Снег - Рональд Малфи

На другой стороне площади появилась еще одна фигура – мужчина в распахнутом халате. Он пошатывался на ходу, как раненый олень. Когда мужик нагнулся, чтобы присоединиться к женщине, поедающей внутренности на снегу, Тодд заметил на его халате, на спине, такие же прорехи, как были на куртке Эдди Клемента.

– Мы не можем выйти, – сказал Тодд.

– Это просто люди.

– Нет. Посмотри на них. Как ты можешь такое говорить?

– Я имею в виду, что они умирают, как люди. Девчонка, которая спит на прилавке, снесла мужику голову, и он рухнул на площадь, будто мешок тряпья из прачечной.

– А потом из него вылезло… – сказал Тодд. – Кто знает, на что та тварь способна?

Словно прочитав их мысли, двое на улице насторожились и снова стали принюхиваться. Двигаясь гораздо быстрее, они поднялись на ноги и бросились прямиком к супермаркету.

– Вот дерьмо, – простонал Фред, схватившись за винтовку и сползая по стене. – Пригнись.

Но Тодд присел на корточки и вглядывался на улицу, чтобы не выпустить из виду две фигуры, бегущие к ним через площадь.

Но они направлялись не к супермаркету – остановились у обезглавленного тела. Женщина снова упала на колени и принялась есть. Мужчина в халате остался стоять, покачиваясь в холодном ночном воздухе; сильный ветер трепал его волосы. Он начал дрожать, его голова запрокинулась. Вязкое белое облачко запенилось у него на губах.

– Что, черт возьми, происходит, Фред? – прошептал Тодд, когда Кейт подскочила на «постели», распахнув глаза. Он схватил ее и заставил пригнуться, уйти с линии обзора. Их лица оказались совсем рядом.

– Господи, – услышал Тодд ее шепот.

Мужчина в халате начал вибрировать, как камертон. У его ног голая женщина все еще пожирала безголовый труп, не обращая внимания на то, что происходило с ее спутником.

Кейт пискнула, и Тодд быстро зажал ей рот ладонью. Их дыхание так затуманило стекло, что стало трудно наблюдать за происходящим на улице.

Внезапно мужчина в халате просто сложился внутрь, будто кусок бумаги, который кто-то согнул посередине. Из его рта выплеснулась струя крови, а тело, как сброшенная оболочка, рухнуло в снег. Там, где он стоял, на миг зависла полупрозрачная фигура, казавшаяся почти человеческой. Тодд различил очертания головы и рук, тянувшихся из торса, и в самом этом сходстве проглядывало нечто ужасное и мерзкое. Затем конечности поднялись, и Тодд понял, что Шона Дюпре не ошиблась: это были два серпа – изогнутые ножи, оканчивающиеся ослепительно сияющими, острыми, как иглы, кончиками. Руки-лезвия взмыли – в жесте странной насмешки над бронзовым всадником в центре площади. Затем тварь исчезла в вихре огромных снежинок – плясала и летела, практически живая, и наконец растворилась в ночи.

Беззвучные слезы Кейт падали на руку Тодда, которой он все еще зажимал ей рот.

Голая женщина – блестящая в лунных лучах кровь струилась по ее телу – встала и скрылась среди теней. Она почти не оставляла следов на снегу.

Им потребовалось несколько секунд, чтобы сошедший с рельсов мир стал прежним. А пока никто не говорил и не шевелился. Когда Тодд наконец убрал ладонь со рта Кейт, он увидел на ней отпечатки зубов.

– Меня сейчас вырвет, – прохрипела девушка, вскочила и метнулась в туалет. От шума Нэн вздрогнула и села на «постели». Застонав и еще не проснувшись, она слабо отмахивалась от кошмара, пока Фред не подошел и не успокоил ее.

Тодд не мог отвести глаз от площади. Куда бы он ни смотрел, везде различал бархатные волны теней во тьме. Сколько этих тварей поджидало снаружи? При виде каждой снежинки у него сводило живот. Это действительно был снег или что-то другое?

– Ты видел? – произнесла Шона, и ее голос показался ему шепотом призрака во мраке. Тодд повернулся к ней – она сидела на прилавке, закутавшись в полотенца и фартуки, словно бездомная. Ее волосы были в беспорядке, а глаза казались большими, как блюдца. – Что я тебе говорила? Ты их видел?

– Сколько их? – спросил он.

Шона просто покачала головой.

– Весь город, – сказал Фред. Он прижимал к себе Нэн, которая с тревогой вглядывалась во тьму за окнами. Нэн повезло: она пропустила чудовищное шоу. – Остальные жители мертвы?

– Не знаю. Сегодня кто-то звонил в церковные колокола, но больше я их не слышала. И не видела никого на улице… кроме этих… тварей.

– Здесь могли остаться другие люди, – заметил Тодд и понял, какая безумная надежда звучит в его голосе. – Они могли спрятаться, как и мы.

– А я все еще считаю, что лучше найти машину и убираться отсюда к чертям, – сказал Фред.

Тодд пожевал нижнюю губу. Выглянул в окно и снова осмотрел площадь.

– До тех домов далеко идти.

– Знаю, – подтвердил Фред. – Но близко до соседнего.

– А что там? – спросил Тодд.

– Оружейный магазин, – ответила Шона.

Глава 9

В крохотном вонючем туалете Кейт включила фонарик и чуть не вскрикнула, увидев жуткое, как у трупа, отражение в зеркале. Ввалившиеся пустые глаза, осунувшееся лицо, кожа цвета прокисшего молока. Она опустила фонарик и включила горячую воду. Было так хорошо подставить под струю руки… Она почувствовала, как тепло разливается по телу до самых стоп.

Блеск ее обручального кольца привлек взгляд Кейт. Девушка долго смотрела на него. Гадала, запертая во вшивом Pack-N-Go, что предпримет Джеральд. Джеральд. Не будет никакой свадьбы. Она поняла это некоторое время назад. Они обручились внезапно – двое свободных людей, которым нравилось действовать по наитию. Вскоре желание создать семью ослабло, но прежде, чем кто-то из них понял, чем все обернулось, она расхаживала как дура с гигантской сверкающей люстрой на безымянном пальце. Печально, что им пришлось протрезветь так быстро. А теперь они оба застряли – тонули в болоте непонятных отношений, которые незаметно разрушились.

Она любила, но не знала его. Они жили в разных городах – разными жизнями. Спал ли он с другими женщинами? Возможно. Очень вероятно, по правде. Спала ли она с другими мужчинами после помолвки? Если честно, с двумя. С профессором колледжа – она встречалась с ним несколько месяцев, пораженная, насколько его очаровала ее дерзость. В постели он был неловок и отчаянно ей благодарен – из-за этого они в конце концов и расстались. Она сменила его на жеребца из университетского братства, с которым провела прекрасную и бурную неделю. Он был страстным, даже чрезмерно горячим, и их секс походил на верховое путешествие по