Ледяной змей - Виктория Борисовна Дьякова

что тети с дядей нет, вот приводит иногда девушек, тайком, конечно. Свидания устраивает. Мы со сменщиком разрешаем ему, знаем его. Владельцы не говорили, чтобы его туда не пускать. Он им родственник, сами представляли. У него свой ключ есть. Они ему дали. Я ему не открываю. Может, они и в курсе, мое какое дело? Я не спрашиваю. У него ключ есть – я что? Не хотите, чтобы ходил, отберите ключ. Так он уже не первую зиму, – продолжал Потапов. – Они мне претензий не предъявляли, хотя в первый год я очень переживал, что нагорит. Парень он денежный. Они ему на жизнь подкидывают. Ясное дело – молодость. Вот наметил встречу с девушкой. Или уже приводил ее сюда. Не знаю, не моя смена была. Не видел.

– Короче, полицейский вазу с розами свернул? – Максим опять постарался вернуться к событиям той ночи.

– Да. Всюду осколки, вода, цветы. Когда следователь приехал, Зайцев этот, нагорело ему. Кричал, мол, нельзя ли поосторожнее. Обыскали мы всю квартиру на седьмом этаже – тоже никого. Все четыре комнаты, все шкафы в них – нет. Окна заперты. Вернулись в вестибюль. Там уже Зайцев подъехал с командой. Затребовали ключи от подвала, где тренажерный зал, от бассейна, от гаража. Я все дал. Зайцев поднялся на четвертый этаж брать показания у Вишневской. Эксперты подоспели. Над трупом палатку поставили. Так как народу уже собралось – со всего квартала сбежались. По мобильным болтали, фотографировали. Лезли, куда не просят, лента их не останавливала. Пришлось полицейским заграждение из машин поставить. Так легче стало контролировать. Пресса тут как тут – это уж всегда. Снег еще был сильный, – вспомнил Потапов и вздохнул грустно. – Жалко Нику.

– С этим понятно, – заключила Аня. – Теперь дальше. Сколько персонала работает в доме?

– Охранников – трое, – ответил Потапов. – Я, Мишка Гузов, я как раз его подменял, Слава Чирков еще. Работа у нас посменная, на посту круглые сутки кто-то есть. Я в ту ночь вообще должен был дома спать. – Потапов недовольно поморщился. – Но Мишка позвонил: мол, подмени, заболел. Это было накануне, около шестнадцати. Прямо сюда, на пост, позвонил. Ладно, говорю, отдежурю за тебя. Он меня в том месяце подменял, когда мне по семейным делам требовался выходной. То есть за мной должок был. Вот так я и попал в эту историю, – заключил Потапов и немного помолчал, размышляя.

– Другие охранники тоже были в хороших отношениях с Никой? – спросил Максим.

– Ну да. Они и сами скажут. Она была хорошая девушка.

– А из обслуги кто был в доме в тот день? Уборщицы, например? – продолжала спрашивать Аня.

– Уборщиц здесь двое. Тоже филиппинки, – сообщил Потапов – Но, в отличие от Сонары, они по-нашему не говорят, понимают – да, но не все. От них ничего не добьешься.

– Это понятно. Теперь давайте еще немного вернемся на день раньше, – предложила Аня. – Вы в каком часу заступили на пост?

– В девять, как полагается. Сменил Славку Чиркова, – ответил Потапов без запинки.

– У вас есть журнал учета посетителей?

– Ну да. – Потапов кивнул. – Записываем всех, кроме жильцов. Журнал на стойке лежит. Полиция его смотрела.

– Не помните, кто накануне приходил?

Потапов заколебался.

– Рано утром мать ее приезжала, Анастасия Дерябина, такая скандальная баба.

– Приемная мать? – уточнила Аня.

– Я не знаю какая. – Потапов пожал плечами. – Приемная или нет, мое какое дело? Другая, правда, здесь не появлялась никогда. Только эта. Дерябина.

– И что?

– Да ничего особенного. – Потапов пожал плечами. – Дерябина эта – баба склочная. Как приедет, они обязательно поцапаются. Ника несколько раз просила ее не пускать.

– На этот раз пустила?

– Да, разрешила впустить, – подтвердил Потапов. – Но она недолго задержалась. Минут через пятнадцать пулей вылетела из лифта и всякие нехорошие слова под нос бормотала. Ругала Нику.

– А другие посетители были?

– Ну, к Вишневской из театра приезжали. Две ученицы ее. Амала, это уборщица, она уже в доме находилась. Она всегда к семи утра приходит. Лестницу драила, когда я на пост заступил. А потом приходил техник из управляющей компании, сигнализацию проверял. Этот в десять явился. Они с десяти работают.

– Техник постоянный? Знакомый был?

– Нет, кстати, новенький, – вспомнил Потапов. – Я еще удивился. Мальчишка совсем. Все жильцы еще были дома. Так что я провел его на третий этаж, показал, где панель управления, и он взялся за дело. Я как раз ему показывал, где щиток, где тревожные кнопки, а тут как раз Ника выходит. Слышу, дверь у нее хлопнула. Я вниз быстро спустился. Она мимо меня прошла, расстроенная явно. Но после встречи с матерью у нее частенько дурное настроение. Вроде торопилась. Куда поехала, не знаю. Но думаю, с мамашей ее связано. Вот, потом. – Потапов задумался, вспоминая. – Потом художник ушел в салон. Я впустил техника в его квартиру, чтобы он и там систему проверил. Вообще, я ему был дальше не нужен. Расположение щитков и тревожных кнопок во всех квартирах одинаковое. За художником Вишневская унеслась на репетицию. Да, так и было. Все ушли, одним словом. Ближе к полудню никого не было.

– А когда техник закончил работу?

– Это около часа было, – вспомнил Потапов. – Нам в это время управляющая компания ланч на пост доставляет. Вот как раз принесли бутерброды и чай. И техник спустился. Все, говорит, закончил. ухожу, спасибо.

– Ты уверен, что он ушел из здания? – уточнил Максим.

– Еще бы! На сто процентов, – уверенно ответил Потапов. – У нас с этим строго. И даже время записал, когда он ушел. Тринадцать пятнадцать.

– Кто еще приходил?

– Покупки из магазинов доставляли – это все Вишневской. Точилину ланч из ресторана привезли, он в полвторого пришел. Для Ники тоже пакеты привозили. Одежда, помню. Сумки.

– Посыльные все сами заносили? Ты помогал кому-нибудь? – настойчиво спрашивал Максим. – С поста отлучался?

– Ну, Азатик позвонил, это так племянника зовут, с седьмого этажа, – уточнил Потапов. – У него папа – армянин. Вот попросил с букетом роз помочь, который потом как раз полицейский своротил. Парень из цветочного супермаркета еле в дверь с ними протиснулся. Уж не знаю, что там у Азатика за цаца, которой он такой букет отгрохал. Свидание-то из-за падения Ники так и не состоялось. Пришлось им в отель ехать. Во-о-о-от в такой огромной вазе привезли. – Потапов развел руки, изображая размер вазы. Мы эту вазу вдвоем в лифт затащили. А затем на столик в прихожей взгромоздили. Азатик, к слову, как узнал, что вазу разгрохали, разъярился. Сюда прибежал, как полицейские уехали. Орал. Я ему говорю, здесь не до тебя, здесь женщина