Ведьма Вороньего леса - Дженни Кир

Подойдя ближе, она увидела, что маленький благоухающий сад буквально переливался разноцветьем от изобилия растений. Многие она не узнала, но была уверена – большинство из них были целебными. Из пурпурной листвы медного бука донеслись сладостные трели горлиц, когда Луна миновала калитку в изящной изгороди из боярышника, белой от майского цветения.

Она сразу заметила мистера Финдли: он стоял на коленях в саду, опираясь на подушку, и ухаживал за травяной грядкой. Ветерок, танцуя над рекой, доносил ароматы мяты и розмарина. Даже вода здесь пахла иначе – свежестью, а не смертью, как в сточных глубинах большого города.

– Миссис Грейборн! – воскликнул Финдли, услышав скрип ворот. – Какое наслаждение вас видеть! Лодыжка, судя по всему, пошла на поправку, раз вы осмелились на такую прогулку. Чудесно, просто чудесно.

На этот раз на нем была потертая шляпа-котелок бордового цвета – вероятно, для защиты от солнца – с торчащим из-под ленты черно-коричневым пером фазана. Он подошел и осторожно поддержал ее под локоть. Луна была благодарна, ведь костыли все сильнее впивались ей в подмышки и причиняли боль.

– Зайдите внутрь, отдохните. Я мог бы заварить травяной чай, который еще больше укрепит вашу лодыжку… если, конечно, вы готовы рискнуть и навлечь на себя гнев вашего мужа.

Он помог ей перешагнуть через высокий каменный порог и войти внутрь дома, где царил полумрак, так как свет с трудом пробивался через небольшие оконца. Пространство было единым и открытым: с одной стороны – камин, скамья с высокой спинкой и кресло-качалка, с другой – большая деревянная столешница. Низкие балки были увешаны пучками сушеных трав, а вдоль стен тянулись тонкие полки, уставленные каменными и стеклянными емкостями с аккуратными этикетками: «лавандовое масло», «сушеная очанка», «молотый хвощ»…

Центр комнаты занимал огромный трапезный стол, где стояли склянки и маленькие латунные весы. На металлическом штативе над небольшой парафиновой горелкой была закреплена круглодонная колба. На краю лежал «Полный травник Калпепера», раскрытый на странице, посвященной дыхательным недугам. Воздух был насыщен ароматами экзотических специй и древесного дыма. Мистер Финдли явно посвятил жизнь исцелению, подготовке снадобий, зелий и амулетов.

Он увидел, как ее взгляд упал на прочный запертый сундук у стены, рядом с небольшим книжным шкафом.

– Ах, эти порошки и зелья, столь опасные в неумелых руках, – пояснил мистер Финдли. – Ядовитые ягоды, редкие специи и хрупкие научные приборы, за которые я немало заплатил. Все это под замком, ведь я не раз становился мишенью для воров и объектом обвинений скептиков. Раздражает, знаете ли. Когда болезнь отступает – меня почитают, а когда не отступает – поносят. Но многое мне неподвластно! Например, неурожай. Иногда меня и самого называли колдуном. – Он пожал плечами, не без доли усталой иронии.

Луна знала на собственном опыте, как легко люди судят других людей. Похоже, его имя тоже оказалось втянутым в мрачные истории, связанные с прежней Луной, хотя он всего лишь пытался помочь.

– Несмотря на все жестокие запреты мистера Грейборна приближаться к его жене, та искала меня, и я делал что мог, чтобы облегчить ее душевные страдания. Ей было не по себе оттого, что Маркус становился таким грозным, но его вера в то, что магия – это чепуха, сталкивалась с такой же сильной убежденностью Луны в обратном.

Его посетительница не стала повторять ложное утверждение, будто бы она действительно Луна.

– К сожалению, она была… непредсказуемой и не всегда следовала предписаниям. Но я помогал всем, чем мог, как сейчас помогаю вам.

– Сегодня утром и я столкнулась с предвзятостью со стороны случайных прохожих из деревни, – сказала Луна, пока он усаживал ее у камина, напевая себе под нос и выставляя трехногий табурет для больной ноги.

Чугунный чайник уже висел над огнем, и Финдли отцепил две керамические кружки от каминной полки, поставив их на каменный очаг, прежде чем приступить к приготовлению обещанного чая.

– Не обращайте внимания. Люди не понимают разницы между сбившимися с пути и по-настоящему опасными угрозами из потусторонних миров.

– Значит, вы верите, что злые силы существуют? В магию?

– А вы, миссис Грейборн, верите в Бога? В чудеса из Писания? В то, что Иисус воскрес из мертвых?

– Конечно.

– Значит, вы уже верите в магию, но там, где свет, должна быть и тьма. Одно не существует без другого. Мы молимся Господу, чтобы не оставил нас в беде… но не думаете ли вы, что есть те, кто молится Его врагу? Конечно, хочется, чтобы это было не так.

Наступила пауза, пока она размышляла над его словами. Он процедил настой через сито, добавил ложку меда и снова сменил тему.

– Гибискус, ромашка, цветы красного клевера. Все это поможет костям. Меня знали как целителя в Эймсбери, где я черпал силу в близости Стоунхенджа. Трудно было покидать столь священное место, но мои карты сказали, что именно здесь наступит добрый час для моих даров. Да и недалеко это – всего тридцать миль, если решу повидать старых друзей.

Он протянул ей кружку, наполовину наполненную чаем с цветочным ароматом. Луна поднесла ее к губам и сделала осторожный глоток. Вкус был мягким, сладковатым от меда. Она сделала еще один.

– Так кто вы? – спросил он спокойно. – Я имею в виду – кто вы на самом деле, моя дорогая?

– Луна Грейборн, – уверенно произнесла она.

Мистер Финдли кивнул, возможно, с оттенком неохотного уважения к ее упрямству. Он опустился в кресло-качалку напротив, и какое-то время они вели спокойную беседу о садах и прелестях сельской жизни. Было приятно поговорить с кем-то, кто не ругался, не кричал и не хлопал крыльями.

Когда Луна собралась уходить, он сказал:

– Я приготовил припарки из окопника и арники. Миссис Веббер знает, как ими пользоваться.

– Что я вам должна? Она может отдать вам плату.

– Ничего. Ваша компания – самая лучшая награда. Я бы хотел, чтобы мы стали друзьями, и знайте: вы всегда можете обратиться ко мне, если понадобится помощь. Мне не рады в Рейвенсвуде, но вам рады здесь в любое время дня и ночи. Всегда, когда бы вас ни настигла опасность.

– Почему я должна быть в опасности? – Она подумала о парящих духах и бродячих ведьмах, о защитных ритуалах миссис Веббер, но вид мистера Финдли подсказывал, что он говорит о чем-то более реальном.

– О мое дорогое дитя… – сказал он, наклоняясь ближе с обеспокоенным лицом. – Есть несомненные знаки, что женщина, за которую вы себя выдаете, исчезла с лица земли. Я гадал на картах и говорил с усопшими. Я уверен, что ее убили, хотя не могу сказать