Кошмарная вечеринка - Эммелин Дункан

Снова стало многолюдно, туристы покупали яблоки в карамели в «Коварных лакомствах» и тащили пакеты с логотипами местных магазинчиков. У города есть все шансы пережить вчерашнюю двойную трагедию.

И есть все шансы у книжного «Ленивые кости».

Когда Рэйвен зашла в «Проклятые вещи», чтобы прицениться к низкой вазе из молочного стекла, стоявшей в витрине, я последовала за ней. В голове бешено скакали мысли.

Интересно, Айви показывала себя подруге с худшей стороны или только с лучшей? Понимает ли Рэйвен, что недостатки Айви, по сути, определяли ее как личность? Мысль о том, что у Айви вообще была лучшая сторона, вызывала у меня скепсис, и из-за этого я чувствовала себя подлой.

— Я пририсую ей маленькие черные глазки, и получится привидение, — сказала Рэйвен, указав на пакет из «Проклятых вещей».

Я попрощалась с Рэйвен у парадного крыльца «Сонной лощины» и направилась к одной из скамеек у дорожки вдоль реки. День был прекрасным, холодный воздух бодрил. Деревья на противоположном берегу представляли собой живописное сочетание зеленого и оранжевого — иллюстрация к смене сезона.

Но вместо того чтобы наслаждаться видом, я вытащила телефон и зашла на страницу Айви в соцсети. Правда, я сделала это не сразу: любовалась свежим маникюром — не привыкла к тому, чтобы мои ногти выглядели так шикарно.

Учитывая то, о чем мы говорили с Рэйвен, я не удивилась, что на многих недавних фотографиях Айви была в клубной одежде: чаще всего в коротких топах, открывающих плоский живот, с не менее короткими юбками или обтягивающими шортиками. Образ завершали цветные парики. На мой взгляд, на последних фотографиях она казалась чересчур тощей, а на прошлогодних снимках выглядела лучше. Более здоровой, хотя тоже очень худой.

Еще Айви явно нравились костюмы фей — с радужными крыльями и обилием глиттера в макияже. Я прочла один из ее постов: «Присоединяйтесь ко мне в другом мире! Вам понравится путь сюда!» Речь шла о рейве, где она будет феей в розовом и серебряном, готовой осыпать желающих волшебной пыльцой.

Значит, вот так Айви давала понять своим, что на вечеринке у нее можно будет кое-что достать? В конце концов, Рэйвен, исходя из постов Айви, решила, что ее подруга взялась за старое.

Хотела бы я знать, употребляла ли Айви то, что предлагала другим, учитывая ее болезненный вид.

Я поднялась на холм и пошла в центр города. Мне надо было кое-что сделать.

Глава 10

Ноги сами понесли меня к «Музею диковин и причуд», хотя я не сразу сообразила, почему это произошло.

Если надо поднять себе настроение, лучше пирога ничего нет.

«Музей» располагался через улицу от паба «Умереть не встать», и вместе они воплощали обаяние маленького города: несмотря на название, «Музей» на самом деле был магазином подарков, а в пабе редко напивались до упаду — и уж тем более вусмерть. Паб Эш когда-то был пожарной станцией, а магазин подарков, сколько я его помню, служил парикмахерской. Владелец решил отойти от дел в прошлом году, и уникальное кирпичное здание быстро оказалось в новых руках. Окна почти сразу затянули коричневой бумагой: новый хозяин занимался переделкой, но замыслов своих не выдавал. Мой дядя Хадсон в те времена, когда он со мной еще разговаривал, негодовал, что здание не выставили на торги: он утверждал, что у него на примете были покупатели, претендующие на коммерческую недвижимость в центре города.

Предполагаю, что этим же покупателям он хотел продать здание, в котором находились «Ленивые кости» и юридическая фирма.

Элиан-Холлоу процветал, но у жителей были разногласия относительно того, какой путь развития следовало выбрать для города. Дядя Хадсон принадлежал к лагерю тех, кто считал, что центр созрел для реконструкции. Я была в числе сторонников идеи, что надо по возможности сохранять своеобразие, особенно в историческом центре. Я ничего не имела против разумных перемен, благодаря которым город стал бы лучше для всех местных. Как и другим населенным пунктам, нам требовалось новое жилье, но сносить ради этого целый район совершенно ни к чему.

За входной дверью открывался залитый светом холл. Из него другая дверь вела в «Музей», а третья, за которой должен был находиться еще один торговый зал, была перекрыта строительной сеткой. Проходя мимо, я слышала глухие удары: видимо, строительство шло полным ходом. Но не было ни единой подсказки. Ни таблички «Скоро открытие!», ни имен подрядчиков. Впрочем, эту загадку можно разгадать и в другой раз. Потому что сейчас я полностью сосредоточилась на том, что было, вероятно, лучшим новшеством в городе. Автомат с пирогами. Пусть Рекс отнесся к нему скептически, но я могла поклясться: мы даже не знали, насколько нам нужна такая штука.

Одним касанием банковской карты я могла купить пирожок или даже несколько. Я нажала на кнопку, чтобы посмотреть варианты: два больших пирога с ежемалиной, на каждом — маленькие привидения из теста; пирожки с ежемалиной в форме тыковок; несколько кусков пирога с пеканом и пакетик с четырьмя солеными медовыми печенюшками.

— Меня постоянно просят добавить яблочный пирог, но я люблю его меньше всего, — раздался голос сзади.

Я обернулась. Финн, новый владелец. Я познакомилась с ним пару недель назад, когда он заглянул в книжный, чтобы сказать, что в следующем году очень хотел бы принять участие в литературном фестивале. Он примерно моего возраста, выше меня на полголовы — около метра восьмидесяти. У него зеленые глаза и каштановые волосы — стрижка нарочито небрежная. Но мое внимание приковывал его голос — и тогда, и сейчас. Он был на удивление низким и глубоким, но мягким. Я даже задумывалась, не подвизался ли он как бас-гитарист.

И всякий раз, когда я видела Фина, где-то в моем подсознании вспыхивала искра узнавания. Но я не могла вспомнить, откуда я его знаю.

— Яблочные пироги — всегда разочарование. Они хорошо выглядят, все ими бредят, но на вкус они как печаль, превратившаяся в пюре. И это катастрофа, потому что свежие яблоки бесподобны, — сказала я. — Выходит, пироги печете вы сами?

Мой взгляд скользнул по коробке для выпечки, которую нес Финн.

— Изначально я планировал все печь сам, но потом Элспи… Вы ее знаете?

Я кивнула. Элспи владела компанией «Бугага, хочешь пирога», пекла прямо на дому, и ее шедевры пользовались особым спросом в зимние праздники. Пряники ей удавались не хуже, чем пироги, от одного вида которых текли слюнки.

— Элспи связалась со мной насчет поставок пирогов, и теперь мы делим доход пополам, что облегчает мне жизнь, — сказал Финн. Он поставил коробку на стол и ключом открыл