Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

меня нет выбора, — ответила Анжела, продолжая печатать. — В эти выходные состоится наш осенний показ. Я делаю что могу, даже из дома, но нам с Шарлоттой нужно съездить на тот склад, проверить, как там идут дела с оформлением этажей.

Пола выключила телевизор.

— Анжела, я много раз говорила тебе и повторю еще раз, как я горжусь тобой. И как гордилась бы тобой Робин. Как приятно видеть, что ты состоялась как профессионал в своем деле. Подумать только, ты начинала простой моделью, а теперь процветающая бизнесвумен…

— Простой моделью? — спросила Анжела, отрывая глаза от компьютерного экрана. — Да тогда я работала в сто раз больше и упорнее, чем сейчас!

— Я не это имела в виду. Ты всегда была такая красивая… Ты и сейчас хороша. Но это никогда не было твоим единственным достоинством. Красота увядает, а талант остается. Буду честной: когда вы с Кейси были маленькими, я невольно сравнивала вас между собой. Робин всегда твердила, какая ты хорошенькая. Извини, что я это говорю, но в такие моменты я думала: «Погодите, в конечном итоге моя Кейси ее перегонит». Знаю, сейчас это звучит некрасиво, но сестры всегда конкурируют между собой, даже когда речь идет о следующем поколении. Мне и в голову не могло прийти, что ты будешь работать в крупной фирме, в то время как Кейси…

Закончить свою мысль она не смогла.

Анжела закрыла ноутбук, села на кровать рядом с Полой и обняла ее.

— Спасибо тебе, тетя Пола. Мне приятно слышать, что ты гордишься мной. Но я уверена, Кейси так или иначе найдет применение своим талантам. — На глаза Анжелы навернулись слезы; она смахнула их и рассмеялась, пытаясь поднять им обеим настроение. — А теперь сердиться буду я. Кейси давно пора нам позвонить.

Пола потянулась было за телефоном, когда раздался писк электронного замка, и в номер вошла Кейси. Глаза ее были красны, косметика на лице размазана.

— О господи! Что-то не так? — ахнула Анжела.

— Всё! — выкрикнула Кейси. — Всё не так! Они устроили мне подставу. Подруга Шарлотты, Лори, притворилась, будто верит мне, а потом спустила на меня этого своего адвоката. Он же исказил все факты. Предупреди они меня заранее, я бы постаралась найти ответы получше. Я бы объяснила им все.

Пола тотчас пожалела о том, что так и не сумела отговорить Кейси от участия в передаче.

— Может, все не так уж и плохо? — пролепетала она.

— Нет, мама, все плохо. А под конец и вообще ужасно. Я хотела обелить свое имя, а в результате выгляжу еще более виновной, чем раньше. Я сразу поняла, что они мне не поверят. Да, мы с Хантером ссорились, но это нормально в отношениях любой пары. Мы всегда находили общий язык. Мне не следовало ничего замалчивать, но очень хотелось, чтобы она заняла мою сторону.

Пола посмотрела на Анжелу — интересно, что та скажет, — но племянница, похоже, пребывала в такой же растерянности, что и она.

— Дорогая, боюсь, я плохо тебя понимаю.

— Когда я дала Лори материалы дела, я кое-что вытащила оттуда. Даже не кое-что, а очень многое. Какая же я дура… Мне следовало догадаться, что они все равно все узнают.

— Что именно ты вынула из папки? — нервно спросила Анжела.

— Я сделала так, чтобы мой адвокат предстала в гораздо худшем свете, чем на самом деле. Но сильнее всего меня подвела страница с перечнем улик, в котором был указан пакет с битым стеклом, найденный в мусорном баке.

— Неужели это было так важно? — фыркнула Пола.

— Они подумали, что это осколки той самой рамки от фото, что пропало с прикроватной тумбочки. По их мнению, это я разбила ее во время ссоры с Хантером и по этой причине вынула из дела соответствующую страницу.

— И они правы? — Пола задала этот вопрос прежде, чем осознала, что делает.

Глаза ее дочери наполнились болью.

— Разумеется, нет. Это была лишь разбитая ваза. Я вынула тот лист, чтобы Лори не подумала, что это осколки той рамки.

— Но ведь это все их домыслы, — сказала Анжела. — Не вижу проблемы.

В ее голосе слышались нотки раздражения, чего раньше за ней не водилось. Однако Пола списала это на спешку — племянница торопилась на работу.

— Проблема в том, что эту вазу разбила я. После того как увидела в газете фотографию Хантера вместе с Габриэль. Во мне заговорила ревность.

Полу наполнило дурное предчувствие.

— И ты сказала им об этом, прямо в камеру? Но ведь это была главная теория обвинения по поводу твоего мотива! — Она закрыла лицо руками. — О боже, Кейси!..

— Знаю, мама. Пожалуйста, не начинай. Пропавшая рамка с фото была единственной уликой в мою пользу, доказательством, что, кроме меня, в доме был кто-то еще. И вот теперь моя попытка умолчать про разбитую вазу обернулась против меня. Не говоря уже о том, что я якобы пыталась манипулировать ими, когда предлагала не упоминать эту рамку в нашей передаче… Тогда я не видела никакой связи между пропажей фото и мешком с осколками стекла. И вот теперь все поверят в мою виновность…

Слушая Кейси, Пола задалась вопросом, будет ли когда-нибудь дочь честна с ней — да и с собой тоже — в том, что она совершила той ужасной ночью? Но что бы Кейси ни совершила, Пола будет и дальше любить ее, свою дочь, и делать все для того, чтобы оградить ее от новых душевных травм. Кейси всегда говорила, что Хантер любит ее безоговорочно, но, похоже, не замечала, что то же самое можно сказать и о ее родителях.

Поскольку Пола всегда была готова грудью встать на защиту дочери, она велела Кейси, чтобы та пошла в ванную и привела себя в порядок. Как только дочь ушла, Пола начала надевать жакет.

— Тетя, ты куда? — удивилась Анжела.

— Поговорить с Лори Моран как мать с матерью. Нельзя допустить, чтобы эта передача вышла в эфир. Пусть Кейси живет тихо и спокойно.

Глава 56

Из кабинета Бретта Лори вышла окрыленной.

— Ну что, босс доволен? — спросила секретарша Дана, когда Лори проходила мимо ее стола.

— А с ним такое бывает? Впрочем, да, — по сравнению с его обычным настроением он просто цветет от счастья.

Когда они брались за новый выпуск, их самой главной надеждой было откопать новые факты и, сложив их, словно разрезную картинку, пролить свет на сомнительный случай. То, что кто-то признается перед камерой, — о таком можно было только мечтать. Нет, конечно, Кейси прямо не призналась в