Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

Чу Тяньин вывел в блокноте «Хуан Кэцян», жирно провел под именем две линии и подняла голову.

– Вместе с Мэн Цзяньи погибло еще пять человек. Не могли бы вы рассказать нам о них?

Мэн Канъи указал на таблицу, которую Чу Тяньин только что положил на журнальный столик:

– Тогда я пойду по порядку, как в этой таблице. Ли Цзялян – бывший актер, после выхода на пенсию мы пригласили его для создания благоприятного имиджа компании, он часто снимался в наших рекламных роликах. Его супруга умерла два года назад, детей не было, жил один. Тун Дали – руководительница отдела планирования, раньше была врачом, в компании отвечала за разработку маркетинговых стратегий и организацию общественных мероприятий. Цзяо Янь – секретарь моего старшего брата, Гун Цзин – руководитель административно-хозяйственного отдела. Эти двое, так сказать, правая и левая руки брата. Еще Мэн Жуху – наш дальний родственник, раньше занимался саньда в сборной, даже получал награды, брат нанял его телохранителем.

– А как складывались взаимоотношения сотрудников? Особенно с Мэн Цзяньи. Бывали конфликты? – задавал вопросы Чу Тяньин.

– Нет! – без колебаний ответил Мэн Канъи. – Корпоративная культура нашей компании основывается на сплоченности и взаимном уважении. Руководители и сотрудники – как одна семья.

– Думаю, вы уже слышали, что Мэн Цзяньи и другие были найдены в комнате с запертой дверью и закрытыми окнами, внутри лежало зеркало пяти элементов. СМИ трубят, что жертвы погибли от излучения этого зеркала. Что вы на это скажете?

– Вздор! – Мэн Канъи вспыхнул. – Я подам в суд на клеветников! Зеркало пяти элементов абсолютно безопасно! Брата и остальных убил кто-то посторонний!

Чу Тяньин покачал головой.

– Я могу точно сказать, что на телах Мэн Цзяньи, Тун Дали, Цзяо Янь и Гун Цзина отсутствуют внешние повреждения.

– Неужели… неужели это отравление? – Глаза Мэн Канъи расширились.

– Результаты судебно-медицинского вскрытия уже готовы. – Чу Тяньин говорил спокойно. – В организмах жертв не обнаружено никаких ядов.

В глазах Мэн Канъи мелькнул настоящий ужас:

– Тогда… тогда как же они… Постойте! Я понял! Это наверняка та девушка, что ездила с ними в Хулинцзы! Конечно, она каким-то хитроумным способом убила их!

С грохотом распахнулась дверь. В проеме стоял рослый парень, с легкой щетиной на лице, придававшей ему свирепый вид. Он с порога заявил:

– Не смей оговаривать честного человека!

За его спиной обреченно маячила Ван Хуэй. Взглядом она дала понять Мэн Канъи: «Я пыталась его остановить, но не смогла».

– Я оговариваю? – холодно процедил Мэн Канъи. – Да это ты впустил хищника в дом…

– Хищник – ты! – Парень указал на мужчину и сорвался на крик. – Только и мечтаешь, как бы забраться в кресло президента компании! Думаешь, я не знаю? Моего отца и остальных погубил именно ты! Запомни: отца больше нет, но компания по-прежнему называется «Цзяньи», а не «Канъи», и место президента тебе не светит!

– Временно управление компанией возложено на меня – таково решение совета директоров, и не тебе его оспаривать! – усмехнулся Мэн Канъи. – И потом, несколько дней назад ты сцепился с отцом, чуть не довел его до сердечного приступа. Что скажешь на это? А теперь вспомни: ты тоже собирался ехать в Хулинцзы, и ту девушку именно ты решил потащить с собой. В итоге, племянничек, сам не поехал, а выжила только твоя знакомая. Что же за совпадение такое, а?

– Ты! Да как ты смеешь! – Парень задрожал от ярости, стиснул зубы. – Мы еще посмотрим! – И, резко повернувшись, вылетел вон; шаги в коридоре загрохотали, будто били в барабан.

Мэн Канъи злобно выругался, потом заметил взгляды Чу Тяньина и Ма Сяочжуна и, тяжело вздохнув, пояснил:

– Это Мэн Чун, мой племянник. Избалованный, глупый, не берите в голову…

Чу Тяньин спросил:

– Та девушка, о которой вы только что говорили, – единственная выжившая в деле. Это Мэн Чун уговорил ее поехать?

– Мальчишка, когда был в Японии, спас ей жизнь и влюбился. С тех пор не отставал ни на шаг, хотел добиться ее расположения. Девушка не сдавалась, а он только сильнее загорался, как одержимый. В эту поездку в Хулинцзы брат собирался взять сына с собой, а он пригласил ту девушку. Она неожиданно согласилась, а сам Мэн Чун в последний момент не поехал…

– И что же ему помешало? – уточнил Чу Тяньин.

– Этого… я точно не знаю. – Во взгляде Мэн Канъи скользнула хитрая тень.

Чу Тяньин поднялся.

– Пожалуй, на сегодня хватит. Если появятся новые вопросы, мы к вам вернемся.

Дверцы лифта сомкнулись, и кабина беззвучно пошла вниз.

– Да тут странностей хоть отбавляй, – усмехнулся Ма Сяочжун. – Этот Мэн Канъи, с одной стороны, твердит, что он всего лишь бездельник, временно исполняющий обязанности, а с другой – знает все про дела компании, да еще и каждую фразу так выстраивает, чтобы перевести наши подозрения на племянника.

– Тот еще хитрец, – согласился Чу Тяньин. – Ты заметил, что, когда я задавал ему разные вопросы, он отвечал, явно взвешивая каждое слово, однако стоило спросить, не было ли у его брата конфликтов с погибшими подчиненными, он сразу выпалил ответ? Такая неестественная поспешность может означать лишь одно – между его братом и другими погибшими было что-то такое, о чем он предпочел бы молчать. В закромах у Мэн Канъи точно темных тайн хватает, просто сегодня нам не удалось раскопать. Пойдем-ка поищем Мэн Чуна. Думаю, этот энергичный парень может поведать немало интересного о компании.

На первом этаже Чу Тяньин подошел к ресепшену и спросил у сотрудницы, на каком этаже кабинет Мэн Чуна, на что получил ответ:

– Мэн Чун только что уехал на машине, у него в компании нет ни должности, ни кабинета…

– Ах вот как? А чем он вообще занимается? – уточнил Чу Тяньин.

– Он не работает, – ответила сотрудница, – Мэн Чун любит развлекаться. Господин Мэн – покойный директор – просто давал ему деньги, чтобы тот веселился вдоволь.

– А у Мэн Цзяньи были еще дети?

– Только сын.

Полицейские вышли из здания и в слепящем солнечном свете успели заметить лишь заднюю часть кузова черного «Порше», после чего автомобиль скрылся за углом.

Ма Сяочжун прищурился.

– Да тут между отцом и сыном трещина будь здоров. Такой огромный бизнес, а сына и близко не подпускают.

Они дошли до «Пассата» и уже собирались сесть в машину, как вдруг за спиной раздались торопливые шаги.

Обернувшись, они увидели бегущих в их сторону мужчину и женщину. Чу Тяньин их не знал, но Ма Сяочжун расплылся в широченной улыбке и, раскрыв руки, кинулся к девушке со словами:

– Сяо