Последняя жертва озера грешников - Марина Владимировна Болдова

— Она не пьет!

— Вот и я говорю. Может, в гости кто заходил?

— Возможно. Это все? — Сотник не удивился. У Ляны в баре всегда стояли бутылки с алкоголем — дарили благодарные клиенты. И редко когда хотя бы одна была откупорена.

— Так странность в том, что самой початой бутылки с водкой не было. Нигде — ни в баре, ни в мусорном ведре. Выпила? А тара где?

— Это невозможно! Ляна не пьет! — повторил Сотник.

— Тогда версия с гостем звучит убедительно, не так ли, товарищ майор? Кто-то навестил ее уже после сделки. С какой целью, извиняюсь?

— Ваши деньги она положила на счет, если вы об этом.

— А карта при ней, думаете? Зная пин-код… если, вдруг, кто-то близкий, но не совсем порядочный… мог и украсть!

Сотник не ответил. «Единственный близкий в этом городе у нее — я. И мне не нужны ее деньги. Мне нужна она сама», — подумал он, однако принимая правоту Ткачева.

Михаил вышел, попрощавшись и напомнив, чтобы тот позвонил, если вспомнит еще что-то важное. Он был уже не так категоричен в своем мнении о Ткачеве — мужик, казалось, искренне переживал за бывшую хозяйку своего нового жилья и даже пытался помочь. Ну, а болтливость, что ж — не такой уж и большой недостаток.

Сотник вышел из арки и перешел на противоположную сторону улицы.

Окна нужного ему дома были так низко расположены, что, немного потянувшись, можно было достать рукой до форточки. Сейчас окно было закрыто, но штора была опущена лишь на одной половине, за другим стеклом рамы стоял старик, и в руках у него был бинокль.

«Уже хорошо. Еще бы вспомнил, что было вчера», — с надеждой подумал Сотник. Он постучал по стеклу, плотно приложил к нему раскрытое удостоверение и кивнул — мол, открывайте.

Старик был тощ, подвижен и смешлив. И с ходу предложил «смочить» горло яблочным сидром собственного изготовления.

— Моя Лидуша сейчас на даче, а я не любитель шести соток, зато все заготовочки на зиму — на мне. Да вы проходите, товарищ майор Сотник, я правильно назвал фамилию и звание? Зрительная память у меня отличная, обычно запоминаю текст с первого прочтения. Макар Валентинович Голдин, бывший актер нашего драматического театра, к вашим услугам. Чем могу быть полезен? Присаживайтесь, — он легко одной рукой отставил дубовый стул от овального обеденного стола.

— Спасибо, — не смог не улыбнуться Михаил, так понравился ему с первых же минут общительный старик. «Сколько ему? За восемьдесят точно», — предположил он.

— Гадаете, сколько мне лет? Девяносто два. Удивлены? Скажу по секрету, что я такой молодец благодаря моей жене Лидуше, звездочке моей ясной. Почти семьдесят лет вместе! Простите за отступление. Итак, я вас слушаю.

— Макар Валентинович, часто вы наблюдаете из окна в бинокль?

— Почитай, каждый день. Привычка, знаете ли, выработалась. Не подумайте чего плохого, кто-то кино любит, а для меня — вот оно, реальное кино. Подсматриваю сценки из жизни, очень полезно для моей профессии. Уж и не служу давно в театре, а привычка осталась. Особенно засиживаюсь у окна, когда Лидуша отсутствует, так время бежит быстрее. Какой день вас интересует? Это же не праздный вопрос, не так ли? Что-то случилось?

— Вчерашний день. После полудня и до вечера. Арка во двор через дорогу от вас, почти напротив.

— Понял. Дом номер пять. Я знаю всех жильцов, там всего два подъезда. С некоторыми знаком лично, остальных наблюдаю частенько. Кто именно вам нужен? Опишите.

— Рыжеволосая молодая женщина…

— Ляна Бадони? Очень и очень приятная девочка. Знаю Ляночку прекрасно с самого ее раннего детства. А с ее бабушкой Софьей Зулич мы даже близко приятельствовали. Заядлая была театралка! Царствие ей небесное. А что с девочкой?

— Пытаюсь с ней связаться со вчерашнего дня. Причину, почему есть повод беспокоиться, называть не стану, простите, Макар Валентинович.

— Я понимаю… служба! Так вот есть мне, что вам рассказать, майор Сотник! — с долей торжества в голосе произнес старик. — Удивила меня одна вчерашняя сцена возле выезда из арки. Но изложу с вашего позволения все по порядку. Ляна здесь давно не живет, уже года четыре, с тех пор, как замуж вышла. Поэтому я даже удивился, когда увидел ее входившей в арку с дорожной сумкой. А вышла она из таксомотора. Это было дней пять назад. Мелькнула мысль, не поссорилась ли с мужем, вот и вернулась в отчий дом. Воображение мое, знаете, так все повернуло, — улыбнулся он и задумался.

Сотник решил, что торопить и перебивать вопросами старика не станет, пусть уж сам строит свой рассказ.

— Больше я ее не видел до вчерашнего дня, поэтому и забылось. А вчера, в пятницу, Лидуша собиралась на дачу, ждали таксомотор до вокзала. Мы оба стояли у кухонного окна, вы сейчас в него мне и постучали. Мой наблюдательный пункт, если хотите! Так вот. Около трех часов дня двое мужчин вышли из арки, один обнимал Ляну за талию, другой придерживал за локоть. Показалась она мне, простите, выпившей лишнего. И Лидуша так подумала, оба мы ужаснулись — не припомню, чтобы девочка увлекалась спиртным. Тут позвонил таксист, он заехал во двор с другой улицы, ждал у черного входа. А мы им не пользуемся совсем, только соседи со второго этажа… Но не суть… Пока Лидуша с ним общалась, я наблюдал, как эти двое мужчин усадили Ляночку в автомобиль, припаркованный чуть далее арки, где растет старый клен. Я хотел указать на этот факт Лидуше, но обзор заслонил наконец подъехавший к нашей парадной таксомотор. Я подхватил вещи…

— Макар Валентинович, вы смогли бы узнать похитителей? — на этот раз перебил старика Сотник.

— Похитителей? А ведь пожалуй, что так… Жаль, эта мысль вчера меня не посетила! Получается, все же беда с Ляночкой приключилась… Да. Одного, скорее, опознал бы. Лицо разглядел в бинокль, когда тот садился за руль. Прежде, чем сесть — осмотрелся вокруг. Как же я не подумал, что это — подозрительно! Но о другом мужчине могу сказать только, что тот высокого роста и крупного телосложения.

— Посмотрите, — открыл галерею на телефоне Михаил. — Может быть, кто-то из них?

— Вот этот вне сомнения. Мужчина в возрасте. Второй был моложе значительно.

«Волощук. Он старше всех. А крупный — Головатый», — констатировал Михаил.

— Ну-ка, верните-ка мне прежний снимок, товарищ майор. Да, с долей уверенности могу опознать и этого гражданина. Но все