Нулевой пассажир - Олег Лесников

— Добро. Информацию лови на почте.

* * *

В половине девятого вечера я уже подъезжал к зданию полиции. Омара я перехватил буквально в дверях. Он торопился на выезд. Быстро пожал мне руку и буквально на ходу сунул мне в руки тоненькую папочку. И уже будучи абсолютно не в силах скрывать, что очень торопится, прыгнул в полицейский джип, забросил работающую мигалку на крышу своего автомобиля и, развернувшись практически на месте на 360 градусов, на бешеной скорости умчался в неизвестном направлении. Я же зашел в первое попавшееся кафе и, заказав чашечку капучино, удобно расположился у окна и, предвкушая удовольствие, открыл папку. Однако меня ждал большой облом. Баллистическая экспертиза и акты вскрытия пока не были готовы. Но предположительно смерть антиквара наступила около десяти часов назад в результате огнестрельного ранения из девятимиллиметрового пистолета. Обыск квартиры и магазина на Наама-Бей ничего не дал. Правда, камеры видеонаблюдения зафиксировали неизвестного, заходившего к антиквару буквально за полчаса до меня, но программа распознавания лиц по изображению с камеры результатов не дала. В квартире были обнаружены отпечатки пальцев пяти человек — самого Амона, мои и еще трех неизвестных лиц, в картотеке отсутствующих. И это все, внутренне возмутился я. Даже о найденном телефоне ни слова. Ну, впрочем, этого и следовало ожидать, подумал я и проверил почту.

Дениска, как всегда, не подкачал. Держателем банковской карты, по которой вчера была совершена покупка в торговом центре Mall of Egypt, оказалась некая Файза Ахмед Мухаммед Абдала Абдельрахмен. Судя по первым буквам имени и фамилии, это и была разыскиваемая нами таинственная ФАМАА. Египтянка по происхождению, 23 года, не замужем. Постоянно проживает в Новом Каире. Здесь же была приложена фотография молодой женщины в традиционном для арабских стран хиджабе. По данным биллинга ее телефона, — я посмотрел на часы, — еще восемь часов назад она находилась в районе Хадаба-Умм-Сид, на улице Иль-Меркато, по сути, около дома антиквара. Часом позже ее телефон зафиксировали в аэропорту Шарм-эш-Шейха, где она, воспользовавшись картой, взяла напрокат машину. А час назад та же карточка засветилась в одном из дешевых хостелов Dahab Hostel в Дахабе. Вот теперь нужно было торопиться. Отсюда это около ста километров, прикинул я, так что сейчас самое время нанести визит нашей прекрасной незнакомке. Я расплатился за кофе, бросив на стол десять фунтов, и, выйдя на улицу, остановил такси.

Глава 6

Хостел, Dahab Hostel, Дахаб

— Добрый день, Айна, подскажите, пожалуйста, в каком номере проживает Файза Ахмед Мухаммед Абдала Абдельрахмен? — спросил я прелестную девушку на ресепшен, мазнув взглядом по ее бейджику, прикрепленному к белоснежной блузке, и одарив юное создание своей фирменной обезоруживающей улыбкой.

— Одну минуточку, — поспешно ответила она, — мне необходимо сначала связаться с нашей гостьей.

— Зачем нам такие формальности? — снова обворожительно улыбнулся я.

— Таковы правила, — вздохнула Айна.

— Ну если так, — развел я руками, — придется повиноваться. — Вы правы. Правилам нужно следовать. Всегда и везде, — назидательно проговорил я, соглашаясь, и, загородив спиной хищный глаз видеокамеры, положил на стойку десять долларов.

— Ваша девушка в десятом номере, мистер, — мгновенно отреагировала администратор, ловким отработанным движением смахнув со стойки купюру. — Это на втором этаже, лифт по коридору направо. — И добавила, кокетливо поведя плечиком: — Для европейца вы отлично говорите по-арабски.

— Спасибо. Но, смею заверить, — это не единственное мое достоинство. Возможно, у вас еще будет время в этом убедиться. Хотя вся моя добродетель меркнет по сравнению с вашей ослепительной красотой, — ответил я и быстрым шагом направился в указанном направлении.

Дверь мне открыла босая молодая особа с растрепанными волосами весьма приятной внешности. В ее огромных, подпухших от слез черных глазах плескался страх. Увидев незваного гостя, она просто застыла на пороге и молча смотрела на меня, кутаясь в пестрый восточный халатик.

— Файза, добрый вечер, — поздоровался я по-арабски, справедливо полагая, что родная речь несколько успокоит ее, — не бойтесь, я не причиню вам вреда. Мне просто нужно поговорить с вами и задать всего несколько вопросов.

— Проходите, — еле слышно прошептала она и, медленно повернувшись, прошла в комнату и остановилась у открытой настежь балконной двери.

Я сделал несколько шагов вперед и оказался рядом с ее неподвижно застывшей, как древнее изваяние фигурой, и огляделся. Неверный свет ночника, стоящего на низкой прикроватной тумбочке, позволял рассмотреть лишь часть стены, покрытой потрескавшейся, а местами давно облупившейся штукатуркой, фрагменты старой потертой мебели — неширокой кровати, колченогого стула и нелепо смотревшегося здесь массивного стола с поцарапанной столешницей. Уже совсем стемнело, за окном виднелись только темные горы, издали казавшиеся вырезанными из черного египетского обсидиана. Их вершины, подсвеченные закатившимся за горизонт солнцем, неровной линией выделялись на фоне блеклого багрянца вечернего неба. Я с наслаждением вдохнул теплый воздух, пропитанный ароматами пустыни, моря и каких-то пряных трав. Справа, вдалеке, темнел морской залив с рассыпанными по нему мерцающими огоньками стоявших на рейде рыбацких лодок, делающими его похожим на карту южного звездного неба.

— Вы хотели спросить о чем-то, — наконец повернулась она ко мне, — что же вы молчите?

— Меня зовут Артем, — представился я. — Файза, извините, мой вопрос, возможно, покажется вам бестактным, но я должен спросить. В каких отношениях вы были с Амоном Мустафой?

— Мы были просто хорошие друзья. Вместе учились. В Каирском университете в Гизе, на историческом факультете. — На глаза девушки снова навернулись слезы.

Я полуобнял ее за плечи и, развернув к себе, резко спросил:

— За что его убили?

Она отшатнулась от меня так резко, что я еле успел подставить ей стул, иначе она наверняка упала бы на пол. Девушка уронила голову на руки, скрещенные на столе, и затихла. Я не мешал ей. Сейчас меня больше интересовала темная тень, внезапно мелькнувшая у меня за спиной на балконе. Я сделал шаг в сторону и протянул руку к ночнику. Девушка подняла голову и удивленно посмотрела на меня. Я поднес указательный палец к губам, призывая к тишине, и взглядом показал на ночник. Она сразу поняла меня и щелкнула выключателем. Комната тотчас погрузилась в темноту. Не теряя ни секунды, я, молниеносным движением опрокинув тяжелый стол, буквально смел девушку со стула, подминая под себя и увлекая на пол. Не успели мы упасть, как раздались выстрелы. Первая автоматная очередь веером прошла у нас над головой, ударила в стену, вырвав целый кусок штукатурки. Вторая, совсем короткая, — почти в упор, с противным визгом застряла в массивной столешнице. И на мгновение настала звенящая тишина. Прикрывая девушку своим телом,