Бывший муж. На осколках мести - Галина Колоскова

голове шум. В душе полное опустошение. Долго она так не протянет. Нужно успокоиться и выбираться из клиники любой ценой. Отец никогда не бросает пустых угроз. Если сказал про опеку, стоит ждать визита в ближайшее время. Он найдёт способ и причины устроить проверку.

Пришлось нарушить данное себе обещание и набрать помощницу.

– Лера, бросай всё и ко мне в клинику. У меня форс-мажор. Объясню на месте.

Глаза в потолок. Умудрилась разглядеть несуществующий узор на гладкой белой поверхности. Тихий вой вырывался из глотки.

Бабушка говорила, что Бог отмеряет человеку столько, сколько он может вынести. Где предел её ноши?

Услышав кашель от двери, Мира метнула взгляд и опешила.

Кортес, одетый в халат врача, молчал, разглядывая её в момент беззащитного скулежа.

– Что вы здесь делаете? – она причесала пальцами волосы, жалея, что нельзя взять зеркало и навести красоту. Душа трепетала.

От испанца не ускользнул тоскливый взгляд серых глаз на прикроватную тумбочку. Он улыбнулся.

– Услышал в новостях, что чуть не убили гордячку, с которой едва успел познакомиться. Решил навестить… – Он сделал шаг вперёд и остановился. В руках букет роз любимого сорта. Взгляд направлен на забитую до отказа широкую вазу.

– Вижу, вы не скучаете от одиночества, пока муж лежит в реанимации?

Мира не сдержала вздох. Волнение при виде испанца моментально испарилось. Ещё одного мужчину с претензией она вряд ли выдержит.

– Как вас пропустила охрана?

– Я знаю волшебное слово. – Александр рассмеялся удивлению в округлившихся глазах. – На самом деле директор клиники мой хороший друг. Сказал, что я его заместитель.

Взгляд карих глаз ласкал бледное лицо.

– Напрасно переживал. Вы сегодня очень красивая. Совсем не похожи на больную.

Лесть выбила из-под ног желание ершиться. Словно ребёнка по голове погладил большой, сильный защитник. Ощущать себя уязвимой – большая роскошь.

Она подавила жалобный вздох. Как не хватало бодрого Пашиного: «Не вешай нос! Прорвёмся!»

Ещё один шаг Кортеса вглубь комнаты, и она заполнилась ароматом его духов.

Мира закрыла глаза. Ноздри с наслаждением втягивали запах любимого мужчины – Алекса! Она слышала, словно издалека хриплый, надломленный голос:

– Я краем уха услышал ваши слова о форс-мажоре. Расскажите, что случилось. Я обязательно помогу!

Её словно чёрт в бок толкнул. Захотелось узнать правду здесь и сейчас! Мира вперила взгляд в мужественное лицо, проговорив с вызовом:

– Вернёте мне моего первого мужа?

Глава 19

Мира не сводила глаз с сурового испанца. Синяя жилка в виде латинской буквы z на виске, точно такая, как у Алекса, набухла. Но на лице никакого волнения. Воздух стал вязким. Звук крылышек бабочки, бьющейся в окно, превратился в громкий скрежет.

Чуда не случилось.

Кортес развёл руками.

– К сожалению, я не умею воскрешать мёртвых.

Мира сомкнула веки. Сердце стучало всё так же быстро. Но на душе вместо ожидаемого тепла многолетний холод. Всё напрасно. Разочаровываться не было смысла. Это только начало пути по возвращению доверия. Ждала, что он скажет: «Твой муж это я!» – и они сольются в объятиях?

Алекс должен захотеть открыться.

Он гипнотизировал Миру взглядом.

– Вы несчастливы с новым мужем? – вопрос походил на обвинение.

Она закусила губу. Кортес или тот, кто скрывался за его обликом, играл виртуозно. Подмывало набраться смелости и рассказать правду.

– Вынуждаете открыть тайну? – природная осторожность взяла верх. – А вдруг вы воспользуетесь информацией против меня? – можно быть импульсивной, но не безрассудной. – Ваш новый партнёр отдаст многое, чтобы уничтожить меня и мою компанию!

Кортес наморщил лоб.

– Боже упаси от чужих тайн! Своих хватает, – он растянул губы в улыбке, но глаза не смеялись. – Новый партнёр? Уже знаете, что я инвестирую холдинг Старыгина?

Он сделал ещё пару шагов вперёд. Мира заметила лёгкую хромоту мускулистых ног. Последствия давней травмы?

– Моего врага! – она усмехнулась искреннему удивлению в карих глазах. – У нас непростые семейные отношения.

Широкие брови сошлись у переносицы гостя.

– Вражда детей и отцов явление частое. Чем ваш не угодил?

Мира не стала ходить вокруг да около. Очень хотелось увидеть реакцию на слова:

– Подозреваю, что он причастен к исчезновению моего первого, любимого мужа. Хотел отобрать бизнес, доставшийся в наследство. Надеялся устроить мой брак с преданным ему человеком. В данный момент пытается отнять у меня дочь… – Изящная бровь взлетела вверх. – Достаточно или продолжить?

В этот раз дрогнуло веко невозмутимого иностранца.

– Как он может отнять ребёнка, если родители остались в живых?

Мира показала взглядом на капельницу и пикающий аппарат жизненного обеспечения.

– Мы с Павлом в клинике на лечении. Отец меня старательно провоцирует, надеясь упечь в психушку. Дочь в смирительной рубашке, под убойной дозой транквилизаторов – давняя мечта любимого папочки!

В этот раз на скулах Кортеса заходили желваки. Он начинал верить.

Она смотрела в глаза сурового испанца:

– Вы хотели помочь и главврач клиники ваш друг? Создайте условия для моего отъезда домой, в особняк. С деньгами не будет проблем, но нужны специалисты и оборудование, чтоб в кратчайшее время поставить меня на ноги.

Он потёр подбородок, принимая решение.

– Я привык выполнять обещания. Ждите, вернусь максимум через час! – Александр остановился на пороге, отвечая на сверлящий широкую спину взгляд, полный надежды. – И не думайте о плохом. Никто не сможет забрать вашу дочь!

Мира следила за каждым его жестом. Таких совпадений не бывает. В палате находился Абашев. Она, не зная, вернётся ли он, торопливо проговорила:

– Мою и Алекса! Хочу, чтоб вы знали. Уверена, у отца на руках есть отрицательный тест на отцовство Павла. Он непременно его использует.

Кортес на мгновение замер и вышел, не оборачиваясь, сильно прихрамывая на правую ногу.

Мира чувствовала себя выжатой как лимон. Два аргумента в своё оправдание она высказала. Неизвестно, что у Алекса на душе, но он должен знать, что жена любила и любит его. Аля очень нуждается в поддержке отцов.

Она устало закрыла глаза. Теперь можно выдохнуть. Абашев не позволит причинить вред своему ребёнку.

Через три часа Миру вывозили на машине скорой помощи. Персональная медсестра уезжала с ней. Оборудование должны привезти к вечеру.

Кортес в больнице больше не появился.

Она смогла повидаться с Пашей, перед тем как отправиться в особняк. Он спал. Непривычно бледный, с заклеенной грудью, плечом, с иглой от капельницы в руке.

– Спасибо, Паша! В очередной раз спас меня… – Она сжимала в ладони слабую руку друга. – Я вынуждена вернуться домой. Не смогу видеться с тобой несколько дней. Надеюсь встать на ноги к понедельнику. Когда придёшь в себя, позвони. Мы с Алей ждём тебя в особняке.

По дороге домой в