дорогу. Заодно расскажу, что случилось.

Начальник Чэнь был молод, красив и общителен. Он был самым юным и амбициозным руководителем подразделения в области.

Цинсян был основан буквально на угольных шахтах, и это отнюдь не преувеличение: девяносто процентов налоговых отчислений Цинсяна приходилось на угольную промышленность. Это было отражено даже в названиях улиц города: улица Первого рудника, улица Второго рудника, улица Третьего рудника… Но даже в таком шахтерском городе центр выглядел роскошно, и тут толпами бродили люди, которые из поколения в поколение трудились в шахтах.

– Только после этого случая я понял, – начальник отдела Чэнь загадочно взглянул на нас, – что угольная промышленность включает в себя множество побочных отраслей. Например, данное преступление произошло в управляющей компании.

– А где нет управляющих компаний? Они повсюду. Сейчас уже и в университетах и полицейских участках появилось что-то вроде своих управляющих компаний…

Тогда начальник отдела загадочно улыбнулся:

– Но управляющая компания на шахте – это нечто особенное…

* * *

Рассказ Чэня поразил нас.

На самом деле управляющая компания шахты занималась надувательством. Ее главной обязанностью было вовремя вывозить добытый уголь, пока не начала собираться новая куча, а вместе с тем увозить глину с налипшим «хламом». Это слово я беру в кавычки не просто так.

«Хламом» в профессиональной среде называют угольный шлам. Компания не утилизировала этот шлам – она вывозила его на отдаленную свалку, которая находилась недалеко от железнодорожной станции. Так для чего же его копили? Шахта связалась с агентом, который занимался перекупкой угля. Таким нехитрым способом из одного вагона чистого угля и половины вагона шлама «появлялось» полтора вагона угля. Деловой союз между управляющей и агентом приносил выгоду всем участникам.

Хотя это и была смесь, в ней все же были частички угля, и по цвету и форме шлам почти не отличался от него. Несмотря на то что качество этого угля было низким, покупателю было тяжело распознать подделку, а потому черный бизнес шел в гору.

Руководитель управляющей компании всегда находился в тесном контакте с секретарем парткома, отвечающим за партийно-политическую работу на шахтах. И поскольку управляющая компания тратила много сил на уборку «хлама», шахта ежегодно платила ей за управление материальными ресурсами. Этих денег хватало на содержание всей компании, поэтому руководитель решил подзаработать на стороне.

– Угадайте, сколько составляет чистая годовая прибыль управляющей компании? – спросил начальник отряда Чэнь.

– Один миллион? – смело предположил я.

– Пять миллионов! – повысил ставки Линь Тао.

Начальник