Месть по-королевски, или В погоне за справедливостью - Ольга Аверина

— Что вы говорите! — искренне удивилась я. — Моя бабушка коллекционировала кукол, поэтому я много слышала от нее о знаменитой фирме «Ленчи», но никак не ожидала встретить их куклу здесь, в Москве. Это же большая редкость, неужели вы готовы с ней расстаться?

— Нет, конечно! Она выставлена тут не для продажи, наш хозяин скорее продаст салон со всем его содержимым, чем расстанется со своей любимицей. Эта кукла уникальна еще и тем, что создана в единственном экземпляре, так что для понимающих людей она бесценна.

— Очень любопытная информация, — нетерпеливо перебила молодого человека подоспевшая к нам Варвара, — только мы немного торопимся и хотели бы поговорить с вашим хозяином. Он сейчас на месте?

— С Борисом Михайловичем? — удивленный консультант едва не выронил из рук ключик, которым он хотел открыть мне витрину с редкой куклой.

— Да! У вас что, есть какой-то другой хозяин?

— Нет, другого нет, — растерянно замотал головой молодой человек, — только Борис Михайлович никогда не выходит к посетителям.

— Что, так уж и никогда? — продолжала напирать Варька.

— Только в крайних, исключительных случаях, когда салон посещают VIP-персоны…

— А может, я как раз и есть такая персона? Вы пойдите, передайте хозяину, что его спрашивают две интересные дамы.

Ошарашенный Варькиной напористостью молодой консультант резво рванул в сторону служебного помещения, но на полдороге остановился:

— Извините, а как вас представить?

— Как представить… Варька ненадолго замешкалась, а потом решительно выпалила: — Варвара Воронцова, невеста Александра Борецкого.

Когда за служащим захлопнулась дверь, подруга облегченно вздохнула.

— Надеюсь, моя уловка сработает и господин Гольдштейн не решится проигнорировать наш визит.

— А что ты скажешь Борецкому, — ехидно поинтересовалась я, — если он случайно узнает о вашей предстоящей свадьбе?

— Не каркай раньше времени, может, еще и не узнает.

Дверь служебного помещения снова хлопнула, и перед нами собственной персоной предстал сам владелец галереи Борис Михайлович Гольдштейн.

— Варенька, какими судьбами! — Широко улыбаясь, он вальяжно направился нам навстречу и галантно кивнув мне, поцеловал Варьке руку. — Искренне рад столь неожиданной встрече.

— Здравствуйте, Борис Михайлович — немного смутившись от такого радушного приема пробормотала Варвара, а я боялась, что вы меня забыли.

— Забыть вас! Ну что вы! Такую-то красавицу, — губы Гольдштейна вновь расплылись в широкой улыбке, однако глаза оставались холодными и изучающими, — разрешите поинтересоваться, чему я обязан столько приятному, но неожиданному визиту?

— Видите ли, Борис Михайлович, скоро у Саши день рождения, и я решила подарить ему что-нибудь необычное, редкое. Думаю, вы, как никто другой, сможете помочь мне в этом непростом деле.

— Что ж, вы пришли по адресу. У нас огромный выбор подарков на любой самый изысканный вкус. Но, чтобы мне легче было помочь, дайте хотя бы направление ваших мыслей, каким вы видите этот подарок.

— Дело в том, что окончательно я еще не определилась, но, возможно, это должна быть картина, гравюра или… Варька замолчала, изображая на лице напряженный мыслительный процесс, — или икона. Да! Именно икона, но только не новодел, а что-нибудь действительно старинное.

— Не знаю, Варенька, со старинными иконами могут возникнуть проблемы, — мне показалось, что тон Бориса Михайловича слегка изменился, он стал более сухим и напряженным. — Может, посмотрите что-нибудь из гравюр, или вас заинтересуют раритетные портсигары, или настольные письменные приборы? У нас есть очень любопытные вещицы.

— Да нет же! — нетерпеливо воскликнула Варька. Саша не курит, зачем ему портсигар, а из ручек он предпочитает «Монблан» с золотым пером! Икона лучший вариант и, по-моему, очень символичный подарок.

— Тогда, Варенька, вам, к сожалению, придется обратиться в другой салон.

— Странно, — в упор глядя на Гольдштейна, протянула Варвара, — а мне один наш общий знакомый говорил, будто вы специализируетесь на древних иконах…

— Знакомый, — нахмурился Борис Михайлович — неужели кроме господина Борецкого у нас еще есть общие знакомые?

— Как оказалось, да! Станислав Сластенов, вам что-нибудь говорит это имя?

— Ну-у… Варвара, признайтесь честно, вам не нужен подарок для Александра Ивановича. Вы пришли ко мне совершенно по другому поводу. Верно?

В ответ Варька молча кивнула.

— Тогда, милые дамы, прошу пожаловать в мой кабинет, разговор у нас, видимо, предстоит долгий и весьма серьезный.

Кабинет хозяина салона оказался на удивление маленьким, но очень уютным. От письменного стола, кожаных кресел и секретера веяло стариной, казалось, они перекочевали сюда из демонстрационного зала. Расположившись на своем рабочем месте, господин Гольдштейн кивнул нам в сторону дивана.

— Я вас внимательно слушаю, что у вас ко мне за дело?

— Борис Михайлович, вы знаете, что вчера утром Станислав Сластенов был найден убитым в одном из подмосковных отелей? — без всяких предисловий выдала Варвара.

На лице Гольдштейна не дрогнул ни единый мускул, а глаза так и остались изучающе — холодными.

— Допустим, знаю, — спокойно, произнес он. — А какое вы, дамы, к этому имеете отношение? — Мы стали случайными свидетелями вашего разговора со Стасом накануне убийства, — пришла я на помощь подруге. — И слышали, как Вы угрожали ему.

— Ах вот оно что! — холодно усмехнулся Борис Михайлович. — Тогда разрешите полюбопытствовать, какой же вы из этого сделали вывод? Ну же, дамы, смелее, раз у вас хватило решимости заявиться ко мне с подобным разговором, не останавливайтесь на полпути. Вы ведь думаете, это я убил Сластенова.

— По крайней мере, у вас точно был мотив, — выдавила я, превозмогая охватывающий меня страх.

— Разве это мотив! Ничего-то вы, девушки, не понимаете, — покачал головой Гольдштейн. — Стас был должен мне деньги, большие деньги, да к нему впору было охрану приставлять, а не убивать собственными руками. Так что я меньше других был заинтересован в его смерти, ведь, убив должника, — денег не вернешь! А теперь позвольте поинтересоваться, какое отношение вы имеете к Сластенову?

— Это мой давний знакомый, можно сказать, друг детства, с которым мы не виделись много лет и совершенно неожиданно столкнулись в «Гелио-парке». А вчера утром мы с Лелей нашли его мертвым.

Впервые за весь разговор я заметила, что слова Варьки действительно заинтересовали Бориса Михайловича.

— Простите, я вас правильно понял, — переспросил он — именно вы обнаружили тело Стаса? — Да, — качнула головой Варька, — нас было трое: профессор Бородин и мы с Лелей.

— Вот это сюрприз! Как говорится, на ловца и зверь бежит, — оживился Гольдштейн. — Вы- то мне, девушки, и нужны, давайте рассказывайте, куда дели сумку?

Мы с Варварой в недоумении уставились на Бориса Михайловича.

— Какую еще сумку?

— Сумку Сластенова, естественно.

— Не было у него никакой сумки, — почти хором воскликнули мы.

— Это вы в милиции заливать будете. А я знаю точно, была!

— Откуда вы все так точно знаете, если