Люди за спиной. Том 1 - Александра Маринина

процесс опознания женщины с фотографии был запущен. Доценко поблагодарил участливую консьержку, пообещал зайти через пару часов, чтобы узнать результаты, на всякий случай оставил свой номер телефона и отправился в следующий подъезд. Чат чатом, но вдруг кто-то узнает Людмилу прямо сейчас? И расскажет о ней что-нибудь интересное.

Но на этом везение закончилось. Телевизоры стояли у всех консьержек, и ни одна из них Людмилу не вспомнила.

– А что у тебя? – спросил Доценко.

– Дельный дом, – стал рассказывать Гена, – здесь можно жить, не отходя от кассы, как говорится. Точки, где с клиентами работают мигранты, я отсек, по остальным готов отчитаться. Мигранты часто меняются, людей не запоминают.

Самым перспективным казался магазин «Магнит», но именно там на кассах работали девушки из дружественных стран.

– Жаль, – посетовал Гена. – Уж если есть место, куда сто пудов ходят жильцы дома, так это «Магнит», причем ходят постоянно. Вообще молодняк я в расчет не брал для первоочередной работы, парни и девчонки думают о прекрасном, – он ехидно засмеялся, – а не разглядывают клиентов, тем более таких, которым, по их мнению, уже на кладбище пора. По моему опыту, они могут запомнить только тех, кто с ними разговаривает, и то не всегда. А уж те, кто молча оплатил и забрал товар, вообще мимо внимания проходят. Судя по рассказам Шебалина, Людмила эта не похожа на разговорчивую клиентку.

– Прав, – согласился Доценко. – Молодых оставим на самый конец, если будет нужно.

– В пункте выдачи тоже молодняк, – принялся перечислять Геннадий, – в кофейне парень лет двадцати и две девочки, в салоне красоты есть возрастная тетка, парикмахер. Я бы с нее начал. И в химчистке подходящая женщина. Но парикмахер, на мой взгляд, лучше. В химчистке что? Пришел, вещи сдал, ушел, вещи получил, ушел. Вот и вся песня. А в кресле у парикмахера сидишь как минимум час, если с окраской – то часа три, наговоришься вдоволь. Парикмахеры про своих клиентов уйму всего знают.

– Химчистка, салон, – повторил Доценко, запоминая. – Что еще?

– Еще на двух бабулек нацелился, они сидели у подъезда, когда мы с тобой приехали, и до сих пор сидят. Со всеми, кто мимо проходит, здороваются, со многими разговаривают. А сами так и стреляют глазками по сторонам. Местное информбюро. И еще одна мадам шпица выгуливает. Мы приехали – выгуливала, и сейчас тоже. Миш, я сам собачник, у меня пес покрупнее шпица, но даже ему сорока минут достаточно. А эта, – он оглянулся и толкнул Михаила в бок, – вон, гляди, так и ходит. Два часа, Миш! И это еще неизвестно сколько она гуляла до нашего приезда. Я б с тоски помер – столько времени ходить без цели.

– И какие выводы?

– Я посмотрел, у нее наушников нет, ничего не слушает. Значит, она разговаривает с соседями. С бабками на лавочках, с теми, кто навстречу идет, в общем, со всеми подряд. Профессиональная сплетница, все про всех знает, всем косточки перемывает. Давай я к ней подойду, она явно любитель языком почесать.

– Давай, – согласился Доценко. – А я возьму мастерицу из салона.

Удача – дама легкомысленная и непостоянная, может долго отворачиваться от тебя и делать вид, что тебя не замечает, а потом внезапно обращает свой ясный взор и освещает именно то место, которое еще минуту назад выглядело непроходимой трясиной.

В салоне красоты нужная Михаилу мастерица была занята, стригла стильную пожилую даму с ослепительно белой сединой и оживленно болтала со своей клиенткой. Администратор любезно улыбалась, но ничем помочь не могла: нужно ждать, когда мастер закончит с клиентом, и только после этого… может быть… но это не точно. Доценко включил обаяние и принялся болтать с администратором, втюхивая ей все ту же легенду про женщину из театра.

– Вот я и подумал, что если она живет в этом доме, то, скорее всего, пользуется услугами вашего салона. Взгляните, пожалуйста, на фотографию.

Девушка отрицательно покачала головой.

– Нет, не знаю. Но я здесь совсем недавно работаю, меньше месяца.

Звякнул телефон, пришло сообщение от Гены: «Облом. Она болеет, врач велел каждый день медленно ходить как минимум два часа. Сердце. Три месяца. Общительная, но плохое зрение».

Обидно. Версия была красивая, Гена молодец. Ладно, будем надеяться на успех у парикмахера.

– А косметологи у вас есть? – спросил Доценко у администратора.

– Обязательно. И мастер по маникюру. Хотите у них спросить? На маникюре сейчас клиентка, а косметолог свободна.

Вот! Кто, кроме парикмахера, хорошо знает лицо клиента? Конечно косметолог! И как он сразу-то не додумался! И вообще, чего он уперся в эту возрастную мастерицу? Если Людмила и ходила в этот салон, но совершенно не факт, что именно к ней. Другое дело, что с молодыми парикмахерами Людмила вряд ли стала бы откровенничать, а с этим мастером наверняка разговаривала.

Косметолог – дама в возрасте «немного за сорок» – пила чай в маленьком душном закутке. «Почему Гена ее не отметил? – недовольно подумал Доценко. – Должен был. Все понятно, он не заходил внутрь, смотрел с улицы через окно. Парикмахеров видно, а косметолог и маникюр – в отдельных помещениях. Прокол». Увидев фотографию Людмилы, женщина сразу кивнула.

– Да, она ходила к нам. Стрижка, окраска, маникюр, лицо. Всегда в один день, одним разом, по полдня здесь проводила. Но что-то давненько я ее не видела.

– Давненько – это сколько?

– Ну… – косметолог пожала плечами, – где-то с полгода примерно. Она приходила в середине декабря, хотела записаться, как обычно, на все сразу одним днем, но перед Новым годом у нас была полная запись, все же хотят быть красивыми к празднику. Так что она попала к нам уже после каникул. Пожалуй, после этого ее и не было. Хотя, возможно, она приходила не в мою смену.

– У вас нет идей, как бы мне ее разыскать? – жалобно спросил Доценко. – Может быть, она говорила вам, в каком подъезде живет? Или называла свою фамилию?

– Фамилию? – Косметолог воззрилась на него так, словно он ляпнул несусветную чушь. – Вы видели где-нибудь салон красоты, где спрашивают фамилию? Мы и имя-то спрашиваем только для предварительной записи. Конечно, у каждого мастера есть свои постоянные клиенты, с ними отношения поближе, тут и фамилию можно сказать, и даже адрес и место работы. Но эта дама, – она кивком указала на телефон Михаила, – записывалась не ко мне, а на удобный для себя день. Кто работает – тот и работает, ей было все равно. Так что извините, ничего интересного я о вашей знакомой не расскажу. Это в кресле у парикмахера можно поболтать, а косметические процедуры к