Желтый уровень опасности - Брит Бильдёэн

мясо назад в рюкзак и прикрывает клапаном. Клапан второго рюкзака затянут накрепко, и Карл решает его не трогать. Но судя по весу, и этот рюкзак набит тем же, что и первый.

Уле отошел проверить, не выкипает ли что на плите. Знал небось, что там у них в этих рюкзаках. Карл плотно закрывает за собой дверь и спрашивает, не нужна ли помощь.

– Нет, спасибо.

Уле оборачивается к Карлу и смотрит ему прямо в глаза.

– Послушай. Я понимаю, что важно охранять волков и других хищников, но мне здесь не стоит высовываться с таким мнением. У нас очень многие настроены против волков, а мне важно, чтобы на хутор заезжали и местные тоже. Весной, летом мы тут проводим свадьбы, крестины, конфирмации…

– Ты это серьезно? Если выскажешься за волков, то тебе устроят бойкот?

– Точно устроят, если я сообщу куда следует об охоте на волков без разрешения. Это же все сыновья, братья, друзья, мужья моих знакомых или тех, кто снимает хутор для мероприятий.

Карл не верит своим ушам. Неужели такой достойный мужик, как Уле, идет на поводу у таких людей?

– А… тебя что, предупреждали насчет этого?

– Нет необходимости. Здесь все знают, как принято поступать.

Карл медленно кивает. Он отлично знает, что участвовать в демонстрациях в защиту волка перед Стортингом – одно дело, и совсем другое дело – жить там, где водятся волки, в очаге болезненного конфликта. Откуда ему знать, может, сам Уле и подсказал охотникам, что стая тут рядом.

– А как бы ты отнесся к тому, чтобы поселить у себя группу людей, изучающих поведение волков? Людей с биноклями и фотоаппаратами, а не с винтовками?

Лицо Уле светлеет.

– Ты собираешься привозить сюда туристические группы? Конечно же привози, мы будем очень рады.

– Но, может быть, это небезопасно?

– Это ты на что намекаешь, на волков или на тех, кто за ними охотится?

– Наверное, не всегда разберешь, кто из них опаснее?

– Пожалуй, ты прав. – Уле растягивает губы в улыбке, но тут же вновь хмурится. – Только лучше не приезжать сюда на такой машине, как у тебя. С таким девизом. У нас тут бывали разные ученые, и случалось, некоторые из них сталкивались с разными неприятными проявлениями. И неважно, изучают ли они волков или ищут редкие виды мха. Этим летом тут недалеко молодежь из Университета Осло работала на полевой практике, так им покрышки порезали.

– Так что… местным законы не писаны, что ли? – Карл не может скрыть изумления.

– О подобных вещах заявляют, конечно, но…

В этот момент в дверях появляется Дорте. Неуверенно останавливается, переводит взгляд с одного на другого.

– Не помешаю?

– Да нет. Уле вот только что ввел меня в курс дела о том, что в этих местах живет много противников волков.

Сначала Дорте теряется. Но вскоре смысл сказанного доходит до нее. Она садится на табурет.

– Так они… они охотятся на волков?

– Я посмотрел, что у них в рюкзаках, – говорит Карл. – Куча сырого мяса. Уле говорит, что это обычное дело, использовать приманку, когда стреляешь рысь, росомаху, лисиц – и волка. Но я же осмотрел их машину, так на заднем стекле у них наклейка с буквами СЗП. Расшифровывается “Стреляй. Зарывай. Помалкивай”.

– Но это же черт-те что!

– И у них с собой переносная рация. Пару лет назад состоялось судебное разбирательство по делу группы охотников, которых подозревали в организованной охоте на волков. Они договаривались, кто что делает, разработали свою систему оповещения. Я за этим делом следил.

– Я помню эту историю, – говорит Дорте. – Вроде это дело дошло до Верховного суда?

– Дa, пять человек осудили за преступления против диких животных. Сначала им даже предъявили обвинение в создании ОПГ. Полиция узнала, что охота была хорошо организована, прослушивая телефонные разговоры.

Уле отошел слить воду из кастрюли. Пару секунд он почти скрыт за облаком пара. Дорте смотрит ему в спину.

– Вообще-то я пришла, чтобы… В общем, мама очень нервничает из-за того, что на крыльце стоят ружья. И если уж эти двое тут останутся, то как-то нехорошо, чтобы они… – Дорте пытается подобрать нужное слово. – Ну, обязательно им, что ли, маячить в холле? Нельзя ли…

Уле оборачивается:

– С этим я разберусь. У нас тут есть комната для собраний, я туда поставил печку. Подождете немножко? После обеда я их переселю.

Карл изумленно смотрит на Дорте.

– Ты серьезно считаешь, что мы должны загнать их в тесную комнату для собраний?

Дорте явно неудобно, но отвечает она довольно агрессивно, что ей не свойственно:

– А ты считаешь, пусть лучше они весь вечер толкаются вместе с нами? Может быть, нам еще и за стол их пригласить? На праздничный ужин в честь наших родителей?

– Ничего я не считаю, – говорит Карл. – Но это уж слишком, загонять…

– Комната для собраний не такая уж тесная, – торопится вставить Уле. – Они могут устроиться там вполне сносно.

– Отлично, – говорит Дорте. – Спасибо.

На Карла она не смотрит. Уле вываливает в большой дуршлаг вареные букетики цветной капусты.

– А ты видел волков, Уле? – спрашивает Дорте.

Он оборачивается к ней:

– Наткнулся на них этим летом.

– Правда?

– Ближе к осени шел я в сторону перевала, довольно долго шел, и вдруг смотрю, стоят прямо передо мной на дороге. Я вышел из-за поворота, так что они меня не сразу увидели. Там был один взрослый волк, может быть, волчица-мать, и четыре детеныша. Играли прямо на дороге. Валялись на спине, боролись, совсем как щенки у собак. Я стоял и смотрел на них, ну может, секунд тридцать, а потом волчица меня учуяла, и они убежали в лес.

– Ты за ними не пошел?

– Нет, я вернулся домой. – Он бросает взгляд на Карла. – Может, это были как раз твои волки из “Гретты”.

Лицо Уле смягчается, когда он рассказывает эту историю. В голосе Уле искренний энтузиазм, убеждающий Карла в том, что не хозяин предупредил охотников о наличии поблизости волков.

Неясная идея организовать волчье сафари начинает принимать четкие очертания. Место подходит идеально. Но велик ли шанс увидеть что-нибудь подобное рассказанному Уле? Даже опытным охотникам, похрапывающим сейчас в креслах холла, не удается обнаружить и уничтожить этих зверей, а Карл воображает, что сумеет их выследить? Но он утешается тем, что и участники китового сафари тоже не всегда встречают китов. Массу впечатлений люди получают и от самого похода, и от наблюдения за природой.

…Но главный смысл и цель – в пути самом[4]. Эти слова всплывают в его памяти неожиданно, он не успевает защититься от них.