Посмотри в ее глаза - Людмила Мартова

class="p1">– Не можем, – согласился Бортников. – Поэтому предлагаю начать с самого простого. Проникнуть к вашему соседу на участок и внимательно все осмотреть. Если он похитил ребенка, то должны же остаться какие-то следы.

Интересно, какие следы могут указывать на то, что в доме держали похищенную Лизу? Ее игрушка осталась в канаве, больше из дома ничего не пропало. Только одежда, в которой была девочка. Марианна сказала, что нет спортивного велюрового костюмчика и белой футболки. Девочка в машине, кажется, была в платьице. Хотя это неточно. Надо признать, что одежду Катя точно не рассмотрела.

– И что вы рассчитываете найти? – со скепсисом в голосе спросила она.

– Понятия не имею, – Тимофей «фирменно» пожал плечами. – Может быть, ничего. Может быть, что-то важное. Глядишь, найдем какое-нибудь приемлемое решение.

– А как мы попадем на участок? Ворота же заперты.

– Так же, как преступник попал на участок Марковых, – перелезем через забор.

Катя с сомнением посмотрела на высоченную металлическую ограду с обеих сторон ворот. Он правильно понял ее взгляд.

– Сбоку. Там забор значительно ниже и представляет собой просто сетку-рабицу, причем довольно крупноячеистую. Поставить ногу можно.

Катя попыталась представить, как она лезет через забор, но получалось с трудом, хотя обычно она на свою фантазию не жаловалась.

– Это же незаконно, – пробормотала она жалобно.

– Зато эффективно. Мы же не грабить лезем. Намерения наши совершенно чисты и в чем-то даже благородны. Пошли.

Он потянул Катю за руку, и они нырнули в кусты, высаженные вдоль забора со стороны пожарного проезда. Здесь он, разумеется, имелся тоже. Катя невольно обратила внимание, что это была почти полностью созревшая ирга. Она остановилась, чтобы сорвать пару ягодок. Иргу она пробовала всего один раз в жизни, когда еще был жив папа.

Они тогда ездили на дачу к папиному сослуживцу дяде Славе. Участок поразил маленькую Катю. Н нем росли всевозможные плодовые деревья. И яблони, и груши, и сливы. Тогда тоже начался август, как и сейчас, но плоды еще были совсем зелеными, кислыми, вяжущими рот.

А вот ирга, растущая на самом краю участка, в изрядном отдалении от дома, тогда уже совсем поспела. Папа срывал небольшие округлые ягодки, выбирая темно-пурпурные, почти черные, с характерным сизоватым налетом, и по одной клал Кате в рот. Она аккуратно прикусывала их зубами, ощущая, как разрывается мягкая и податливая шкурка, похожая на черешневую, и катая на языке сочную, сладкую мякоть с легким привкусом корицы.

Вот и сейчас рот наполнился вкусом темной вишни, изюма и сливы одновременно, и Катя вдруг совершенно не к месту подумала, какое вкусное, наверное, получается из ирги варенье. Если спросить разрешения набрать ягод, а потом сварить небольшую баночку, то долгими зимними вечерами можно есть по ложечке, смакуя вкус и летние воспоминания. Как давние, о папе, так и совсем новые, об этом лете в Излуках и о том, как она лезла через забор.

– Ну, вы идете?

Голос Тимофея вырвал ее из мыслей, в которых она опять застряла, как муха в паутине. Катя быстро прожевала то, что осталось во рту, чувствуя легкую горчинку от раздавленных косточек. Точно, папа учил их глотать, не жуя, чтобы не портить вкус и не перебивать сладость. А она забыла.

Из-за куста появился Тимофей, сердито дернул ее за руку.

– Катя, пошли. У нас не так много времени, как вам кажется. Мы же не знаем, когда Павел вернется.

От мысли, что их могут застукать на чужом участке, у Кати снова перехватило дыхание, но она безропотно пошла вслед за своим спутником. Нет ничего важнее поисков пропавшего ребенка. Ради этого можно преодолеть все, а уж свой собственный страх тем более.

Перелезть через забор оказалось легко. Тимофей не солгал. Пожалуй, главная сложность заключалась как раз в том, чтобы преодолеть кусты, к счастью, не колючие, а просто плотные. Веточки били по щекам, лезли в глаза, но остались позади, а сетка, расположенная за ними, действительно, оказалась такой крупной, что в ячейки вполне себе пролезала нога, если стоять на носочках.

Тимофей ловко взобрался наверх, спрыгнул с другой стороны забора и снова поторопил Катю, перейдя при этом на «ты».

– Ну, давай. Не бойся, я помогу.

Катя с сомнением начала подъем, он, ловко и споро перебирая руками, поддерживал ее за тонкие лодыжки, следя за тем, чтобы нога не соскользнула. Она перекинула одну ногу через забор, потом вторую и замешкалась, думая, что делать дальше: аккуратно слезать или спрыгнуть? Прыгать было боязно.

– Я ловлю, – сообщил Тимофей, и она прыгнула, на мгновение оказавшись в его объятиях.

Впрочем, Бортников сразу разомкнул руки, поставив Катю на землю. Ей понравилось, что он не воспользовался ситуацией и не позволил себе никаких вольностей, лишних и неуместных в данной ситуации.

Она перевела дыхание и огляделась. Участок у соседей был по размерам примерно такой же, как у Гордеевых. Правда, если на территории родственников в основном располагались газоны и клумбы с цветами, то здесь практически все пространство было занято грядками и теплицами. Павел и Светлана явно были фанатами большого урожая.

Посредине участка стояла довольно большая круглая беседка, а рядом с ней площадка с мангалом, тандыром, стационарной коптильней и еще какими-то приборами, явно указывающими на то, что поесть тут любят.

Дом был тоже кирпичным, но не очень большим, гораздо меньше, чем у Гордеевых и тем более Марковых. Под окнами пышным цветом цвели клумбы. А вдоль всего забора тянулись очень ухоженные кусты – крыжовник, смородина и малина. Ягоды на них уже собраны заботливой рукой. Да, здесь не давали пропасть урожаю. Трава на дорожках и тропинках, петляющих между грядками, оказалась аккуратно скошены, что еще раз подтвердило хозяйственность владельцев.

Дом как дом. Участок как участок. Люди как люди. Павел и Светлана. Могут они стоять за похищением Лизы? Хотя Светлана в больнице, так что муженек вполне может «резвиться» за ее спиной. Вот только зачем? Не похож он на маньяка.

– А ты когда-нибудь видела маньяков? – с усмешкой спросил Тимофей. – Ничего, что я на «ты»? Все-таки мы уже столько пережили вместе. Например, совершили незаконное проникновение на чужую территорию.

Мог бы и не напоминать. Катя тут же снова почувствовала себя неуютно. Если хозяева вдруг вернутся, как они будут объясняться, почему тут оказались? Они похожи на двух воришек, позарившихся на чужой урожай.

– Нет, маньяков я не видела. Бог миловал. Но не может же вполне себе приличный глава семейства в одночасье превратиться в похитителя детей? Какая-то должна быть у него причина. Послушай, Тимофей, может, уйдем? Мы все равно