Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

Старуха стояла, застыв, как восковая кукла, позволяя ветру терзать седые пряди.

…превращая жертву в живого мертвеца.

Го Сяофэнь пробрало до мурашек.

Ряды охраны у здания, наконец, начали сдавать: пусть перед ними были старики, но, собравшись вместе, они обрели немалую силу. Неожиданно из здания выскочило еще семь-восемь охранников во главе с громилой, державшим черную резиновую дубинку, которой он замахнулся прямо на головы стариков. Хотя это был лишь жест устрашения, звериная ярость подействовала – многие пенсионеры вздрогнули и попятились назад.

В толпе у одного старика подкосились ноги, он осел на землю и, разинув рот, зарыдал.

Внезапно со стороны улицы с воем вылетел старый полицейский «Пассат», взмыл на тротуар и рванул прямо на громилу! Тот шарахнулся назад, но машина, как взбесившийся бык, прижала его к стене. Отступать было некуда, охранник зажмурился.

С жутким визгом машина замерла в полсантиметра от коленей охранника. Еще бы чуть-чуть – и раздробило бы ноги.

Все – и охранники, и старики – застыли, потрясенные этой сценой. Прижатый к стене шипел от страха.

Дверца «Пассата» распахнулась, и из машины вывалился приземистый и тучный водитель, глянул на охранника и расхохотался так, что его кривой рот растянулся едва ли не до уха.

– М-ма… начальник Ма… – выдавил охранник с натужной улыбкой. – Ну напугали! Я аж это… чуть кони не двинул.

– Будет уроком! – оскалился водитель, начальник полицейского участка по имени Ма Сяочжун. – Эти старики куда старше твоих родителей, как у тебя вообще рука поднялась?! А вы. – Он ткнул пальцем в остальных охранников. – Живо к стене! В одну линию! Быстро! Дубинки на землю!

Охранники сразу побросали дубинки и покорно прижались к стене, все как один опустив глаза, никто не посмел сказать и слова. Слишком уж хорошо они знали знаменитого Ма Сяочжуна! Этот человек долго был простым рядовым полицейским и, хотя работал лихо, на победу добра в поединке со злом не полагался, а всегда действовал по принципу: «ты подлый – я подлее, ты злой – я злее» – и с негодяями расправлялся самыми скверными уловками. Заслуг он накопил немало, но взысканий – еще больше, и потому к тридцати годам не достиг значимых карьерных высот. Позже неведомо каким образом завязал тесную дружбу с заместителем секретаря городского политико-юридического комитета[27] Ли Саньдо и только после этого оказался в кресле начальника полицейского участка.

В толпе один старик узнал его, подскочил, схватил за рукав и, размазывая слезы с соплями по лицу, запричитал:

– Начальник Ма, вы должны помочь! Эта чертова компания нас всех погубила!

– Не торопитесь, по порядку. – Хотя Ма Сяочжун и был раздражен, старику отвечал любезно. – Ну, отец, как же они вас погубили?

Увидев эту сцену, к ним сразу подтянулось еще несколько пожилых людей, в руках у них были коробочки от зеркала пяти элементов.

– Вы только посмотрите, то самое зеркало! Компания «Цзяньи» день и ночь крутит рекламу по телевизору, что, мол, и гипертонию, и диабет, и чего только не лечит, если верить их россказням! Мы-то старики – у кого нет болячек? А в больницу идти страшно, вот и купили! Аж пять тысяч юаней за штуку! У нас пенсии мизерные, привыкли экономить на всем, а тут сразу такие деньги выложить – сердце кровью обливается… Каждый день светили на себя, и что? Ни грамма пользы! Только ломали голову, в чем дело, и тут статья: шесть человек в одной комнате нашли погибшими, а рядом это зеркало! Ну разве не надувательство?! Пошли требовать возврата, а они нас из офиса пинками гнали, еще и дубинками махали…

– Да я ж видел, – нахмурился Ма Сяочжун, – они так, хотели попугать. Вас-то, отец, не задели?

В этот момент дверь полицейского «Пассата» открылась, и с пассажирского сиденья поднялся красивый молодой мужчина, подошел к толпе и мягко обратился к старикам:

– Дядюшки, тетушки, вы говорите о «Деле о массовом убийстве 24 октября». Наши органы ведут расследование, причина смерти пока уточняется. Насчет того, опасно ли для здоровья зеркало пяти элементов, могу сказать только, что сейчас идет официальная экспертиза, заключения пока нет…

– Полиция заодно с компанией «Цзяньи»! Вместе дурят простой народ! – вдруг из толпы злобно выкрикнул чей-то голос. – Вперед! Давайте вломимся в здание и разнесем к чертям!

Молодой полицейский окинул взглядом толпу и сразу вычислил зачинщика: мужчина лет за сорок с вытянутой желтой физиономией юлил между стариками, подзуживал.

Толпа начала продвигаться.

Правая рука рванулась вперед, ладонь обрушилась железным молотом!

Все замерли.

Это был тот самый молодой полицейский. Он строго сказал:

– Как только выйдут официальные результаты экспертизы, мы сразу объявим их через СМИ. Если подтвердится, что зеркало пяти элементов правда вредит здоровью, компания «Цзяньи» непременно выплатит положенные компенсации в соответствии с законом. Но сейчас, прошу вас, разойдитесь. Иначе если вдруг кто-то упадет или ушибется, счета за лечение выйдут огромные.

Слова попали прямо в цель. Нехотя старики стали расходиться.

Взгляд молодого полицейского заметался: газетный киоск, угол дома, улица, густая зелень по обочинам – зачинщика уже след простыл. Кто он? Тот мужчина, очевидно, моложе остальных, в руках не было коробки с зеркалом, он пришел один, не сопровождал родителей… Так зачем же подстрекал этих стариков на штурм компании «Цзяньи»?

В этот момент подошел Ма Сяочжун и слегка подтолкнул его локтем.

– Начальник Чу, пойдем, делом займемся.

В последние два дня Чу Тяньин организовал повторный осмотр места преступления в гостинице «Хупаньлоу», но новых улик так и не нашлось.

Он запросил у заместителя директора управления провинции разрешение выехать в штаб-квартиру «Цзяньи» для выяснения данных о шести погибших; получив разрешение, он отправился в Пекин, который находится в нескольких часах езды. По правилам территориального разделения расследованием должен был заниматься полицейский участок района, где находится здание компании «Цзяньи»; Чу Тяньин обратился к одному из своих сокурсников, который работал в полиции на руководящей должности, а тот уже позвонил Ма Сяочжуну и сказал: «Офис компании “Цзяньи” в твоем районе, я занят, съезди с начальником Чу». Ма Сяочжун согласился без колебаний. Когда эти двое уже выходили из здания, их догнала сотрудница полиции, сунула Чу Тяньину несколько листов и, не сказав ни слова, умчалась.

Попутчик тут же поддел его:

– Ничего себе, уже любовное письмецо подкинули?

Чу Тяньин лишь зыркнул на него и опустил голову – перед ним был факс с судебно-медицинским заключением о причинах смерти шестерых человек: