Последняя песнь бабочки - Иван Иванович Любенко

— Понимаю, — кивнул Ардашев. — Но он теперь нам не нужен.

— То есть как?

— Свидетельница обозналась насчёт музыканта. Но там, на приёме у Юрьевской, она увидела того самого кавалера баронессы, которого заметила с ней в сквере Карно в день убийства. Она просто спутала его с тапёром. На журфиксе он сопровождал уже далеко не молодую, но, безусловно, очень богатую женщину. Судя по всему, он альфонс. Аделин Морель узнала его. Оказалось, что у них тоже когда-то был роман. Она выкупила его долги, спасла от тюрьмы, а он, украв чек на десять тысяч франков, сбежал. Покойница не сдержалась и там, прямо в присутствии гостей, устроила громкую сцену. В результате спутница жиголо разрыдалась и скрылась. Он ринулся за ней. Ну и зачинщица ссоры тоже ретировалась. К сожалению, я не смог проследить за этим типом.

— Жаль, — покачал головой полицейский, глядя на доктора, проводящего осмотр. — Если бы я знал его адрес, то смог бы допросить его.

— Во всяком случае, инспектор, вам ничто не мешает связаться с русской княгиней. Уверен, она приглашала не его, а его даму. Наверняка они живут в одном отеле или на вилле.

— И то верно. — Бертран почесал нос и спросил: — По-вашему, он и убил эту парижанку, чтобы отомстить ей?

— Возможно.

— А может, он хотел её ограбить?

— Этого нельзя исключать.

Ардашев вынул из кармана серьги и подвеску мадам Морель и протянул сыщику.

— Что это? — сдвинул брови Бертран.

— Эти драгоценности принадлежат покойной.

— Откуда они у вас?

— Я нашёл их только что под окном этого номера.

— Неужто он их обронил?

— Похоже на то.

— А вы уверены, что их носила жертва?

— Вчера она была в них. Кстати, там у парапета полно следов преступника. Вы можете их сфотографировать и снять гипсовые слепки. Судя по ним, он среднего роста.

— Надобно осмотреть комнату. Возможно, пропали и деньги.

— Многие хранят ценности в большом сейфе с выдвижными ящиками у портье. Советую вам и там покопаться.

— Да, конечно, — сунув драгоценности в карман сюртука, инспектор добавил: — В таком случае мне придётся оставить место преступления и срочно пообщаться с русской княгиней. Если этот сердцеед ещё в Ницце, то ему придётся либо предъявить алиби, либо дышать тюремным воздухом. Стало быть, надобно немедленно вызывать судебного следователя. Пусть он и составляет, и подписывает протокол осмотра места происшествия по всей форме.

Потянуло жжёным магнием. Фотограф начал снимать с разных ракурсов.

— Прошу вас обратить внимание на орудие убийства и способ, — предупредил Ардашев. — Я думаю, шёлковый чулок опять тут ни при чём. Кстати, у неё чулки точно такого же цвета. Скорее всего, он затянул на её шее лигатуру.

— А вот это мы сейчас и выясним. — Бертран повернулся к судебному медику и спросил: — Месье Герен, эту красотку задушили чулком или нет?

— Думаю, нет. В области гортани имеется две горизонтальные параллельные борозды. Первая, более глубокая, что говорит о сильном сдавливании тонким острым предметом, а вторая — более широкая и поверхностная — соответствует давлению самой ткани. Обе борозды ориентированы горизонтально. Очень похоже на то, как была убита австрийская баронесса. В тот раз я сперва немного ошибся, но вы подсказали. Да, в данном случае мы видим то же самое, — проговорил врач.

— А время смерти возможно определить? — спросил сыщик.

— Примерно часов двенадцать-семнадцать назад.

— Стало быть, он убил её вчера поздно вечером, когда она допила вино, — задумчиво выговорил дипломат.

— Да, вы правы, — согласился инспектор. — Бутылка пустая.

Смерив Клима оценивающим взглядом, врач осведомился:

— А что здесь делает этот господин?

— Это месье Ардашев. Он как раз и заметил вашу оплошность с предыдущим заключением.

— Что? Вы показывали материалы уголовного дела постороннему? — надув щёки, возмутился врач.

— Это уж позвольте мне решать, месье Герен, кому что показывать. Дознание — по моей части. Однако вы правы. — Бертран глянул на Клима и развёл руками: — Месье Ардашев, вам не следует здесь находиться. Ничего не поделаешь, таковы правила.

— Хорошо, но прежде я хотел бы вам кое-что показать. Давайте выйдем в коридор.

Полицейский кивнул и покинул номер. Клим подозвал горничную и попросил:

— Принесите-ка мне вчерашнюю коробку английского чая с бражником.

— Да, месье, — кивнула та и ушла.

— О каком чае речь? — удивился сыщик.

— Минуту терпения, господин инспектор.

— Мне надо торопиться…

Бертран не успел договорить, как перед ним возникла служанка. Она протянула жестяную коробку Климу:

— Прошу, месье.

Дипломат открыл её и, показав полицейскому содержимое, принялся пояснять:

— Видите? Внутри сидит бабочка. Она уже начинает просыпаться, шевелит крылышками. Это мёртвая голова. Ей дали такое название из-за рисунка на спинке, напоминающего человеческий череп. Она принадлежит к семейству бражников. Именно такую спящую красавицу убийца и оставил на спинке скамейки, где сидела баронесса фон Штайнер. Помните?

— Допустим, и что?

— Это двукрылое существо носилось по комнате госпожи Морель со страшным писком ещё вчера утром. Она испугалась и закричала. Мне пришлось прийти ей на помощь. Я изловил эту незваную гостью и посадил в коробку. Вот, она уже почти очнулась.

— Простите, месье Ардашев, но мне нужно поймать опасного преступника, возможно, известного русской княгине. Я не могу выслушивать ваши наивные истории о насекомых, пусть и таких необычных.

— Дело в том, инспектор, что мёртвая голова не водится в Ницце. Это африканская жительница. Только в мае тучи бражников мигрируют в Европу. А сейчас — март. Она не может здесь появиться естественным способом. Но если заранее, например осенью, взять куколку этой бабочки, положить её в такую же жестянку с влажным мхом и опустить в погреб, а потом достать и внести в тёплую комнату, то она очень скоро превратится в живую бабочку. Но и её, бодрствующую, если вновь упечь в ту же ёмкость и опять опустить в холодный подвал, она заснёт на некоторое время. Именно так и поступил убийца баронессы, оставив бражника на скамейке. Это и объясняет то, что насекомое ещё не полностью проснулось и не улетело, когда фотограф зажёг магний. Об этом говорят его крылья на снимке. Помните? Они сложены домиком. Это значит, что бабочка ещё не полностью пришла в себя.

— Я понял, — сощурился сыщик и расправил усы. — Вы хотите сказать, что и эта бестия, которая бьётся в чайной коробке, тоже была выведена из куколки и потом запущена в комнату тогда ещё живой мадам Морель?

— Совершенно верно! Убийца потешается над нами, оставляя жертв наедине с мёртвой головой, которая у итальянских и французских крестьян считается предвестником смерти.

Неожиданно узница, выпорхнув из коробки, полетела по коридору с