Нулевой пассажир - Олег Лесников

с вновь открывшимися обстоятельствами и так далее и тому подобное. Посольские прекрасно знают всю эту кухню. Они за пять минут такой запрос состряпают. Расследование инцидента египтяне ведут? Ведут. Можно подключить комиссию Росавиации к решению этого вопроса. Сами говорили, что целый министр транспорта в ее составе собирается прилететь. А он может напрямую и к нашему президенту обратиться, если уж на то пошло.

— Вот я слушаю тебя, Варава, и удивляюсь, как быстро и, главное, просто у тебя все получается. Ладно, посмотрю, что можно сделать. Но в одном ты прав, наших нужно вытаскивать. И аэродром этот нужно проверить качественно, как учили. А наш человек там точно не помешает. Арабы, если что, сам знаешь, вряд ли захотят выносить сор из избы. И добрая половина информации наверняка пройдет мимо нас.

— Вот и я о том же. А нам нужна полная картина. Тем более убийство Павла Фролова, угон самолета и похищение россиян, сдается мне, — звенья одной цепи. Уверен, эти два дела связаны между собой. И, как говорят в Следственном комитете, самое время объединить их в одно производство.

— Ты еще что-то нарыл? — быстро спросил Пал Палыч.

— Пока информации очень мало. Официалы полностью сосредоточили все усилия на «Боинге». Но работают они медленно. Даже самолет до сих пор полностью не отработали.

— Ладно. Давай, держи меня в курсе. И чтоб мне без фанатизма. Я перезвоню.

— Подождите. Еще один вопрос — что делать с девушкой?

— Свяжись со своим другом — начальником полиции. Пускай возьмет ее под свою опеку. Кстати, ты не знаешь, у них там действует Программа защиты свидетелей?

— Должна вроде…

— Вот и действуй. А то заладил: «Вроде»… — передразнил меня Татарский. — У тебя, Варава, всегда так…

* * *

Когда я вернулся в номер, Файза уже не спала. Она вышла мне навстречу нагая, с растрепанными, как всегда, волосами и еще теплая ото сна. Встала на цыпочки, закинула руки мне на плечи и нежно обняла. Я подхватил ее на руки, отнес в спальню и осторожно положил на кровать.

— Может, заказать в номер что-нибудь поесть? — спросил я девушку, невольно любуясь ее стройной и хрупкой фигуркой.

— Потом, — прошептала она и протянула ко мне руки: — Иди ко мне…

Потом мы долго лежали обнявшись. Я гладил ее стройные ноги, по-девичьи худые коленки, нежный пушок промежности, целовал маленькую, как у подростка, грудь и, украдкой глядя на красное пятно на скомканной простыне, мысленно прощался с ней.

— Файза, — наконец решился я сказать главное, — мне нужно будет ненадолго уехать.

Она прямо взвилась на кровати, крепко схватила меня за руки и буквально простонала:

— Я никуда тебя не отпущу!

— Файза, пойми, это очень важно. От этого зависит жизнь четырех человек.

— Я поеду с тобой!

— Со мной никак нельзя. Это очень опасно.

— Но здесь тоже опасно. А с тобой, я знаю, мне ничего не угрожает.

— Файза, милая моя, давай сейчас закажем что-нибудь в номер. Что ты будешь? Шампанское и пирожные? Или что-нибудь мясное? — попытался я направить разговор в другое русло.

— Я ничего не хочу, — отвернулась она к стене, и я по вздрагивающим плечам девушки понял, что она плачет. Я нежно поцеловал ее в затылок и снял трубку телефона:

— Девушка, — сказал я по-арабски, — можно заказать в номер бутылку полусладкого шампанского и пирожные? Да, и еще букет цветов, пожалуйста.

— Да, конечно, мистер. Через пять минут заказ будет у вас в номере. Вы оплатите сразу или записать на ваш номер?

— Запишите.

Через несколько минут в дверь постучали, и горничная вкатила в номер тележку с охлажденным в ведерке со льдом шампанским и большое блюдо с пирожными. Посередине стояла ваза с прелестным букетом.

— Файза, посмотри, какая красота. — Я взял девушку за плечи и развернул к себе. Аккуратно вытер салфеткой слезинки, все еще дрожащие в уголках глаз, и попросил: — Ну, улыбнись.

Девушка посмотрела на букет и улыбнулась.

— Вот и молодец, — сказал я и, открыв шампанское, разлил по бокалам: — Файза, я хочу выпить за тебя — самую прекрасную девушку на свете!

Потом мы выпили еще, блюдо с пирожными быстро опустело, и я увидел, как снова заблестели глаза Файзы. Не в силах более сопротивляться желанию, я схватил ее в охапку и повалил на кровать. Перевернул на живот и, приподняв за бедра, рывком поставил на колени. Она, повернув голову и откинув упавшую на лицо челку, испуганно посмотрела на меня через плечо. Я взял ее за ягодицы и нарочито грубо вошел в нее, резко, без подготовки, сразу почти на всю глубину, буквально насадив на себя. Она коротко вскрикнула от боли, напряглась, но я, не обращая внимания, продолжал ритмично двигаться, все глубже проникая внутрь ее лона. Она извивалась передо мной и стонала, шептала, что ей больно, но все равно двигалась навстречу, и я почувствовал, как ее горячая влага потекла по ногам, стремительно пропитывая под нами простыню. Судорога прошла по всему ее телу, и она, сильно вцепившись руками в простыни, громко застонала. Снова, всего на мгновение, обернулась ко мне, до крови закусив губу, потом вдруг обмякла и в изнеможении упала на подушки. Я осторожно вышел из нее и на этот раз уже нежно поцеловал в макушку. Обнял ее и еще раз с наслаждением вдохнул терпкий аромат ее волос. Она зашевелилась и перевернулась на спину, посмотрела на меня и прошептала:

— Пожалуйста, больше никогда не делай это со мной так грубо.

Я наклонился над ней, нежно провел пальцем по ее сухим губам:

— Я думал, тебе будет приятно.

— Мне было очень хорошо, но все равно так больше не надо.

— Договорились. Будешь кофе?

— Нет. Принеси лучше воды, — ответила она и села на кровати, опустив ноги на пол.

Я протянул руку, взял с тумбочки и подал ей бутылку минералки. Подождал, пока она утолит жажду, посмотрел украдкой на часы, решительно соскочил с постели и, глядя Файзе прямо в глаза, сказал:

— Сейчас мы поедем в полицейский участок, я тебя познакомлю с начальником полиции Шарма. Это мой друг. Его зовут Омар. Тебе оформят новые документы и поселят на конспиративной квартире. Ты будешь там в полной безопасности. Никакие киллеры тебя не найдут.

— И как долго я там буду жить? — спросила она, и я увидел, что девушка готова снова расплакаться.

— Пока я не вернусь и не заберу тебя, — соврал я.

Глава 7

Северный Синай

Мы выехали рано на рассвете. На двух грузовиках, окрашенных в песочный цвет,