Смерть на кончике ножа - Елена Анатольевна Терехова

женщина едва не подпрыгнула на стуле. – Видишь, тут написано, что «технология, а также состав тканей содержит компоненты и примеси, не характерные для производимых на территории нашей страны…» Ладно, это мы пропускаем. Дальше. Тот тип, который приставал к женщинам в парке. Его проверили?

– Да. – Алексей убрал листок на место. – Он ни при чём в этой истории. Да и справочка соответствующая у гражданина имеется с диагнозом «вялотекущая шизофрения». Наши участковые его хорошо знают, и психиатры местные тоже. В общем, гражданин Боронихин в своё время отбывал наказание за мелкую кражу, и так случилось, что перед самым его освобождением в родительском доме случился пожар. Погибла вся семья. А он, как оказалось, очень любил близких и тяжело переживал эту трагедию. В результате – депрессия, а потом психическое заболевание, которое вылилось вот в это…

– А браслет? Он ведь нашёл браслет рядом с пострадавшей девушкой. Я уверена, что украшение принадлежит ей, видела такие – из морского стекла, причём не кустарного производства. Это снова наводит на мысль, что Кира проживает на юге… А этот… Боронихин… Он видел что-то в тот день в парке?

– Увы, – Потапов пожал плечами. – Боронихин для нас не свидетель… Во всяком случае – пока. Он сейчас в больнице, сама понимаешь в какой… Орудия убийства ни при нём, ни в его квартире обнаружено не было. На одежде есть небольшие бурые пятна, но, учитывая, что это он нашёл потерпевшую… Да и характер расположения этих пятен… В общем, сейчас мужик в полнейшей прострации после всех событий, вы с Галиной, видать, знатно его перепугали.

Лена задумалась и только сейчас обратила внимание, что стрёкот пишущей машинки прекратился. Практикант Сергей Денисов внимательно прислушивался к их разговору, даже моргал через раз.

– Готовы бумаги? – спросил молодого сотрудника Потапов.

– Да, можно подписывать.

Алексей перевёл взгляд на свою гостью.

– Запросы мы подготовили в паспортный стол, аэропорты по области, на местное телевидение, в газету… Кстати, по сведениям из местной паспортной службы, в городе числится всего девять человек по имени Кира. В соседнем Мыскине – трое. Но, судя по картотеке, нашей среди них нет.

– Надеюсь, эта несчастная девушка скоро вернётся домой. Ладно, я пойду. Извините, если помешала.

Уже в коридоре она услышала разговор двух мужчин.

– Товарищ капитан, кто эта женщина? Наш сотрудник под прикрытием или из экспертного? – интересовался Сергей.

– Хуже, – отвечал ему Алексей. – Родственница моя. Там ещё и две подруги есть, такие же настырные. «Борщ», одним словом.

– Что? – не понял практикант.

Но ответить ему Потапов не успел. Зазвонил телефон.

– Слушаю, – голос Алексея стал сухим и официальным. – Понял, выезжаем. Собирайся, – сказал он молодому сотруднику. – На дамбе в районе парка обнаружено тело женщины.

Мужчины, занятые своим разговором, прошагали мимо, не заметив Елену. Она осторожно вышла из здания горотдела следом за ними. Идти недалеко, а уж на дамбе она не заблудится.

Так и вышло.

Судьба!

Женщина появилась на месте событий практически в тот момент, когда оперативная бригада начала свою работу.

В этой части парка только поздно вечером любят посидеть подвыпившие компании, обычные обыватели стараются сюда без нужды не заглядывать, не привлекает их даже асфальтированная дорожка. Однако сейчас здесь собралась довольно внушительная группа любопытствующих граждан. Это было Борисовой даже на руку. Она присоединилась к зевакам с таким расчётом, чтобы слышать, о чём говорят следователи, и в то же время не попадаться на глаза Потапову.

Убитая лежала под кустом сирени, лицо её закрывали растрёпанные русые волосы, руки и ноги казались неестественно вывернутыми – так, словно у куклы-марионетки неожиданно порвались нитки, связующие её со специальной деревянной крестовиной – вагой. Платье из коричневого шёлка в белый горошек задралось, обнажив стройные бёдра, с правой ноги почти полностью слетела босоножка на танкетке, она каким-то чудом держалась лишь на кончиках пальцев, вторая оставалась на месте. Примерно в метре от погибшей лежала сумочка с длинным ремешком, явно новая, но совершенно не сочетающаяся с нарядом женщины. Впрочем, раздобыть что-то модное и красивое, да при этом ещё такое, чтобы выглядеть как в заграничном журнале, надо очень постараться. Далеко не у каждого есть знакомые на базах Междугорского торга.

– Упала, наверное, неудачно, скатилась с дамбы, головой ударилась об камень. На таких-то копытах с ремешками и неудивительно, – рассуждала пожилая женщина в тёмно-синем ситцевом платье и с двумя хозяйственными сумками в руках. – А может, и вовсе того, выпившая была.

– Ага, и поэтому милиции понабежало, как на парад! Думай, чего бормочешь! – резко осадил её такой же пожилой мужчина в кургузом сером пиджачке и с тростью в руке. – Давай-ка пойдём домой, а то вся колбаса заветрится. Простояли целый день в очереди, получается, чтоб продукты опосля испортить?

– Давай ещё чуток постоим, интересно же, – заговорила она умоляюще.

– Пошли, сказал, нечего пялиться! Помочь ты всё равно ничем не сможешь, не видела, не слышала, так чего зазря толпу создавать и мешать людя́м? Чай не цирк приехал. Беда у кого-то случилась.

Мужчина повернулся и потопал по асфальтированной дорожке вглубь парка, сильно прихрамывая и опираясь на свою трость. Повздыхав, женщина с сумками отправилась следом за ним.

Постепенно наряду милиции и подоспевшим дружинникам удалось оттеснить толпу в сторону и оцепить территорию. Почти сразу же после этого подъехала ещё одна служебная машина. Из неё вышел седовласый мужчина в синем форменном кителе и с кожаной папкой в руках. «По всей видимости, прокурорский следователь, – отметила про себя Борисова, – а это значит, что всё-таки никакой у нас не несчастный случай. Женщину убили».

– Всех присутствующих опросить в качестве свидетелей и вызвать повесткой для проведения следственных действий, – громко распорядился следователь. Уловка сработала: толпа зевак начала постепенно редеть. Фигурировать в уголовном деле, пусть даже и свидетелем, никому не хотелось. Репутация в глазах окружающих дороже.

Оглядевшись по сторонам, седовласый удовлетворённо хмыкнул и обратился к Потапову:

– Начнём?

– Мы готовы, Виталий Сергеевич. Практиканту поручим протокол вести? У него неплохо с документами получается, да и почерк красивый. – Алексей вытер вспотевший лоб носовым платком.

– Что ж, с бумагами работать – тоже наука, пусть записывает, только посматривай, чтоб не пропустил ничего. Зафиксировали положение тела?

Работа пошла своим чередом: щёлканье затвора фотоаппарата, всполохи лампы-вспышки, короткие реплики, которыми обменивались между собой люди в форме и штатском.

– Эх, нам бы сейчас сюда кинолога с собакой, глядишь, и дело бы сразу сдвинулось с мёртвой точки, – посетовал один из оперативников. Лена присмотрелась к нему и вспомнила: в прошлом году он тоже работал в составе следственной группы,