"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

там прибирается домработница, в ней царит хаос. Комнаты загромождают коробки кофе, блоки сигарет, пепельницы, стойки с одеждой и всевозможный хлам вроде ремней и детских настольных игр в невскрытых заводских упаковках. Рано или поздно они попадут в «капсулы времени», где Данте хранит то, что было произведено или распространено в годы, когда он был пленником Отца. И всюду – по всему полу, поверх мебели – корешками вверх лежат раскрытые старые и новые книги, потому что именно так Данте отмечает страницу, на которой остановился. Коломба привыкла не обращать на это внимания, хотя в то недолгое время, когда они жили вместе, порой готова была его задушить.

Он готовит два эспрессо из панамской арабики в профессиональной кофемашине, которую установил под навесом рядом с оранжереей. Коломба делает вид, будто отличает этот кофе на вкус от того, что продается в дешевом супермаркете, и Данте, выпив еще две чашки, выкуривает две сигареты и смешивает себе «московский мул»[91].

– А тебе что приготовить? – спрашивает он Коломбу.

По сравнению с квартирой терраса выглядит опрятно, как японский сад.

– Что-нибудь съедобное. Я съела только два ролла. Что у тебя есть?

– Овощи. Фрукты. Печенье.

Коломба идет за печеньем – к сожалению, веганским, – а затем, сбросив кроссовки, ложится на диван. Данте, развалившись в плетеном кресле, смотрит на огни Алтаря Отечества.

– Ты же говорила, что не собираешься связываться с убийствами.

– Я просто оказываю услугу ДИБ, консультируя сотрудников. Опрашиваю всех, навожу справки, пишу отчеты. Вдобавок работа на них дает кое-какие привилегии.

– Деньги.

– Платить мне будут не они. – Коломба показывает удостоверение со своей фотографией и печатями, которое ей выдали утром. Теперь она детектив, лицензированный префектурой. Ей до сих пор в это не верится. – Я стала частным детективом.

Данте берет удостоверение больной рукой, которую дома не прячет под перчаткой. Кожа на ней сплошь покрыта шрамами, и он может шевелить только большим и указательным пальцами, но ему и их для всего хватает.

– Похоже на настоящее, – говорит он после быстрого осмотра.

– Оно и есть настоящее.

– Ты говорила, что на получение лицензии уйдут месяцы бумажной волокиты…

– Ну ясно же, что у ДИБ есть свои каналы.

– Так кто тебе заплатит?

– «Crown». Это французское детективное агентство.

– И ты их человек в Гаване[92]. А они в курсе, что ты работаешь еще и на спецслужбы?

– Официально – нет, но, раз они меня наняли, кто-то наверняка об этом знает.

– Арлекино – слуга двух господ.

– Спасибо за комлимент. Как бы там ни было, задача у них одна и та же. Разобраться, была ли смерть Мартинеса убийством.

– Я не доверяю ни тем ни другим. Ни капли. Сотрудники «Crown» – наемники, про спецслужбы я вообще молчу, а вместе они – практически преступное сообщество.

Коломба фыркает:

– Слушай, какая разница, на кого я работаю, если я раскопаю факты, указывающие на убийство? А если ничего не раскопаю, мне все равно заплатят. Чего еще тебе надо?

– Чтобы ты не работала на таких людей. Я рад, что ты решилась на этот шаг: ты прирожденная сыщица, тебе буквально суждено было стать частным детективом, и я сам уламывал тебя, чтобы ты получила лицензию. Ты могла бы открыть свое агентство, самостоятельно выбирать клиентов и пользоваться помощью одного из крупнейших западных криминологов, – говорит Данте.

– То есть твоей?

– Но вместо этого ты выбираешь быть агентом под прикрытием.

– Неправда, я всего лишь источник, частное лицо. И я служу своей стране.

– Трамп говорил то же самое. – Данте допил «московский мул» и готовит себе еще один; на этот раз Коломба просит у него пива: от печенья у нее пересохло в горле. – Значит, у ДИБ есть только ничем не подкрепленные сомнения, что это убийство? Ты всерьез в это веришь?

– Возможно, у них есть какая-то информация, которую они мне не предоставили, но если бы они знали, что Мартинеса убил шпион, то не отправили бы меня.

– Однако они подозревают, что его убили.

– Опасаются, а это не одно и то же. Сермонти показалась мне толковой, я хочу пойти на этот эксперимент. – Коломба притягивает Данте к себе и взъерошивает ему волосы. – Кончай меня доставать. Там продолжение «Бриджертонов»[93] не вышло? Давай посмотрим одну серию, а потом я поеду домой.

– Ты не переночуешь здесь?

– Завтра мне нужно вернуться в Милан, я должна собрать сумку.

– Я категорически против этой затеи, – качает головой Данте. – Так что я еду с тобой.

5

Братья и сестры, также ищущие истинную правду, вечно голую и вечно обретающую свободу лишь на время!

Читали ли вы в газетах, что шесть самых богатых людей в мире зарабатывают столько же, сколько беднейшая половина человечества? Уверен, вы думали, что к вам это не имеет отношения. Ведь мы не неимущие. Мы не зарабатываем доллар в месяц.

Но эти шесть человек, их друзья и друзья их друзей владеют и вами.

Забудьте то, чему вас учили на географии о границах и странах… Есть только одна большая страна под названием Долларония, и управляют ею самые богатые люди в мире. Первые двадцать обладают абсолютной властью. Управляют только они. Всем. Экономикой, войнами…

Каждый из вас потребляет товары или услуги, которые они предоставляют. Интернет, лекарства, оружие.

Всё.

Думаете, вы избрали своего представителя в какой-нибудь парламент? Ошибаетесь. Они посадили его туда, чтобы создать видимость демократии. Но в Долларонии демократии быть не может. А после этих двадцати есть еще сотня менее богатых, чем первые. Это герцоги, князья и графы Долларонии.

И скорее всего, у вас дома – возможно, в холодильнике – есть что-то купленное у них. Хотя они не настолько могущественны, как предыдущие двадцать, при желании все же могут обрушить экономику целой страны. Или развязать войну. Или вернуть Великобританию в Европу, или снова из нее вывести.

За ними следуют несколько тысяч менее богатых, затем еще менее богатые и так далее, по нисходящей. И чем ниже этаж, тем меньше доход и влияние.

Знаете, где находитесь вы? Примерно на триста миллионов этажей ниже. Перед вами выстроились в очередь за доходами около трех тысяч миллиардеров и триста миллионов миллионеров. Вы очень далеко от вершин Долларонии, так далеко, что никогда туда не доберетесь. Представьте себе здание высотой в миллион километров, в три раза выше Луны. Решения принимаются наверху, а вы находитесь там, внизу. На миллион километров ниже. И жаль вас огорчать, но по большому счету вы