Очень плохие вдовы - Сью Хинсенбергс

Дэйв продолжил:

– Я передаю тебе чеки и возвращаюсь на работу. Ты живешь по привычному распорядку, встречаешься с Андре за утренним кофе и оставляешь ему чеки.

Если это не розыгрыш, думал Хэнк, то он слушал подробный доклад на тему «Как обмануть своего работодателя». Хэнк побледнел при мысли о том, что все эти телодвижения, описанные Дэйвом, вовлекают его в схему по самые уши.

– А почему я должен их везти Андре? Почему ты сам не можешь?

Неужели причина только в том, чтобы впутать его покрепче?

Никто, однако, не произнес это вслух, тем не менее Ларри ответил:

– Ты и так ездишь к Андре почти каждый день. Это согласуется с твоим обычным распорядком дня, а сейчас еще и помогает нашему плану.

Ларри был прав. Хэнк действительно любил выходить из офиса, лично заносить все отправления Андре, посмотреть, что нового в городе, взять кофе и выпить его с другом. Это настолько вошло в привычку и стало частью их жизни, что если б Хэнк вдруг прекратил заезжать к Андре, то это вызвало бы подозрения.

– Ты отдаешь мне чеки, а я уж их обналичиваю, – сказал Андре.

– Как? – спросил Хэнк.

Андре пожал плечами:

– Это специфика бизнеса в городе с казино. Всегда есть люди, которые не хотят обналичивать свои чеки сами. Не хотят, чтобы о выигрыше знала жена, или начальник, или кредиторы. Или это работники казино. – Андре кивнул в ответ на ухмылку Хэнка. – Такова жизнь. Я лишь предоставляю востребованную услугу. У меня есть ребята, которые берут чеки, едут в казино и обналичивают их через банкомат…

Ларри перебил его:

– Поэтому каждый чек должен быть на сумму менее пяти штук: не нужно идти к кассиру и показывать удостоверение личности.

Хэнк подумал о двух сотнях камер видеонаблюдения в казино.

– Но если один и тот же человек приходит слишком часто, его же заметят и начнут задавать вопросы…

– У меня бесконечный поток желающих по-быстрому срубить деньжат, – отмахнулся Андре. – Наличкой. Взять, отнести, передать. Почти каждый, кто выходит из автобуса в центре и ищет легкие деньги, знает, что можно заглянуть ко мне. Они-то и обналичивают бабло в казино, а я даю им за то пятьдесят «баков». Вжух! – и вы только их и видели. Большинство месяцами не появляются.

– Не боишься, что кто-то просто свалит с деньгами? – спросил Хэнк.

– Некоторые могут, – ответил Ларри, пожав плечами, – таковы издержки бизнеса, и я заложил десять процентов на амортизационные потери. Во время нашего пробного запуска…

– Какого запуска? – чуть не подавился воздухом Хэнк.

– Помнишь, я говорил, что пару раз пользовался услугами родни Марлен? Мы тогда поговорили и…

– Что? Вы обсуждали это без меня?

Ларри опустил руку на колено Хэнка.

– Мы знали, о чем придется просить, и нам хотелось знать наверняка перед тем, как впутывать в это тебя.

Андре достал еще четыре банки пива из кулера и раздал их друзьям.

– Мы не стали бы тебя втягивать, если б не были уверены, что все работает.

Они открыли банки, и Хэнк выглушил сразу половину, а потом приложил прохладную запотевшую жестянку ко лбу.

– Так вот, во время пробного запуска все участники, кроме одного, вернулись с деньгами, – сказал Ларри. Андре кивнул, и Ларри продолжил: – Андре привозит наличку мне в банк. А я перевожу ее на наш офшорный счет…

– Стоп. На наш офшорный счет? Ты уже и счет открыл?

Да в бога душу мать… Хэнк был на грани истерики, и его чуть не стошнило за борт. Не надо было ему жрать тот хот-дог в забегаловке на причале.

– Я эти счета так и так по работе постоянно открываю, так что, когда делал для клиента, просто добавил еще один. У меня есть все ваши данные, так что я их просто вставил. Ничего сложного. Да, офшор звучит круто, – тут Ларри показал кавычки в воздухе, – но вы удивитесь, сколько таких счетов открыто у обычных с виду людей. Итак, деньги поступают, и я перевожу их на наш счет. И, как мы помним, не больше десяти штук за один раз.

У Хэнка голова пошла кругом. Он глотнул пива. Парни уже настолько погрузились в это дело, что явно не обрадуются, если он решит все зарубить. По сути, они в нем вообще не нуждались. Его роль была формальной – передавать чеки от Дэйва Андре. Но они же фактически грабили его казино, и если он их не остановит, то по сути будет соучастником. И при этом без денег. Но ведь они пока не совершили никакого преступления. Одни лишь разговоры… Хэнк вдруг понял, что в его размышлениях слишком много «но». Он переводил взгляд с одного своего друга на другого, затем спросил:

– О каких суммах идет речь?

Ларри ответил:

– По моим прикидкам, если Дэйв будет выдавать нам чеки пять дней в неделю, примерно на девять тысяч восемьсот в день, и в таком режиме мы работаем сорок шесть недель в году – сейчас объясню почему, – то в год выйдет примерно два миллиона и еще двести пятьдесят штук, с учетом тех, кто смоется с нашими денежками. Так что за четыре года с небольшим мы заколотим десять миллионов. По два с половиной на каждого. А потом говорим «стоп» и уходим на пенсию.

– Два с половиной миллиона, – тихим эхом прошелестел Хэнк.

– Ну, таких накоплений на личный остров и путешествия по всему миру не хватит, но подушка безопасности очень приятная. Если принимать правильные решения, то и этих денег может хватить надолго. И это как раз на два с половиной миллиона больше, чем у нас есть сейчас, – сказал Ларри.

Хэнк посмотрел на пустую пивную банку, затем поднял глаза.

– Почему сорок шесть недель?

Он заметил, как мужчины расслабились, – видимо, они не таких вопросов от него ожидали. Так что его друзья раскинулись в шезлонгах более вольготно.

Ларри допил пиво и смял банку.

– Такое правило. По моим наблюдениям, подобные дела проваливаются, если не следовать правилам. И уж если мы решили в это ввязаться, – Ларри посмотрел на друзей, – мы не должны попасться. Я в тюрьму не собираюсь. Посмотрите, какой я красавчик, да еще и харизматичный… Да мне же в тюрьме проходу не дадут.

– Если только не возьмешь свой одеколон в тюрьму, – подколол Андре.

Мужчины рассмеялись. Хэнку не нравилась вся эта затея. Но, похоже, выбора у него особо не было.

– Правило Номер Один, – начал Ларри, указав на Хэнка и Дэйва. – Продолжайте держать в тайне от всех в казино, что