Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

Джейсон тотчас отпрянул от своего нового друга.

— Одну минутку. Уж не думаете ли вы…

— Я всего лишь спрашиваю вас, Джейсон.

— Послушайте, я рассказал вам все. Моя карьера пошла не так, как я мечтал. Я сидел без денег. Я принял предложение семьи Рейли помочь мне опубликовать книгу. Мы все устали от Кейси, от ее игры в Мисс Невинность. Но если вы считаете, что я убил Хантера и подставил ее, тогда безумец — это вы! Я сейчас позвоню адвокату. Вы не имеете права выпускать это в эфир! — кипятился Джейсон, отстегивая от лацкана микрофон.

Не успел он выскочить из зала, как Лори подняла обе руки и зааплодировала Райану.

— Для новичка очень даже неплохо!

Тот отвесил ей шутливый поклон.

Итак, им удалось установить, что Джейсон все еще любил Кейси, а его книга — это пасквиль, написанный с подачи отца Хантера. У Джейсона не было алиби. Но убивал ли он Хантера Рейли? У них все еще не было ответа на этот вопрос, но они медленно приближались к нему.

И пусть Райан не Алекс, в нужный момент он сумел показать себя с лучшей своей стороны.

— Лори, — сказал он ей во время перерыва, — спасибо за ваш нагоняй. Вы были правы. Главное — быть собой. Уметь прислушаться к внутреннему голосу. Как говорится, за каждым великим мужчиной стоит женщина.

Улыбки Лори как не бывало, а ее доброе отношение к новому ведущему лопнуло, как проткнутый воздушный шарик. «Скорее за каждым самонадеянным зазнайкой стоит женщина и закатывает глаза», — подумала она.

К ним со взволнованным видом уже спешили Грейс и Джерри.

— Приехала Габриэль Лосон, — объявила Грейс.

— И ты не поверишь, что на ней, — добавил Джерри. — Это ходячее воплощение мечты!

Лори заранее предупредила участников передачи, чтобы те приезжали на съемки в строгих костюмах. Но, судя по всему, у Габриэль имелось свое мнение относительно уместности того или иного наряда. Хотя на часах было всего половина четвертого, она прибыла на съемки передачи в сияющем блестками вечернем платье кремового цвета. Прическа и макияж требовали как минимум красной ковровой дорожки, которой, увы, здесь не было. Что-то в этом платье показалось Лори знакомым.

Не успела она поблагодарить Габриэль за то, что та приехала на съемку, как вспомнила, где уже видела это платье.

— Габриэль, это то самое платье, в котором вы были на банкете пятнадцать лет назад?

— Оно самое! — воскликнула та. — Я так и знала, что в один прекрасный день это платье приобретет историческую важность! Оно было на мне, когда я в последний раз видела Хантера. Я хранила его в чехле — на тот случай, если мне позвонят из музея. Оно до сих пор сидит на мне как перчатка!

Пока Джерри прикреплял к платью микрофон, Грейс шепнула Лори на ухо:

— Может, у Кейси и безумные глаза, но у этой дамочки крыша давно в пути. Скажи мне, как только тебе понадобятся санитары со смирительными рубашками.

Глава 44

Лори проверила экран — хотела убедиться, что все то, что она видела перед собой, было запечатлено на пленку. Габриэль Лосон подалась вперед в своем кресле под углом почти в сорок пять градусов и буквально поедала Райана глазами. Любые резкости с его стороны, сказанные в ее квартире, были прощены и забыты.

Джерри передал Лори листок со словами «Сейчас что-то будет!». Райан владел ситуацией профессионально — деловой, но вместе с тем полный участия и понимания, чтобы Габриэль говорила не закрывая рта. Для начала он провел ее через краткую версию присяги свидетелей, которую она в свое время дала в суде. По словам Лосон, Хантер осознал, что Кейси «слишком груба» и «простовата» и потому не годится ему в жены. Когда же «пройдет нужное для соблюдения приличий время», он был готов открыто заявить о своих отношениях с Габриэль.

Райан между тем задействовал ту же тактику перекрестного допроса, к которой в свое время прибегла Дженис Марвуд, и сумел установить, что нет никого, кто мог бы подтвердить существование близких отношений между Габриэль и Хантером. Впрочем, у светской львицы имелись объяснения на любой случай. По ее словам, Хантер был «тонок», и им обоим хватало ума не появляться вместе на публике. Они якобы «понимали друг друга без слов», и между ними существовало «молчаливое взаимопонимание» относительно их совместного будущего.

Райан продолжал вежливо кивать, однако Лори видела, что он вот-вот вторгнется на запретную территорию.

— Габриэль, прошло пятнадцать лет, но до сих пор точно не известно, намеревался ли Хантер оставить Кейси ради вас. Тем не менее именно это послужило основным доводом в пользу ее виновности: она якобы мстила Хантеру. Что бы вы сказали людям, которые считают, что вы либо говорите неправду о ваших отношениях с Хантером, либо это просто ваши фантазии?

Габриэль как-то совершенно по-детски хихикнула.

— Но ведь это просто смешно!

— И тем не менее. Это не единственный раз, когда вас обвинили в подобных вещах. Мы могли бы немного поговорить о Хансе Линдхольме?

Даже тонны косметики на лице Габриэль Лосон были бессильны скрыть тот факт, что она побледнела как мел.

— Это было обыкновенное недоразумение.

— Думаю, наши зрители узнали имя знаменитого кинорежиссера. Возможно, они также помнят, что он добился запретительного приказа в отношении женщины, с которой познакомился на кинофестивале. Он даже заподозрил, что это она распространяла слухи о том, что между ними якобы любовный роман и они намерены жить вместе. Правда, зрителям вряд ли известно, что женщина, в отношении которой был выдан этот приказ, — вы.

— Это было давно. — Габриэль впервые с момента начала съемок отвернулась от Райана.

— А колумнистка, сообщившая читателям колонки, что вы якобы собираетесь съехаться, — это некая Минди Сэмпсон. Кстати, та самая колумнистка, которая опубликовала ваше с Хантером совместное фото и намекнула, что Хантер, похоже, намерен расторгнуть помолвку с Кейси…

— Не пойму, к чему вы клоните? — спросила Габриэль.

— Складывается такое впечатление, что Минди Сэмпсон неким образом бывает в курсе ваших романтических отношений или, по крайней мере, пишет о них, независимо от того, существуют ли они на самом деле или нет. Скажите, это вы были источником обеих публикаций?

— Вы всё выворачиваете наизнанку.

— Я не нарочно. — Голос Райана звучал вкрадчиво, как голос союзника и друга. — Мы ведь разговаривали с вами две недели назад. Или вы уже забыли?

— Да, и вы были со мной крайне грубы, — заявила Габриэль, похоже, изменив свое мнение о Райане.

— Прошу меня простить, если вам так показалось.