Я люблю тебя, умри - Аки Накамура

выйдем на убийцу, то сможем вернуть к жизни Ханаби. …Знаю, что это прозвучит надменно, но я не хочу этого допускать. Я хочу, чтобы первым, кто раскроет правду, был я, а не кто-то другой. Я хочу вернуть Ханаби к жизни своими собственными умозаключениями. На самом деле у меня в голове тоже есть одна гипотеза. И сейчас я положу конец этому делу.

Не вмешиваться. Идет сольное выступление Кацуры.

4

– Мы сейчас все вместе разбирали трюк с запертой комнатой, все просто и поэтому надежно, и мне показалось, что чем детальнее рассматривать дверь и окно, тем больше мы убедимся в невозможности этого. Поэтому я решил попробовать взглянуть на все с другой стороны. И вот тогда всплыл один элемент, который до этого был слепым пятном. Я обратил внимание на ключ, который Ханаби демонстративно выронила из руки, – сказал все это на одном дыхании Кацура, достал что-то кожаное, похожее на маленький кошелек, и положил на стол.

– Вау, это же футляр для ключей. Какой стильный, – сразу отреагировала Уруру.

– Спасибо. Просто если я не прицеплю ключ сюда, я могу его потерять. К тому же, – Кацура снял ключ с кольца и в этот раз бросил на стол сам ключ, – у меня нет подходящего брелока или ремешка, как у Ханаби. Без дополнительного элемента его будет сложно отличить от ключей от других комнат.

Звон ключа при его падении и слова Кацуры накладываются друг на друга, и в моей голове, как будто мне против моей воли нажали на точку осознания, блеснула мысль. И у Уруру, и у Агацумы, и у Салли в этот миг было одинаковое удивленное выражение лица.

Особенности ключа, который приземлился на стол, – круглая головка и зазубренное лезвие. И все. Хорошо, что до этого такого случая не было, но если бы этот и мой ключ положили в одно место, уверен, я не смог бы сразу их отличить. На ключ от своей комнаты я не прицепил никакого отличительного знака и форму лезвия точно не помню. Наверняка все не помнят форму.

– Мы различали владельцев ключей не по самим ключам, а по отличительным знакам на них, – подошел к сути Кацура. – Из рук Ханаби появился ключ с брелоком с фрезией. И поэтому мы без сомнения были убеждены в том, что это ключ от комнаты Ханаби. Однако что, если этот ключ был ключом от другой комнаты, на котором заменили только отличительный знак? Тогда место преступления перестанет быть запертой комнатой.

– То есть ключ, который был в комнате Ханаби, – это ключ не от комнаты Ханаби? …Как запутанно, – Салли нахмурила лицо.

– Тогда чей тот ключ?.. – спросил Агацума.

– Это же очевидно. Он может быть только убийцы, – ответила Уруру.

– Да. Тогда никто не утверждал, что его ключ был украден. Единственными ключами, которые были в распоряжении убийцы, были ключ от его собственной комнаты и украденный ключ от комнаты Ханаби, – подтвердил Кацура слова Уруру. – Другими словами, убийца просто поменял ключ от своей комнаты и ключ от комнаты Ханаби. Он привязал на свой ключ брелок с фрезией, оставил его на месте преступления и в то же время вынес из комнаты ключ от комнаты Ханаби. А чтобы запереть дверь, достаточно было просто вставить ключ в замочную скважину и повернуть его.

Действительно слепое пятно. Но если это правда, то убийца совершил достаточно смелый поступок.

– А теперь, когда мы столько знаем, мы сможем раскрыть убийцу.

Что?!

Я чуть не закричал. Построение аргументации Кацуры было неожиданно быстрым. Если так пойдет и дальше, то у писателей детективов действительно отберут лавры…

– При использовании этого трюка убийце необходимо поскорее забрать ключ от своей комнаты. Но в этот раз, в том числе из-за игры Ханаби, когда ключ появился из ее руки, тот ключ все время был по центру места преступления, в самом видном месте. Заменить ключ во время осмотра места преступления было практически невозможно. Я в действительности в конце осмотра еще раз проверил ключ, он лежал так же, как и тогда, когда мы его обнаружили. В конечном итоге убийце пришлось временно покинуть место преступления, все еще имея при себе ключ от комнаты Ханаби. …Однако это создало ему небольшие трудности. Из-за того, что ключ от его комнаты находится на месте преступления, отпереть и запереть дверь от своей комнаты становится абсолютно невозможным, пока он там.

Понятно.

Хоть убийца и смог сделать из комнаты Ханаби запертую комнату, но в замочную скважину двери своей комнаты его ключ, наоборот, не войдет. Если бы он изначально оставил дверь своей комнаты незапертой, он бы легко смог зайти в комнату, но тогда могло бы показаться странным, что он оставил дверь незапертой на время своего отсутствия.

…Стойте, подождите.

Если это условие, определяющее убийцу, то у меня очень плохое предчувствие.

– Итак, осталось только вспомнить, что было по окончании осмотра комнаты, – Кацура ускоряется, словно совершая последний рывок. – Мы тогда разделились на две основные группы: тех, кто пошел к себе в комнату, и тех, кто пошел готовить обед. Три человека, которые пошли к себе, – я, Ё, Уруру – отперли замок своих дверей с приятным звуком и вошли в свои комнаты. Убийца не смог бы этого сделать. Следовательно, эти три человека исключаются из кандидатов в убийцы. Убийца – кто-то из тех, кто сразу пошел на первый этаж готовить обед, Сиори либо Салли, но… излишне говорить, что у Салли железное алиби, основанное на видеоизображении, поэтому она исключается. Круг подозреваемых логическим путем сузился до одного человека.

Кто бы мог подумать, что это ты, Когути Сиори.

– … – Мое предчувствие сбылось.

Взгляды участников все разом пронзают меня. Камера Хаимуры, похоже, тоже запечатлела спереди мое растерянное лицо.

Но скажу еще раз: я абсолютно точно не убийца. Могу поклясться богу детективов.

Поэтому надо подумать. Если я не возражу, то на этой волне меня сделают убийцей. …М? И тут у меня внезапно возник вопрос: интересно, в этой детективной драме есть наказание за ложное обвинение?

Или что будет, если я притворюсь убийцей и сделаю ложное признание?

И вообще предусмотрено ли в принципе какое-либо наказание для осужденного убийцы?

…Вряд ли я найду ответ. Хватит отвлекаться на лишние вещи.

В любом случае в рассуждениях Кацуры есть ошибка. Я знаю, что я невиновен, и это был неоспоримый факт. Именно в этом мне и нужно было сейчас разобраться.

Думай, думай, думай.

– Ключ, который у меня сейчас есть, – это действительно ключ от моей комнаты, – я каким-то