Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

выходят на участок соседа. В них просматривается входная дверь дома Чугунова. Так вот, в ночь убийства Шалункин допоздна трансляцию хоккея смотрел. Перед тем как ложиться, он выглянул на улицу и увидел трех человек, идущих по двору соседнего дома. Это его изрядно удивило. Ведь было почти два часа ночи. Кто же мог так поздно разгуливать? Шалункин остался у окна и продолжал смотреть. Он увидел, что эти трое подошли к двери, не стали звонить или стучать, открыли ее и вошли. Тогда Глеб решил, что это, наверно, были свои, сын Чугунова Виталий или еще кто-то из гостей. Потому что только свой человек может иметь ключ и входить в дом среди ночи.

— Да, это необычайно важное свидетельство! — воскликнул Гуров. — Самое важное из всего, что мы до сих пор сумели узнать. Но вот что интересно. Твой свидетель Глеб Шалункин, наверное, рассказал обо всем этом майору Колесову или его помощнику, да?

— В том-то и дело, что не рассказал, — ответил Крячко. — Он сразу решил, что надо обязательно это сделать. Потом к нему пришел капитан Семенов и стал спрашивать о том о сем, но как-то не слишком придирчиво, чисто формально. Вот Шалункин и забыл этот эпизод, не упомянул о нем в ходе разговора.

— Да, и мне свидетели говорили, что расспросы полицейских были довольно поверхностными, — сказал Гуров. — А еще что тебе рассказали? Ведь ты не с одним человеком, я думаю, беседовал, да?

— Я еще с двумя тамошними жителями успел поговорить, — сказал Крячко. — Но они ничего существенного не сказали, ничего не слышали и не видели.

— Пока не приехали и не легли спать, нам необходимо решить, что мы будем делать со сведениями, добытыми сегодня.

— Мне кажется, тут особых сомнений быть не может, — заявил Крячко. — Расскажем все, что узнали, нашим коллегам, вместе с ними наметим основные направления дальнейшей работы, засучим рукава и двинемся вперед.

— Засучим рукава — это правильно, — задумчиво произнес Гуров. — Но вот насчет всего остального я несколько сомневаюсь.

— Что ты хочешь этим сказать? — с удивлением поинтересовался Крячко.

— Понимаешь, я обратил внимание на то, что наши местные коллеги как-то не проявляют особого рвения в расследовании этих преступлений, — сказал Гуров. — Опрос свидетелей проходит поверхностно, при этом оперативники не задают некоторые важные вопросы, которые я обязательно поставил бы. На охранника Чердачного они вообще внимания не обратили. Как можно вести следствие таким вот образом? У меня сложилось впечатление, что наш друг майор уже назначил главного виновного в этих преступлениях, этого самого Бендера, то есть Черкасова, вместе с его помощником Салько, и на этом счел дело законченным. В таком случае наши с тобой сведения будут майору Колесову только мешать. Он не отнесется к ним с тем вниманием, которого они заслуживают.

— Что же ты предлагаешь? — спросил Крячко. — Вообще ничего не говорить? Не привлекать местных полицейских к расследованию? Все делать самим? Но нам на это никаких сил не хватит. Ты же сам знаешь, сколько людей нужно привлекать на проверку каждой версии. А машину эту как искать, о которой тебе рассказывали?

— Нет, конечно, привлекать местных нам придется, — ответил на это Гуров. — Вопрос в том, все ли им нужно рассказывать. Вот я, например, считаю, что про машину мы Колесову сообщим, о незнакомце, похожем на артиста, тоже упомянем, а вот о своих сомнениях относительно охранника Чердачного благоразумно промолчим. А то я представляю, как Колесов будет действовать, когда услышит про охранника. Он его немедленно арестует, поместит в СИЗО и тем самым оборвет все связи. — Тут сыщик внезапно замолчал и в досаде так стукнул кулаком по панели автомобиля, что она затрещала. — Какой же я простофиля! — воскликнул он. — Начисто забыл!

— Ты о чем? — осведомился Крячко. — Хотел о чем-то спросить свидетеля и не сделал этого?

— Да не свидетеля! — ответил Гуров. — Арестованного Черкасова я забыл повидать! А ведь сам требовал от Колесова, чтобы он организовал эту встречу. А ты мне не напомнил!

— Да, есть такое дело, — согласился с этим Крячко. — Я тоже забыл о твоем намерении посетить сегодня СИЗО. Ну да ведь это дело от нас не уйдет, верно? Завтра увидим твоего драгоценного Бендера. Так что особо не переживай. Давай лучше доведем до конца нашу беседу. Я понял, что ты хотел насчет охранника Чердачного сказать. Мы должны полностью взять его на себя и проследить все возможные связи данного персонажа. Ты надеешься, что он выведет нас на бандитов. Я прав?

— В общем и целом да, — сказал Гуров. — Есть у меня такая надежда. Поэтому давай завтра разделимся. Я с утра позвоню Колесову, спрошу, когда можно будет увидеться с Черкасовым, и проведу эту встречу, потом сообщу майору о добытых нами сведениях. Пусть начнет поиск внедорожника, о котором мне сказал профессор. А ты займешься Романом Чердачным. Он завтра, как я понимаю, не дежурит. Вот и хорошо, что свободен. Может, пойдет куда-то, с кем-то встретится.

— Задание на завтра я понял, — отозвался Крячко. — Осталось только немного отдохнуть. А вот, кстати, и наш отель.

Глава 10

Сыщики хорошо выспались, утром позавтракали в ближайшем кафе и были готовы приступить к выполнению плана, разработанного накануне.

— Значит, ты занимаешься Романом Чердачным, — повторил Гуров вчерашнюю установку. — Я встречаюсь с подозреваемым Черкасовым, а затем с нашим другом майором. Теперь насчет машины. Думаю, тебе она больше понадобится. Поселок, где живет Чердачный, находится в противоположном конце города. А мне сначала нужно в СИЗО, а затем в управление. Там недалеко, и пешком дойду. Потом, если покончишь с Чердачным и освободишься, подъедешь ко мне. Мы отправимся еще к одним людям, которые могут дать нам интересную информацию.

— Это что же за люди такие? — поинтересовался Крячко. — Когда ты успел с ними познакомиться, во сне, что ли?

— Нет, не во сне, — ответил Гуров. — Я с ними еще не познакомился, только сегодня собираюсь это сделать. Вчера, среди прочего, мне свидетель Масленников сообщил, что самый подробный рассказ об убийстве Чугунова был опубликован в газете «Уральский вестник». Вот я и подумал, что неплохо было бы пообщаться с журналистами из этого издания. В моей практике не раз были ситуации, когда они давали куда более точную и полную информацию о преступлении, чем сотрудники полиции.

— Да, я тоже припоминаю не один такой случай из нашей с тобой совместной практики, — сказал Крячко. — В общем, я тебя понял. Ты сейчас звони Колесову, узнавай насчет встречи с подозреваемым. Я сперва подвезу тебя к СИЗО, а потом уже