Посмотри в ее глаза - Людмила Мартова

– Гарантирую! – вскинула голову Вера. – Сначала мы целовались, а потом я кормила его омлетом с помидорами. Он очень любит мой омлет. Я его кормила, и мы разговаривали.

– О чем?

Лицо Веры осветилось ясной улыбкой.

– Обо всем на свете. С Сашей можно разговаривать часами. Он удивительный человек и прекрасный собеседник. И очень внимательный. Ему все интересно.

– По-моему, речь идет о каком-то другом Александре Волине. Этого я не знаю, – поделилась Женя с тяжелым вздохом. – Ладно, разберемся. Поеду я в ИВС к этому прекрасному и внимательному собеседнику. Послушаю, что он мне скажет.

* * *

Катя брела по поселку в каком-то странном смятении чувств. Казалось бы, известие о чужой супружеской неверности никак не могло ее беспокоить, но в груди набухло комом какое-то неприятное чувство, от которого она никак не могла избавиться. С новостью, что Александр Волин крутит роман с рыжеволосой Верой, было что-то не так. И Катя, обладающая системным подходом к жизни, старательно пыталась сформулировать, что именно.

Первой нестыковкой являлось то, что в доме Веры и по ее приглашению живет эколог-волонтер из Питера Тимофей Бортников. Молодой человек сам сказал, что они с Верой давно знакомы и разбираться с экологической катастрофой на Черном озере он приехал по ее просьбе. Из этого Катя сделала вывод, что Тимофей и Вера, как это было принято говорить раньше, пара.

И вот теперь выясняется, что девушка встречается с Волиным и, что сразу видно, сильно в него влюблена. Не может же у нее быть романа с двумя мужчинами одновременно. Или может? Погруженная в раздумье, Катя даже не заметила, как дошла до берега реки, и остановилась, пораженная открывшейся ей красотой.

Из той точки, где она стояла, виднелась излучина, в честь которой когда-то и получил свое название поселок. Река делала здесь крутой поворот, ее русло изгибалось, поворачивалось под углом градусов в шестьдесят, не меньше, терялось за украшающими пологий склон разросшимися кустами ивы.

Как и положено любой равнинной реке, вогнутый берег излучины, расположенный на этой стороне, был, что называется, отмелым. На нем располагался поселковый пляж, до которого от силы минуты три ходу. Пляж был устлан мелким, очень белым и очень чистым песком. Кристина вчера рассказывала Кате, что этот песок завозили сюда баржами в конце шестидесятых годов прошлого века, вскоре после того, как поселок застроили первыми домами. А в начале двухтысячных песок очистили и добавили уже новые жители второй части поселка, прирастающей комфортабельными коттеджами.

В общем, пляж тут всем на зависть, вот только попасть на него чужие не могли, въезд перегораживал шлагбаум. Правда, жители окрестных деревень могли прийти сюда пешком. Да и горожане тоже частенько бросали свои машины на въезде в поселок, чтобы понежиться на мягком песочке и искупаться в чистой воде.

Да. Искупаться надо, а то так и лето кончится. Катя гостила в Излуках уже три дня, а на пляж пришла впервые, да и то без купальника. Глядя на реку, она понимала, что это непростительная ошибка, которую срочно нужно исправить. Она бросила взгляд на противоположный, крутой берег, тоже очень живописный. Да, красивые здесь места, очень красивые. Интересно, а где та заводь с кувшинками, которую нарисовал Василь? Или правильнее говорить «написал»? Филолог Ильинская придавала очень большое значение словам.

Она повернулась, чтобы сбегать за купальником, и с размаху уткнулась в широкую грудь стоящего за ней мужчины, подошедшего так неслышно, что она и не заметила, ойкнула с испугу, дернулась, чуть не упала. Тимофей Бортников, а это был он, подхватил ее, не дав свалиться.

– Осторожнее.

– Вы что меня пугаете? – напустилась на него Катя. – Разве можно так подкрадываться?

– Да я не подкрадывался, – начал оправдываться он, – просто подошел. Вы сильно задумались. Интересно, о чем?

– Тимофей, вы знали, что у Веры роман с Александром Волиным? – бухнула Катя именно то, что сейчас почему-то волновало ее больше всего.

Конечно, это было не очень прилично, но почему-то важно. Когда речь идет о пропаже восьмилетнего ребенка, не до приличий. А Катя была уверена, что Тимофей Бортников имеет к этому какое-то отношение.

– Понятия не имел, – без доли удивления, смущения или недовольства ответил эколог. – Вера – взрослая женщина, которая имеет право на любые отношения с мужчинами. И отчитываться передо мной не обязана.

– Но разве вы не вместе?

Боже, куда ее несет? Да мама бы со стыда сгорела, что ее дочь задает такие вопросы постороннему человеку.

– Мы? Вместе? Нет! С чего вы это вообще взяли? – чуть ошарашенно спросил Тимофей.

– Но вы сами сказали, что приехали по приглашению Веры и остановились в ее доме.

– А вы приехали по приглашению своей тети Татьяны Михайловны и остановились в доме ее сына Александра. Разве это означает, что у вас с ним роман?

– Вы что, ненормальный? – От возмущения Катя утратила свою хваленую воспитанность. – Саша – мой брат, и он женат.

– А мы с Верой – просто друзья. Точнее, даже не друзья, а коллеги, у которых сложились хорошие деловые отношения. Мы пересекались на многих экологических фестивалях и в экспедициях, так что, когда на Черном озере произошла беда, разумеется, Вера сразу мне об этом сообщила. А позднее, когда выяснилось, что местные власти не очень-то стремятся установить истинные причины катастрофы, она попросила меня приехать сюда, чтобы хотя бы попытаться понять, что именно здесь случилось. А то, что я остановился в ее доме, – так в Излуках отелей нет. Конечно, был вариант поселиться в городе, а сюда приезжать каждое утро, но это неудобно и нелогично, потому что Вера живет одна, и в отдельной комнате мое присутствие никому не мешает. Я ответил на ваш вопрос?

– А Волин? – уточнила Катя. Отношения между Бортниковым и Верой ее совершенно не интересовали, в отличие от романа экоактивистки с отцом Кристины, парящемся сейчас в ИВС. – Александр Волин? Он при вас приезжал?

– Приезжал, и не раз, – пожал плечами Тимофей. – Иногда я возвращался с озера и заставал его в доме. Иногда он приезжал, а я уходил. Мы познакомились, пару раз даже пили вместе чай.

То есть Вера не лгала, и Александр Волин действительно регулярно наезжал к рыжеволосой волонтерке в Излуки. Приезжал, несмотря на новую жену, успевшую подарить ему сына и, кажется, сейчас снова беременную. Это Кате успела поведать болтушка Татьяна Михайловна уже после того, как Женя уехала к Волину в изолятор временного содержания.

– И вас не смущает, что ваша подруга встречается с женатым человеком? – печально спросила Катя. – Это же мерзость. И подлость. Невозможно построить